Тропа ауберианского траппера (СИ) - Беляев Павел - Страница 8

А ведь пора была пылкая — против природы не попрешь. Особенно если природа предстает в образе белокурой бестии с идеальным силуэтом сильного тела, огромными дерзкими глазами и лидерским, но женственным подбородком с ямочкой. За этот приз среди парней разразилась не объявленная незримая война, и Факел ввязался в нее несмотря на всё самообладание…

—

— Номер И-131, входная обработка окончена, — раздался спокойный женский голос из динамика. — Пожалуйста, подойдите к окну восемнадцать.

Факел твердыми шагами направился к окошку в стене.

Короче, экзамены были сданы, проекты защищены, нормативы выполнены, учебка на Корабле закончилась. Не то чтобы Факелу нравилось учиться, ведь давались только предметы, необходимые инженеру-технику для ремонта и обслуживания весьма прозаичного оборудования добывающего завода. Краны, конвейеры, дробилки, вагонетки, погрузчики, разгрузчики… Но Факел терпеливо штудировал инструкции и спецификации, потому что это был билет на Планету.

Упорство, ловкость и умение держать удар сделали свое дело — Факел прошел отбор в группу стажировки на планетарном заводе «Почвы-14Б». Это известие сделало его самым счастливым парнем на Корабле.

—

— Добрый день, — обратился Факел к девушке в погонах по ту сторону стекла.

— Здравствуйте, — таможенница бегло взглянула на него и снова повернулась к своему дисплею. — Прикладывайте.

Факел положил пятерню на сенсорную панель перед собой.

— Вы частный георазведчик?

— Да. Что-то не так? — улыбнулся Факел. Обычно проблем с таможней не возникало, его статус был вполне легален. Точнее сказать, его статус был достаточно легален, чтобы не возникало проблем с таможней. Обычно.

Девушка ответила не сразу, сначала нажала несколько клавиш на своем пульте.

— Миссию удалось выполнить?

— Да, отчет прилагается. Видно отчет?

Еще пара щелчков, пауза.

— Всё в порядке. С возвращением.

—

Н-да, с возвращеньицем. «Протей»-то уже давно не дом. Но и Планета за эти годы так им и не стала. Перед Факелом всплыли из памяти постройки завода «Почвы-14Б». Это место было так же романтично и насыщено приключениями, как и его говорящее название. Другими словами, это была самая унылая дыра во вселенной.

Высоченная непрозрачная стена по периметру, казалось, защищала не столько здания и жителей базы от аборигенов, сколько красоты самой планеты от жадных взглядов новоприбывших протейцев. И хотя работа не была изнуряющей — помогать мастеру с пуско-наладкой и ремонтом — Факел уже через неделю горячо проклял ее, как и весь этот чертов завод.

Однако, поразмыслив, он всё же решил не дергаться и не выступать. Главное — он на Планете! Если сумел выбраться с Корабля, сумеет и преодолеть стены из бетона и тупых регламентов. Стиснув зубы, искатель приключений погрузился в рутинную техподдержку. И спустя три месяца его упорство снова победило: мастер заключил, что Игорь Жигарев успешно прошел стажировку, и рекомендовал его на работу в постоянный штат завода.

К тому времени молодой подмастерье уже изучил повадки и пристрастия начальства, придумал с полдюжины планов бегства за пределы периметра и даже присмотрел возможных союзников. Вдохновение и идеи черпались из легенд о первых ауберианских трапперах — Ланжероне и Каприо, которые лет двадцать назад покинули базу навсегда, променяв безопасную клеть на захватывающую дух свободную жизнь. Чем закончились их многолетние приключения, Факел предпочитал не задумываться. По косвенным признакам, они погибли, но ведь вполне вероятно, что трапперы просто переселились на другую часть Планеты.

Итак, через полгода после прибытия, Факел улучил момент и угнал вездеход, подготовленный для дальней экспедиции. Это было легко, гараж не охранялся. Сложнее было уболтать привратников. Факел несколько недель втирался в доверие к парням, угощал их выпивкой, развлекал разговорами. Люди это были недалёкие (как и большинство жителей поселения), намек-предложение отправиться с ним куда глаза глядят не приняли, но им тоже было скучновато. Сработала хитрость: Факел заключил пари, что продержится снаружи периметра десять дней. Иначе они получат пятьсот кредбаллов (пришлось перевести их на буферный счет). Предвкушая легкие деньги, а пуще — радуясь необычному развлечению, парни открыли ворота перед начищенным восьмиколесником.

