Сага о неудачнике 2 (СИ) - Немченко Александр - Страница 22

Я закружился вокруг противника, нанося удары и отбивая его атаки. Благодаря своей тактике я смог сделать так, что бой превратился только в бой на мечах, но даже так, мне приходится прикладывать колоссальные усилия, чтобы это продолжалось и дальше. Вскоре моя выносливость упадет, а значит, я не смогу поддерживать подобный темп, а то и вовсе выдохнусь. Но так я хотя бы привыкну к его скорости и атакам.

Судя по крикам и вою, зрители словно сатану вызывают. Опьяненные зрелищем, они дерут глотки, требуя Константина пролить кровь на песок. Но гладиатор не спешит выполнить их требования. Действует он четко и уверенно, как робот. И вот эта его невозмутимость напрягает меня сильнее всего. Уверенность в своих силах и холодная голова — это наиважнейшие вещи в бою, помимо мастерства конечно. Но судя по его движениям, последнего ему не занимать.

Отбив очередной удар, я внезапно для противника сместился вправо, а не влево, как он уже привык. Нанес резкий удар, но гладиатор быстро среагировал, поставив щит. Лезвие жалко звякнуло, ударившись о выпуклую поверхность. Константин развернулся в мою сторону, нанес широкий удар, но я уже вновь сместился вправо, взмахнув мечом. Он не опасался, так как знал, что успеет закрыться щитом.

По зрительским местам пронесся удивленный вздох. Константин слабо вскрикнул, резко отступил на шаг, закрывшись щитом. Меч его упал на песок, пальцы отрубленной кисти до сих пор крепко сжимают рукоять.

Я не стал ему давать и мгновения, чтобы осознать случившиеся. Стал стремительно атаковать, но Константин ловко отбивается щитом, не давая мне и шанса подобраться. Я атакую то с одной стороны, то с другой, но гладиатор, подобно загнанному в угол, сражается с отчаянием обреченного.

В какой-то момент, он ловко отбил мой меч и прыгнул вперед, не дав мне сместиться. Я только и успел прикрыться культей и удар. Похоже отчаянное положение и дыхание смерти за спиной, дало ему сил, а может просто продолжительность боя была такой, что я успел выдохнуться и уже мои движения замедлились настолько, что противник смог опередить меня. Как бы то ни было, я упал на спину, быстро перекувырнулся через спину, встал на ноги, готовый к очередному удару щитом, но его не последовало. Щит валяется в нескольких шагах, а сам Константин, прижав культю, подбежал к валяющемуся на земле гладию. Я помчался следом, ударил быстро и зло, но гладиатор успел схватить меч левой рукой и резко развернулся. Раздался звон, наши клинки встретились, заскрежетали высекая искры.

Бой разгорелся с новой силой. Толпа заревела в предвкушении зрелища. Кажется, от топота ног затрясся сам Колизей.

Наши мечи отчаянно звенят, сталкиваясь друг с другом. И Константин, и я сражаемся отчаянно, нанося быстрые сильные удары, уклоняясь от атак противника. И все же, физическая усталость и сильная кровопотеря дали о себе знать. Движения Константина замедлились, удары ослабли, да и сам он начал покачиваться из стороны в сторону, шатаясь как пьяный. Я нанес еще несколько ударов и один все-таки прошел, оставив тяжелый порез на груди гладиатора. Он сдавленно вскрикнул, упал на песок. Я в одно движение выбил его меч из руки. Дрожащая, словно пытается поднять невидимую гору, направилась в мою сторону, подняв указательный палец вверх — в жесте мольбы.

Я поднял взгляд на ложу, в которой застыл помрачневший Нормард. Он явно не ожидал, что я смогу одержать победу. Он закрыл глаза и указал большим пальцем вниз. Толпа взревела в восторге, а я глянул на поверженного гладиатора. Вот так оно и бывает. Сегодня ты любимчик толпы, а завтра, оступишься и она будет радоваться твоей смерти.

Я сжал меч покрепче. Чувствую сейчас себя в роли палача, но нужно отринуть эти чувства, ибо будь я на месте этого парня, уж он-то мне бы без всяких раздумий отделил голову от тела. Так что тут нет места жалости и сомнениям. Ты либо победитель, либо труп.

