В интересах государства. Дакия (СИ) - Хай Алекс - Страница 81

— Спокойно, дорогая, — сказал он, крепко прижав ее к себе. — Не стоит мешать твориться тому, что было давно решено.

Почему Великий князь ничего не делал? Почему не вставал? Он ведь мог попытаться дотянуться до Осколка! Почему он вел себя как обычный смертный? И как вообще Юсупов смог пробиться через барьер высшего ранга? Я же видел, как его вязали… Такой и я бы не пробил.

— Опустите кинжал, ваше сиятельство, — спокойно проговорил Радамант, удерживая вырывавшуюся Иру.

Я попытался встать, но силы снова меня покинули. Видимо, вся энергия родового Источника ушла на то, чтобы не дать мне отбросить копыта. Меня мутило, тошнота подкатила к горлу, и я не смог ее сдержать.

Рвало желчью, но пока организм трясся и исторгал содержимое желудка, я огляделся. Денисов лежал неподвижно. Рядом с ним Жуковский и еще несколько человек. Я не мог понять, дышали ли они. Но то, что прихвостни Юсупова были мертвы, довольно быстро стало очевидно — их лица посинели, а на лицах застыли выражения ужаса и беспомощности.

Значит, нас еще пытались пощадить.

«Ира!» — позвал я. — «Ира, что это?»

Юсупов взглянул на кинжал в своей руке. Невзрачный, простенький. Разве что клинок был чуть длиннее обычного, да и само оружие казалось очень старым.

— Теперь понятно, почему ваши предки так старательно избавлялись от этого оружия, — улыбнулся опальный князь и навис над хрипевшим Александром Константиновичем. — Значит, Андомская сталь берет и вашего брата. Что ж, в таком случае закончить дело будет еще проще.

Андомская сталь. Проклятые клинки. Вот же черт… А ведь рана словно предупреждала меня о том, что эта хрень была поблизости. Но как Юсупов смог достать его?

Да какая уже разница? Главное — Велиий князь уже был не жилец. Если меня едва не угробила простая дырка в пузе, то вторая улыбка на шее точно была смертельной. Но может если дотащить его до Осколка…

Александр Константинович рухнул, но успел дотянуться до Ирины. Разжав отвратительную рану, он вцепился в ее голую ногу окровавленными руками. Девушка вскрикнула, а затем застыла. Со стороны казалось, что от ужаса, но я заметил, как на секунду ее глаза окрасились темным с яркими искорками. Словно звездное небо.

А затем Великий Осколок снова сошел с ума. И я уже знал, что это значило.

Великий князь Александр Константинович Романов умер.

Ира согнулась от боли в руках у Радаманта — издала такой вопль, что стены зашатались еще сильнее. Юсупов вздохнул, но тут же переступил через Великого князя.

— Что ж, теперь можно приступить к основному делу, — будничным тоном сказал он.

Он спрятал проклятый клинок за пояс и направился прямиком к артефакту. Ира замолчала и словно превратилась в статую. Только статуя эта была из черного мрамора со светящимися прожилками.

— Довольно, — прошептала она, позволяя силе выходить. — Хватит.

Я замер, ошарашенно наблюдая за тем, как в ней бурлила мощь Романовых. Глаза девушки вновь превратились в звездное небо. Неужели Великий князь успел что-то сделать? Что-то передать ей…

Радамант попытался ее остановить, но Ира взмахнула изящной кистью — и между ними вырос барьер. Косоликий нахмурился.

— Ирина, остановись. Прекрати. Пожалуйста.

Она не ответила. Юсупов снова потянулся за клинком.

— Усмири свою девчонку или ее постигнет участь родственника.

Ира улыбнулась и перевела жуткий космический взгляд на него.

— Попытайся, Борис Андреевич. Рискни здоровьем, тварь. Увидишь, что будет.

Ее голос звучал словно отовсюду. Возможно, все это и вовсе происходило у нас в головах — все же она была менталисткой и могла действовать привычным ей способом. Но Радамант преградил Юсупову путь к Осколку.

— Теперь вы, Борис Андреевич, стали не просто заговорщиком, но и настоящим почти что цареубийцей. Убийство Великого князя точно обеспечит вам смертный приговор. Так почему бы мне не исполнить его прямо сейчас?

