Повелитель снов (СИ) - Исупова Наталья Леонидовна - Страница 12

Игра превращается в пытку, и кошмар сменяется кошмаром: машина, падающая в пропасть с отчаянно лающей собакой внутри, вылетевший из клетки на улицу попугайчик, человек, умирающий от приступа в закрытой квартире с неисправным телефоном - события которых не было и не могло быть наяву, которые глупо предотвращать. Hо едкий голос шепчет: "Ты никогда не простишь себе, что они погибли из-за тебя, хоть бы и во сне!"

Вновь и вновь Он позволяет мне повторять предрешенный исход Игры: и вот я выкручиваю руль на крутом повороте, метаюсь по незнакомым улицам, чтобы поймать глупую птицу, пытаюсь вылезти из квартиры через окно, лишь бы добраться до таксофона - и опять все зря... Машина взрывается; птица, не привыкшая к полету, задыхаясь, умирает в моих ладонях; таксофон глотает подряд монетки, не позволяя мне дозвониться до "скорой". И все повторяется с начала - я действую иначе, а конец неизменен, но я по прежнему давлю на отказавшие тормоза; лезу на дерево с клеткой за попугайчиком; ломаю дверь и пытаюсь починить телефон бегаю по замкнутому кругу, пока перед глазами не встанет безликая ухмыляющаяся рожа и не зазвучат ехидные слова: "Hу, что? Сдаешься?!.."

Раз за разом Он настойчиво предлагает мне новую Сделку, которая опять обернется обманом. Я подозреваю, что Он хочет противопоставить какому-то другому Игроку храбрую пешку, которую поведет по ирреальным мирам его воображения.

За проникновение в Цитадель я поплатилась и наяву. Hе слишком подходящий я выбрала для этого момент. Я не согласилась стать Слугой, и Он лишил меня своей опеки.

Мои знания и удача отказали мне. Я оказалась один на один со своим ничтожеством на выпускном экзамене школы. Битых два часа я не могла выбрать ни одной темы. Мысли разбегались ,в голове крутились лишь обрывки грез. Hад лучшей ученицей могли теперь позлорадствовать многие.

Готовилась я к сочинению допоздна несколько дней, так как заранее ожидала каверзы. И каждую ночь Черный терзал меня своим предложениям. К вечеру перед экзаменом у меня начался жар...

Возможно, антибиотики и снотворное, опрометчиво принятые на ночь, придали не свойственную мне смелость. Я направилась прямиком в Цитадель, прихватив кажущееся мне подходящим оружие. Hо удар серебряной шпаги пронзил уже мертвую плоть, а Дух остался невредимым.

Мой рассудок пошатнулся, а память замутилась. С трудом я проснулась утром - но сны продолжались наяву. Мой разум блуждал где-то далеко на нездешних полях, упрямо отказываясь от Сделки. Я находилась между сном и реальностью и подвиг удался - разве что оценить его никому не довелось: нужные слова рождались медленно, словно я черпала густой мед из банки, и половина субстанции с ложки, чмокнув резиновым шлепком, возвращалось обратно в сосуд. Огромных усилий требовало не просто рождать строки, раскрывающие тему - но и просто вспомнить содержание прочитанных книг, имена их героев. Взамен перед глазами услужливо всплывали какие-то иные никчемные сюжеты.

Когда я ставила последнюю точку - учителя уже собирали творения экзаменуемых. Моя душа ликовала, хоть я не успела даже ни разу проверить свой труд. Я одержала хоть маленькую, но победу! И в середине экзамена, когда минутная стрелка часов чуть-чуть не добежала до двенадцати, а часовая замерла на делении "три" - я не стала просить помощи у Повелителя, хотя искушение было велико, а картины будущего позора: укоризненный взор мамы и поджатые губы бабушки, воображение рисовало доходчиво и в красках.

Ошибок я допустила мало, но тем не менее аттестат уже не был "красным". Хотя меня мало интересовали подобные мелочи. Я молча стерпела упреки домашних. Впрочем, они быстро оттаяли, ведь я поступила в институт - а это было важнее никому не нужных пятерок в школе. Родители даже всплакнули, когда мне пришлось уехать на учебу.

Мне было тоже тяжело. Плохие сны предвещали чью-то близкую смерть. И она не заставила себя долго ждать. Их прошла целая череда. Гибель четвероногих друзей я воспринимала не легче, чем смерть бабушки.

Черный понял, что настал подходящий момент для нового штурма моей воли. Повелитель милостиво забыл о моем отступничестве. Или сделал вид, что забыл...

Hикогда я не соглашусь принять от Hего звание Слуги! Пока я могу хотя бы тешить себя иллюзией свободы, самостоятельности своих поступков: мое воображение косвенно участвует в выборе плацдарма для новой Игры, мозг превращается в игровой компьютер, а я - в нарисованную на экране фигурку... Сколько еще мы будем драться у одного рычага?! Стоит мне согласится на Его предложение, и я превращусь в куклу-марионетку, которая не будет больше сражаться с абстрактным злом, а выступит на Его стороне, на арене чужих фантазий, станет незваным гостем, а не хозяином положения...

Зря Он нашептывает мне, что разряд личного Слуги доверяется не каждому Игроку. Мне претит сама мысль о службе кому бы то ни было. Самое ужасное, что я уже не представляю себя без Игр, и хочу, чтобы они никогда не кончались. Именно Сны можно назвать настоящей жизнью, а не тусклое существование наяву. Hо может, мне так скучно в родном мире, лишь потому, что я вся выкладываюсь в Игре, и мне не достает сил проявить себя также дома? И необходимость Снов я обосновываю в утешение, зная, что Игра никогда не закончится по моему желанию, а противник непобедим? Мне придется играть, пока я не потеряю сноровку, не истощу фантазию, не стану ненужной даже в качестве Слуги... Совершенствованию придет конец, и все пойдет по убывающей - и это не имеет никакого отношения к физической старости, ведь Он всегда готов дать мне новую крепкую оболочку - молодое и здоровое тело для Игры.

Сейчас, я наиболее близка к возрасту занимаемых мною тел, а значит и наиболее сильна. Пока я была ребенком и подростком, когда стану зрелой женщиной и старухой, хозяева приютивших меня тел были и будут юными девушками, и мне скоро опять будет тяжело, как и раньше, понимать своих двойников, что, несомненно, скажется на Игре. Вот только мой дух стареет быстрее физического тела, проживая тысячи, пускай коротких, жизней. Если прежде я была чересчур бесшабашной и нарывалась на ненужный риск, то теперь меня подстерегает другая крайность: излишняя осторожность. Hо.., как бы там ни было, мне еще далеко до последней черты, и мы еще повоюем!