Сладкое наказание (СИ) - Фиори Рина - Страница 24

— Яночка, какие-то проблемы — о, папик голос подал.

— Нет, нет, Олежа, всё в порядке, старый знакомый просто.

Офигеть, кто тут ещё старый? А он значит Олежа? Как плеваться захотелось.

— Мы поговорим — продолжил настаивать.

Мужик опять рот открыть хотел, но Яна его опередила. Явно не хочет при нём отношения выяснять.

— Спишемся — пошла на уступки. Я так резко обрадовался, аж дыхание перехватило.

Девчонка воспользовалась заминкой, обошла меня и скрылась вместе с "Олежей" в подъезде.

Глава 21

Самый настоящий попадос. Вот как теперь послать Гронского, когда сама предложила списаться? Успокаивает то, что у меня просто не было выбора. Выяснять отношения при Олеге — очень плохая идея.

Мы прошли в квартиру, где нас уже ожидал накрытый стол. Ого, Лина меня так из колледжа встречает? Неожиданно.

Олег отдаёт ей пакеты с деликатесами и усаживается, а я спешу помочь тёте, но она меня останавливает.

— Я сама — цедит шёпотом. Да ладно! Что за странные метаморфозы?

Возвращаюсь на место, не хочу спорить при таком долгожданном госте. Олег давно обещал приехать, но выбраться смог только вчера. Хотя как сказать выбрался, он на самом деле филиал в этом городе открывает. Получается по делам здесь, ну и сестру любимую навестил. Несмотря на большую разницу в возрасте, он всегда со мной на равных общался. Никогда не считал малявкой, но мог и защитить если требовалось.

Очень жаль, что наши родители не общаются. Его мать, моя родная тётя по отцу, старше папы на пять лет. Меня не сильно посвящали в подробности семейных раздоров, но знаю, что причина разногласий кроется в отце Олега. Он чем-то не угодил семейству Лопуховых, а тётя в немилость попала из-за замужества.

После обеда брат обещал взять меня с собой, смотреть помещение под офис. Зачем мне это? Да собственно незачем, просто хочу отвлечься немного. Боюсь, если останусь одна, опять начну прокручивать в голове моменты, проведённые с этим Гронским. Негодяю вообще крупно повезло, что он на моём пути встретился, когда Олег рядом был. Иначе я ему точно какое-нибудь телесное нанесла бы, не факт, что лёгкое.

Индюк самодовольный, считает что ему всё позволено. Захотел — встречается с наивной дурочкой, захотел — врёт про собственный день рождения, чтобы ту самую дурочку соблазнить. Не вышло? Следующее желание — девушка должна страдать, а потом броситься ему на шею и простить.

Немного напрягает, что он может предпринять, когда поймёт — план не работает. С другой стороны, раз уж я решила вычеркнуть его из жизни, значит надо двигаться к поставленной цели. И плевать мне на его потуги.

Олег напомнил, что пора выезжать. Молчаливая до этого Лина, вдруг заелозила на стуле и спросила:

— А вы надолго?

Брат подвоха не заметил, подумал, что тётя волнуется. Но я то знаю, что она хоть и опекает меня, но никакого комендантского часа у нас и в помине нет. Даже на встречи с Гронским она меня отпускала без особых препятствий, не вдаваясь в подробности с кем и куда иду. Первый и единственный раз она мне учинила допрос, когда мы пельмени лепили. И то мне тогда показалось, что она просто тему перевела бессовестным образом. А в остальном, ей хватало, что я всегда предупреждала о своих передвижениях. Теперь что изменилось?

— Не волнуйся Ангел…Л-лина, я верну Яночку вовремя — Олежка улыбнулся, а тётя глаза потупила. Может кто-то объяснит мне что происходит?

И ещё, конечно, зря он Лину полным именем назвал. Наверное, не знает, что она это не любит. Вся родня в курсе, что её нужно Линой называть. А имя Ангелина она ненавидит из-за каких-то травм в ранней молодости. Был у неё один парень, подробности я, естественно, не знаю. Я мелкая была, но слышала обрывки разговоров мамы по телефону, У них вроде великая любовь была, аж искрило всё кругом. А потом они в чём-то не смогли договориться и расстались. С тех пор Лина больше никого к себе близко не подпускала.

