Место Силы 1-2 (СИ) - Криптонов Василий - Страница 96

Наконец, убийца перехватил меч и с размаху пробил собственную грудь.

Ноги подкосились, он начал падать внутрь колодца, но на середине пути прекратил существовать, превратился в пыль. Только меч полетел дальше, вниз, в самую сердцевину прогнившей насквозь планеты.

Снова экран с изображением планеты. Вспышка… На схеме появилась точка. И я точно знал, что это — Место Силы.

Последний бастион обороны.

Те, что покончили с собой, увидев истоки Чёрной Гнили, сдались. Но они были не единственными. И кое-кто из оставшихся в живых решил бороться.

Я увидел, как Баэлари ложится на алтарь и закрывает глаза. Над ней стоят двое таких же, инопланетян, и быстро-быстро что-то говорят, как будто читают заклинание.

Один из них поднял кинжал и — опустил. Пять быстрых ударов. Кусок грудной клетки — вон. Баэлари даже не шелохнулась.

Я видел её бьющееся сердце, похожее на человеческое. Оно продолжало пульсировать, когда его вырезали и извлекли наружу.

Кинжал исчез в руке инопланетянина. Он понёс сердце куда-то прочь. А второй положил в грудь Баэлари алмаз. Сердце Красавицы.

Вспышка. Яркий свет пронизал всё, охватил Место Силы и дал жизнь мириадам тонко рассчитанных механизмов.

Я увидел устройство, которое напомнило мне дискотечный шар. Да и принцип действия был похож. Только вот оно не отражало свет, а порождало его. Сотни, тысячи лучей ударили в разные стороны и порвали ткань бытия.

Забор. Одного прута не хватает.

Вспышка, и за забором появляется светящееся пятно.

Я пролезаю через дыру в заборе и вхожу прямо в сердцевину пятна.

И — темнота.

* * *

Здравствуй, друг!

Твоё появление здесь — последняя судорога нашего мира.

Твоя жизненная энергия превышает нашу в миллионы раз.

Мы создали технологии, способные противостоять Чёрной Гнили.

Но мы не можем питать их сами.

Сама Чёрная Гниль даёт нам «топливо» для наших «печей».

Но сражаться должны разумные существа.

Ты оказался на передовой, но в противном случае ты просто встретил бы Чёрную Гниль неподготовленным.

Ты вытянул счастливый билет.

Ты — один из немногих, кто получил реальный шанс выжить.

И в твоих силах спасти свой мир целиком.

Удачи!

44. Хирург

Сон, проглотив меня полностью и пожевав, не нашёл во мне ничего вкусного и с презрением выплюнул обратно.

Я закричал, сел на кровати, вцепился в металлическую стойку, на которой крепился верхний ярус.

Всё осталось в памяти. А впечатление потихоньку таяло. Таял ужас от созерцания гибнущего мира. Я понимал, что мир этот — не мой.

Ну, по крайней мере, пока.

— Крейз, что с тобой? — Рядом со мной очутилась Алеф. Одна её рука легла мне на плечо, другая — на мои пальцы, мёртвой хваткой вцепившиеся в стойку.

Не только Алеф проснулась, все зашевелились, разбуженные моим криком. Люди зевали и задавали вопросы.

Я перевёл дыхание и осторожно разжал пальцы. Казалось, они стиснуты с такой силой, что попытка резко их расслабить что-то там сломает. Кости, например. Или сухожилия порвутся.

— Сон, — выдохнул я полуправду. — Всего лишь сон…

Как и обещала та сука в пустоте, я, наверное, узнал о Чёрной Гнили ровно столько же, сколько знали они.

Это — дерьмо. Пришло из ниоткуда. Одних убило сразу и превратило в оживших мертвецов. С другими обошлось ещё хуже — изуродовало их до неузнаваемости. Вот и вся песня.

Но вот беда. Как бороться с порождениями Гнили, нам в общих чертах ясно. А как уничтожить её саму?

Этого, похоже, не знали и Хранители. Иначе не стали бы продолжать игру.

Алеф смотрела на меня с беспокойством. Погладила по голове, хотела что-то сказать, но тут стукнула дверь.

Дежавю. Второй раз за этот день, который ещё даже близко не собирался заканчиваться, прямиком ко мне промаршировал Ликрам и сказал:

— Крейз, есть разговор. Пошли.