— И навлечь на себя гнев нашей хозяйки? — усмехнулся Юсупов. — Нет, вы не рискнете. У нее каждый на крючке. И каждый получает награду за службу. Я всего лишь сделал то, что было давно проговорено. И вы, уважаемый Радамант, в накладе не остались. Хотели получить девчонку живой и здоровой — пожалуйста. Только как вы будете смотреть ей в глаза после всего, что натворили?

Хозяйка. «Наша хозяйка». Значит, Аспида и Орден Надежды управлялись одним человеком. Женщиной! Юсупов и Радамант — ширмы. Каждого купили, каждому пообещали нечто ценное. Нечто, что для каждого из них было важнее всего.

И для Радаманта это была дочь.

Ирина словно их не слышала. Сила тянулась от нее к Осколку и возвращалась от него же. Я не понимал, что она делала, но надеялся, что она соображала.

— С девушкой я разберусь, — сухо сказал Радамант. — А вот для вас у меня послание от госпожи. Увы, ваше сиятельство, но вас в Петрополе более не ждут. Ваше членство в ордене Темной Аспиды аннулировано. Я прибыл сюда лишь затем, чтобы лично это устроить.

Я с трудом наскреб силу на один «Колобок». Рубашка намокла от крови, сосредоточиться становилось все труднее. И все же я выжидал момент.

Юсупов бросился к артефакту, но Ира оказалась у него первой. Отшатнувшись от обоих колдунов, она припала к Великому Осколку и выбросила вперед обе руки. Радаманта и Юсупова отбросило от нее к стене.

Превозмогая боль, я пополз к подруге, моля небеса о том, чтобы остаться незамеченным. Сейчас толку от меня не было. Даже Благодать иссякла. Я чувствовал себя тряпичной куклой, которую порвали собаки. Только одно заклинание. Только один шанс.

— Она не могла отдать такой приказ. Мы все поделили. Ей — Петропольский, мне — этот! — Прорычал Юсупов и снова выхватил кинжал. Но на этот раз он обратил всю ярость на Радаманта.

Косоликий приподнял бровь.

— Вас обманули, Борис Андреевич. Это чистка. Чистка недостойных носить титул аристократа и обладать даром Благодати. Та, кого вы называете госпожой, устроила новый Потоп моими и вашими руками. Но разница между мной и вами заключается в том, что я не просил больше, чем мог взять. Вы же посягнули на Великий Осколок, хотя не достойны даже его тысячной части.

Какое же удовольствие было наблюдать смену выражений на лице Юсупова. Что, поимели тебя, княже? Поимел Радамант и та госпожа, которая все это заварила.

— Не верю, — тихо проговорил князь. — Не верю. Мы вместе с ней работали много лет.

Радамант усмехнулся.

— Кровь — не водица, ваше сиятельство. В конце концов она моя сестра. И она только что вашими руками убила одного брата, чтобы возвысить другого.

Юсупов выронил кинжал и отступил на шаг. Оглянулся на своих людей. Точнее, на своих мертвецов. Уставился на Александра Константиновича — возможно, единственного человека, который мог настаивать на справедливом суде. Остальные бы попросту разорвали Юсупова голыми руками.

Я подполз к оброненному кинжалу. Увидел, что Радамант меня заметил, но он, скользнув по мне взглядом, ничего не сделал. Даже странно. Денисова вырубил, остальных и вовсе прикончил, а меня не тронул, хотя я все слышал и теперь знал непростительно много.

Может ради Иры? Или потому, что я в свое время помог ее уберечь?

— Полагаю, всем будет лучше, если ваша история закончится здесь и сейчас, — говорил Радамант, не сводя глаз с Юсупова.

Дрожащими руками я поднял кинжал и направил остатки силы на то, чтобы подняться на ноги. Кто бы ни начал это, но Юсупов сделал достаточно, чтобы заслужить смерть. Не будет никакого суда. Нет смысла оставлять ему жизнь. Теперь я знал, кто — конечное звено в этой адской цепочке.

И с Ксенией Константиновной мы непременно разберемся.

Я выпрямился за спиной опального князя и молча ударил. Вложил всю силу в то, чтобы не промахнуться. Да, удар в спину. Да, нормальные герои так не поступают. Но этот помешанный на власти хмырь не заслужил честной смерти.

Юсупов вздрогнул. Попытался обернуться и увидел лишь мою усталую улыбку.

— Все, Борис Андреевич, — сказал я. — Благодарю за службу.