Вибрация телефона вытянула меня из странных размышлений. Гронский. Решил не откладывать в долгий ящик? Ну-ну, обломается, не буду отвечать.

Очередное жужжание — родственники в мою сторону покосились. Так, надо полностью звук выключить. Снимаю экран с блокировки, всплывает окно с сообщением.

"Ты обещала."

"Я жду тебя внизу, спускайся."

"Пожалуйста".

Интересно, насколько хватит терпения у наглеца?

"Или я сам поднимусь, буду подряд во все квартиры звонить пока не найду нужную".

А вот это нечестно: как был шантажистом так им и остался. Бросаю украдкой взгляд на Лину, потом на Олега. Кажется, парень рассказывает о своей работе. А тётя слушает, рот открыла и кивает, местами невпопад. Думаю есть шанс уйти, не объясняя причин. О-очень медленно поднимаюсь с дивана и выхожу из кухни. Снимаю с вешалки пальто, которое мне Лина разрешила поносить. Свою куртку я у Гронского оставила, но забирать не собираюсь. Пусть подавится.

Выныриваю из подъезда, вылавливаю взглядом морду чёрной тачки, торчащую из-за угла. Тоже мне, конспиратор липовый. Брюнет нахальный меня замечает, но поворачивается спиной и исчезает в салоне авто. Чего он там копается? Хотя какое мне дело, лучше бы поразмышляла, как избавиться от пагубной привычки всё время думать о парне.

Ужасно не хочу подходить к мерзавцу первой, но выбора нет. Если он сделает хоть пару шагов навстречу, мы попадём в обзор окон нашей с Линой кухни. А я не хочу, чтобы Лина нас видела вместе, потому что уже успела рассказать, что рассталась с парнем. Причины и подробности опустила, да она и не лезла в душу. А если заметит сейчас? Решит что помирились, маме расскажет и пошло поехало. Ну нет, лучше переступить через гордость и просто подойти первой.

— Воробышек — выдыхает Гронский, когда я за его спиной делаю "Кхм, кхм".

Улыбается, негодяй такой, реально индюк. Ни капли раскаяния, видимо даже не осознал, что обидел меня. Хотя тут не только в обиде дело. Все наши отношения были сплошным фарсом, раз у него была только одна цель. Не знаю от чего больше обидно: что он меня обманывал, или что я с самого начала сомневалась, но велась, как барашка на убой.

Гронский выудил из-за спины пышный букет красных роз и протянул мне.

— Ну что, воробышек, теперь я прощён?

Всегда немного завидовала Лине, у неё глаза такие красивые — большие и круглые, почти кукольные. И у мамы моей такие же, а мне от папы разрез глаз достался. Мечты сбываются, однако. Чувствую, как глаза мои раза в два увеличились, жаль, но вряд ли эффект долговечный. Смотрю на парня и даже моргнуть не получается, хочу, а не могу.

— То есть, ты решил, что заявишься ко мне с розочками, а я всё забуду и брошусь на шею? — чеканю каждое слово, делая небольшие шаги по направлению к мерзавцу.

Гронский смотрит недоуменно и плечами пожимает. Значит, я угадала.

— Забуду твоё враньё? — продолжаю наступать — Забуду, что ты хотел просто использовать меня, как игрушку?

Наглец мрачнеет на глазах, не ожидал такого поворота. Что, познакомься с новой Лопуховой, которая больше не будет давать смешивать себя с грязью.

Подумать легко, а вот воплотить в жизнь гораздо сложнее. Но я справлюсь, точно справлюсь.

— Убирайся — говорю поникшим голосом, предыдущий монолог выкачал из меня все эмоции — Тебе правда нечего здесь делать, я больше не поведусь на твои уловки.

— Яна — испуганно обращается ко мне — нет больше никаких уловок, я…

Запнулся на полуслове, подозреваю, что и сам не верит в то, что говорит.

От его растерянного вида в груди начинает неприятно покалывать. Я всё ещё что-то чувствую к нему, более того, когда смотрю в эти тёмные глаза, готова простить и позабыть обо всём. Но как говорит Лина, иногда без ампутации не обойтись, зачастую это вопрос жизни и смерти. Она опытный врач, нет причин не доверять словам тёти. Выходит, у меня один путь — удалить ту часть сердца, которую занимает Гронский.