Почти сутки Факел без остановок гнал по бездорожью (дорог здесь не водится), предварительно демонтировав модули отслеживания. Затем долго отсыпался, а когда очнулся — сердце исполнило энергичный глубокий бит как в уважающем себя танцклубе: он наконец-то был свободен.

Два месяца новоиспеченный траппер болтался по Иднишу, с помощью аппаратуры, догадок и экспериментов изучая языки и поведение эбрайлов. Всеми силами он старался понять, как держаться с ними так, чтобы не снимать бластер с предохранителя. Впрочем, оказалось, что далеко не каждый встречный здесь бросался на тебя с оружием. С большинством эбрайлов можно было нормально разговаривать, а с некоторыми даже обмениваться вещами.

Однажды Факел удачно поохотился и решил попробовать толкнуть трупик Низшего людям, живущим на Планете. Он выбрал базу подальше от «родных» «Почв» и заявился туда на эбрайлской арбе, запряженной носатой гомусэрой. Вездеход траппер спрятал, но все равно это была глупая выходка — его приметы уже имелись в базах служб безопасности всех иднишских поселений. И даже несмотря на то, что безопасникам было не до чужих беглых сотрудников, встреча с ними могла закончиться депортацией на Корабль и штрафными работами. Однако рискнуть рано или поздно пришлось бы: трапперу никак без контакта с людьми, хотя бы в первые месяцы.

Возможно, тут бы и умерла трапперская карьера Факела, если бы его еще на подходе к базе не перехватил агент Винченсо Ла Банджо — короля контрабанды. Вот тогда-то и закончился для Факела пролог к новой жизни и началась первая глава.

Факел вышел на остановку магнитной электрички.

Работа с Винченсо всё меньше нравилась. Поначалу это было что-то неописуемо крутое. Дельцы посылали на Планету свои поисковые отряды с определенной миссией — изловить некую тварь, раздобыть артефакт, собрать информацию о некой местности или об эбрайле или о клане. Задания были разными, места менялись, и каждая такая поездка давала гору впечатлений и пищи для ума. Правда, соратники не отличались ни культурным уровнем, ни кругозором, но в людях Факел давно разочаровался, поэтому их компания особо не тяготила. К тому же, это была отличная возможность набраться опыта у настоящих трапперов, пусть и наёмных.

Через пару лет заказных вылазок Факелу снова повезло. Двоих его коллег подстрелили воины из отряда клана эбрайлов Вайтатэ. Одного наглухо, второго удалось доставить на челнок, где он и отдал концы. Какое-то время Факел спрашивал себя — мог ли он спасти раненого. Наверное, мог, если бы поднапрягся, разобрался с медицинской аппаратурой, срочно доставил бы его на базу или на «Протей». Но он не стал. И вскоре перестал совеститься. В конце концов, они сами виноваты — не проявили должного почтения к верованиям Вайтатэ (которые, как известно, весьма щепетильны в этих вопросах). Так Факелу достался космический челнок и куча разного трапперского добра.

С этого момента Факел стал работать один и — безо всяких миссий. Дельцы, в целом, привечали вольных трапперов, если те были достаточно удачливы.

Года три Факел трапперствовал. Он самостоятельно изыскивал информацию о каких-либо ценностях и сам же ее разрабатывал. Иногда удавалось что-то добыть. Выручки хватало на всё — запчасти, снаряжение, провизию, боеприпасы и даже кое-какие развлекухи. Это была прекрасная, удивительная пора. Никаких начальников и обязанностей, а вокруг глубокий фантастический мир, полный нетронутых тайн, зовущий и романтический.

И всё же в последний год в душе росло напряжение. «Я достиг чего хотел? Я счастлив? — спрашивал себя траппер. — Нет!»

Кребы, очевидно, не годятся на роль ключевой жизненной ценности. Во-первых, они полноценно ходят только на Корабле. Во-вторых, их необходимо потратить в течение года, поменяв на права, услуги или товары. Иначе они сгорят, так устроена финансовая система «Протея».