Влюбить на спор (СИ) - Сергеева Елена Владимировна - Страница 21

Пожимаю плечами и стараюсь изобразить загадочное выражение лица.

"Не всегда важные разговоры происходят именно тогда, когда мы их ждем. А чтобы вы поверили, что дело движется в нужном направлении, я снимаю этот ролик из ванны... Как вы думаете, чьей?! Да, правильно - Димы Кречетова".

Подмигиваю, посылаю свой фирменный поцелуй и завершаю монолог.

"Всем пока. Всем спасибо за поддержку и внимание!"

Едва жму на красную кнопку остановки записи, как сдуваюсь, и снова превращаюсь в сбитый в пюре овощ.

Посидев еще пару минут, погоревав о своей непростой ситуации, я вылезаю, вытираюсь, спускаю воду и смотрю на одежду, которую принесла Даша. Вещи простенькие, но приятно пахнут цветочным ополаскивателем, только руки сами собой тянутся к футболке, которую недавно сняла. Она хранит запах Димы, и я хочу ощущать его. Может быть, он разгонит скверное настроение, в которое я сама же себя вогнала.

Высушив волосы, выхожу из ванной и натыкаюсь на Олю. Девочка, похоже, караулила меня под дверью.

- А ты правда будешь у нас ночевать?!

Ее глазки внимательно изучают мое лицо, и улыбку не надо приклеивать: она сама появляется на губах.

- А ты не хочешь?

- Хочу, конечно! - и через секунду: - А ты со мной поиграешь?

- Обязательно.

- Оля! - раздается голос Даши. - Я чай Вики налила.

- Ой! - восклицает малышка и уже тащит меня за собой.

Едва я появляюсь на кухне, как натыкаюсь на изучающий взгляд Димы.

- Тебе Даша не дала чистых вещей?!

- Дала.

- Почему не надела?

- Мне твоя понравилась, - бормочу я и не знаю, как избавиться от несвойственной неловкости, которую вызывают три пары черных глаз, разглядывающих меня.

Дима усмехается, я краснею и осознаю, что в такой идиотской ситуации я точно никогда не была раньше. А еще не оставляет вопрос: почему меня так смущает этот парень?! Я же не из робкого десятка!

Во время семейного чаепития, в которое я спустя пару минут умудряюсь влиться, во время веселых и занимательных разговоров и щебетания девчонок, в процессе всеобщего смеха тепла и радушия я чувствую, как совесть снова начинает не на шутку штурмовать меня. Я то и дело бросаю изучающие взгляды на Диму и терзаюсь: может, стоит признаться ему во всем и положить конец этому дурацкому спору?! Окончательное решение так и не приходит ко мне. Я балансирую между чашами весов, перемещая аргументы то в одну, то в другую сторону. Однако главное я понимаю, что если и решусь это сделать, то точно не сейчас.

Где-то через полчаса Оля, не спрашивая повторного согласия, тащит меня в свою комнату, чтобы поиграть. Она вручает мне новую Барби и малыша, а сама берет Кена и начинает свое кукольное представление. Я подхватываю его, но все действие проходит словно на автопилоте. Я что-то говорю, как-то передвигаю своих персонажей, но сама нахожусь где-то далеко там, где в жестоком поединке снова сражаются добрая и темная стороны моей души.

Вечером, устроившись не на привычном ортопедическом матрасе, а на неудобном диване в комнате девчонок, я никак не могу уснуть. Верчусь, слушаю размеренное дыхание спящих, даже считаю свои сумочки и туфли вместо баранов, но не помогает. Все мысли вертятся вокруг одного: я сволочь, а теперь сволочь в квадрате, потому что не завершила спор, а продолжила, и это после того, что сегодня Дима сделал для меня!

Повинуясь внезапному порыву, осторожно встаю с кровати и бесшумно иду к его комнате. Вот куда меня несут черти?! И главное, зачем? Облегчить совесть?! Все рассказать ему?! Я сама не знаю. Просто повинуюсь своим импульсам!

Подойдя к его двери, я теряю смелость, трусливо покидающую меня и возвращающуюся обратно на диван, а мысли, что парень уже раздетый лежит в кровати, будоражат, пугают и отправляют за ней следом. Окончательно убедив себя, что сейчас точно не лучшее время для признаний, разворачиваюсь и направляюсь обратно.

- Вика! - я едва не подпрыгиваю от неожиданности и оборачиваюсь, проверяя: может, у меня слуховые галлюцинации?!

- Что ты тут бродишь?!

Нет, не послышалось. Я отчетливо вижу Диму. Его красивую спортивную фигуру и трикотажные брюки, держащиеся на бедрах. Ух! Хорошо, что в комнате полумрак и незаметно, какая я становлюсь пунцовая.