— Я тут, вообще-то, спать пытаюсь, — возразил я.

Усталость накатила по-новой.

— Через пятнадцать минут обед, — сказал Ликрам. — Пошли. Извиняться перед тобой я всё равно ведь не стану.

Вздохнув, я спустил ноги на пол. Наклонился, нащупал ботинки.

Пока завязывал шнурки, в голове неохотно закопошились мысли.

Странный тон командира вернувшейся пятёрки. Плюс — сообщение Сиби. Потом она пошла к той же пятёрке и Ликраму. Всё это вместе равняется — ничего хорошего для меня.

Что ещё вычудил этот хрен-знает-кто в погибшем городе?

И при чём тут, в конце-то концов, я?

* * *

Ликрам привёл меня на парковку за корпусом. Всё время пока шли, он оглядывался, чтобы убедиться, иду ли я следом. Я только головой покачал. Всё как-то до боли напоминало безмозглый гоп-стоп за школой.

Ну, пусть попробуют, что я могу сказать… Ярр, вон, однажды попытался. Остался без головы. Ненадолго, правда, но больше с тех пор ни разу не предложил уединиться в зале для поединков.

Пятёрка вернувшихся выбрались из киберов. Это меня радовало. Всё-таки драться с противником своего размера — предпочтительнее.

Выглядели они предельно измочаленными, даже, я бы сказал, болезненными. И это — тоже хорошо.

Впрочем, пора бы уже, наверное, выкинуть из головы бредовую мысль, будто меня хотят избить или убить. Я заметил интересную подробность, которая множила на ноль такой вариант развития событий.

У всех вернувшихся отсутствовали правые руки.

Я остановился, широко раскрыл глаза.

Ну да, пять человек в стандартных обтяжках. И все пятеро — однорукие.

— Вы как этого вообще добились? — вырвалось у меня.

Послышался смешок.

Я повернул голову, потом пришлось поднять её. Увидел Сиби. Она сидела на плече чужого кибера и болтала ногами.

— Вот и я то же самое спросила, как только увидела. Бред, правда?

Правда, бред. Это нужно было как минимум всем вылезти из киберов (нахрена?!) и одновременно сунуть руки в какое-то сомнительное нечто. Именно одновременно. Потому что вряд ли эти ребята были до такой степени умственно отсталыми, чтобы, видя, как отрывает руку у товарища, тут же пихать туда же собственную.

— Ничего сказать не хочешь? — спросил командир пятёрки.

Это был здоровый парень. В отличие от Ликрама, который был накачан в меру, этот, похоже, ещё по прошлой жизни метил в серьёзные спортсмены.

Я почесал лоб большим пальцем.

— Эм… Сочувствую? — предположил наудачу.

Сиби единственная захихикала.

— Расскажи ему, — велел Ликрам.

Командир пятёрки, сверля меня недобрым взглядом, заговорил:

— Мы попали в ловушку. Нас буквально облепили со всех сторон Кинг-Конги и челюсти.

Вот, ещё челюсти какие-то. Сколько ж всякого отродья наворотила эта Чёрная Гниль?

— Потом появился тот парень.

— Хирург, — сказал, будто выплюнул другой однорукий.

Я напрягся. Ну вот, началось самое интересное…

— Он остановил монстров. А потом заставил нас выбраться из киберов.

Командир подошёл ко мне, сверху вниз заглянул в глаза. Многие, наверное, обделывались, когда он так на них смотрел.

— Он отреза́л нам руки, а мы ничего не могли сделать. Вообще ничего, даже кричать. И всё время он спокойно разговаривал с нами. Рассказывал, что скоро всё закончится. Что нашему Месту Силы остались считанные дни. Сказал, что больше ни одна пятёрка не вернётся целой и невредимой.

— Так, — кивнул я. — А с какого момента мне нужно начать испытывать чувство вины?

— Он сказал… — Слова командира пятёрки как будто превратились в гвозди, которые он заколачивал в крышку моего гроба, — что будет калечить людей до тех пор, пока ты не позволишь ему остановиться.

45. Минута

Мне даже не пришлось стараться разыгрывать недоумение. После слов командира пятёрки одноруких у меня глаза буквально вылезли на лоб.