Я взял меч обратным хватом и мощным ударом вогнал острие в грудь. Константин вздрогнул, взгляд его остекленел, а мышцы медленно расслабились, причем так, что, кажется, будто он потерял форму, как надувной манекен, из которого выпустили воздух.

— И победителем объявляется гладиатор из лудуса дома Херей, «Счастливчик» Серж!

Уходя с арены, я бросил взгляд на ложу. Квинт Херей с серьезным выражением лица о чем-то перекинулся парой фраз с архимагом, однако стоило последнему отвернутся от ланисты, как губы того расползлись в улыбке. Наши взгляды встретились, и он поднял руку с оттопыренным вверх большим пальцем. Но стоило Нормарду начать поворачиваться к Квинту, как тот тут же убрал с лица улыбку.

Марк и Ганник, тоже победили. Причем последний устроил настоящее шоу. Он изматывал противника, хотя мог убить его одним движением, но продолжал кружить, нанося раны. Гладиатор же пытался сопротивляться до конца, хотя и сам понимал, что шансов у него нет. Хотя не так, он конечно же ловил шанс, надеялся, что Ганник в какой-то момент совершит ошибку и тогда ему удастся вырвать победу. Но сильнейший гладиатор дома Херей, несмотря на показушную беспечность, не дал себя и поцарапать. Наверное, это что-то типа уловки, показывать, что ты открыт, делать вид, что беспечен, и вызывать во враге желание воспользоваться «шансом», но в реальности готовить ловушку. Ганник постоянно начеку и только ждет удобного момента, чтобы поймать тебя на атаке.

Представление закончилось только под вечер. Благодарные жители столицы магического королевства, сполна насладившись зрелищем, разбредались по домам. Перед выходом на нас надели ошейники и только после этой процедуры позволили покинуть арену.

— Молодцы! Прекрасное выступление! — воскликнул Квинт, выходя навстречу в сопровождении двух охранников. — Серж, готовься. Сегодня ты получишь клеймо, вступишь в братство гладиаторов и станешь полноправным членом лудуса дома Херей!

Я кисло улыбнулся. Какая честь! Я прямо сейчас расплачусь.

— А ведь точно. Серж прошел испытание. Поздравляю! — хлопнув по плечу, произнес Ганник.

— Молодец, — холодно произнес Марк. — Меньшего я от тебя и не ждал.

Мы вошли в лудус под громкие приветственные крики гладиаторов. Они даже отвлеклись от тренировки, чтобы поприветствовать нас.

— Серж, ты все-таки живой?! — воскликнул Эномай. — Молодец парень.

— Он отлично выступил, победив Константина из лудуса дома Марциев, — произнес Квинт Херей. — Он прошел свое испытание, так что готовь жаровню, Эномай.

Я сглотнул. Нет, к боли я привык, да и благодаря высокому уровню выносливости боль будет не такая острая. Но все же, одно дело бой, а другое вот это, когда к боли идешь добровольно и это никак не связано с риском для жизни. Помню, в моем мире даже кровь из пальца сдавал с неохотой, а тут будет явно побольнее.

Как-то все быстро засуетились, выкатили жаровню, принесли металлический прут с клеймом в виде буквы «Х». Небо тем временем начало темнеть, появились первые звезды. Угли быстро накалились, а буква Х стала красной. От накатывающего волнами жара, мне стало не по себе.

— А теперь Серж, принеси мне клятву и после прими знак моего дома!

Слова клятвы просты, поэтому мне не составило труда их произнести. Все, в общем-то, сводилось к тому, чтобы я сражался за дом Херей, был верен ему и тому подобное. А затем металлический прут приложили к плечу. Я с трудом сдержал стон боли. Впрочем, эта боль нечета тем пыткам, которым я был подвергнут по пути в столицу.

— Поздравляю! Теперь ты один из нас! — воскликнул Арус.

От него я ожидал похвалы в последнюю очередь, но на гладиатора лице не было и капли гнева, наоборот он улыбается мне, как старому другу. Да и все остальные стали поздравлять меня, хлопать по плечу, говорить, что я крут, раз смог победить Константина из дома Марциев.

— Что ж, думаю на сегодня стоит закончить тренировки. Да и поздно уже, — сказал Квинт Херей.

— Как пожелает господин, — поклонившись, ответил Эномай. — Все слышали? Можете идти отдыхать!

Сначала был привычный обед из каши с кусками мяса, а после нас отвели в баню.