Признаваться в истинных причинах моего лунатизма у меня тут же пропадает желание, и я придумываю на ходу:

- Я хотела попить.

Вот такой вот бред: заблудилась в трех соснах! Достовернее не бывает!

- Кухня в противоположной стороне, - в его голосе звучат веселые нотки, и я понимаю, как неправдоподобны мои слова и какой глупой я себя выставила.

- Пойдем, я покажу дорогу. Я тоже за этим вышел, - вырывает он меня из лап неловкости и нелепости, что решили стать моими спутницами в этот вечер недоразумений!

Устроив принудительный водопой, молча ругаю себя. Большая чашка чая и теперь еще эта вода на ночь. Жесть! Завтра с утра я буду отекшая и красивая, как шарпей... Что же, восхитительное начало дня я устраиваю!

- Доброй ночи! - произношу я, осилив воду и желая поскорее уйти, добраться до дивана и наконец заставить себя уснуть, завершив этот слишком эмоциональный, непредсказуемый и сложный день.

- Доброй ночи!

Задерживаюсь на мгновение на запекшейся крови на его губе и спрашиваю:

- Ты не обрабатывал рану?

- Нет. Так заживет.

- Обязательно надо! - восклицаю я. - А если туда попадут микробы?!

- Если какие-то были, то уже попали.

- Все равно надо, - настаиваю я. - Можно я сделаю?!

Изучающий секундный взгляд, кивок и пояснение:

- Аптечка в том шкафу.

Иду в указанную сторону и уже ругаю себя. Вот почему не ушла, как собиралась?! Уже бы улеглась в кровать и пробовала уснуть! Мне что больше всех надо?! Зачем усложняю жизнь?! Но поскольку задний ход давать поздно, достаю аптечку и возвращаюсь с обеззараживающим спреем и ватным диском.

Дима, опершись бедрами о кухонную столешницу, смотрит на меня. Этот пристальный взгляд, его обнаженное тело. Я снова смущаюсь и еще острее понимаю, что моя затея в очередной раз дурацкая.

Практически не дыша, подхожу к нему. Смачиваю диск, прикладываю к разбитой губе, одновременно поднимаю голову, чувствуя его горячее дыхание на своей щеке. Мурашки пробегают по коже, заставляя вздрогнуть. Повторяю свою манипуляцию. Он не двигается, не морщится, а спокойно переносит экзекуцию, не отрываясь смотря на меня, чем невероятно меня нервирует.

- Небольно?! - пытаюсь разрядить сгустившийся между нами воздух.

Парень мотает головой, а я сглатываю, потому что слишком остро ощущаю его близость.

- Прости! - в который раз за сегодня шепчу я. Похоже, меня заклинило, и другие слова в моем арсенале потерялись. Хотя сейчас я извиняюсь совсем не из-за той драки, а за то, что не могу набраться смелости сказать ему правду, а еще за то, что слишком тщеславна, чтобы признать свое поражение и прекратить спор.

Убираю диск от его губ, но не перестаю на них пялиться и думать о том почти случившемся поцелуе. Я совсем рехнулась! Рискую и поднимаю глаза. Ух, как там жарко! Меня автоматически сразу заполняет тот же жар, а когда неожиданно и быстро губы Димы накрывают мои, я просто теряю связь с реальностью.

В моей жизни меня целовал не только Игорь, и я не была неопытной девочкой, смущающейся и незнающей, как себя вести в подобной ситуации, но сейчас, впиваясь пальцами в его плечи, чтобы не упасть, прижимаясь к крепкому телу парня всей своей мягкостью, принимая напор горячих губ и языка, отвечая им, я впервые в жизни ощутила, что описания, которые когда-то читала о поцелуях в любовных романах и насмешливо критиковала, обрели другой смысл. Я правда чувствовала дрожь, головокружение, эйфорию и легкость, будто за спиной выросли крылья, превратив меня из принцессы в фею и даже привкус спирта не мог испортить все этот.

Спустя какое время мы отрываемся друг от друга, я не имею представления. Мне кажется, мы целовались целую вечность, пока не закончился кислород. Не восстановив дыхание и не веря тому, что произошло, мы растерянно смотрим друг на друга. В голову стучится пугающий вопрос: и кто кого должен был влюбить?! То, что я поплыла, это неприятный, но неоспоримый факт, хотя я не в состоянии понять, как такое вообще могло случиться?! А вот Дима... По нему сложно что-то определить. Что же, "прекрасное" завершение сумасшедшего дня. Все было, итак, непросто, сейчас запутаннее не бывает. И что мне теперь делать?!