Королевский брак, или Не трать мое время (СИ) - Кос Анни - Страница 67

— Не посмеешь. Ты, без сомнения, авантюрист, но авантюрист честный.

— Опять замечаешь в людях только лучшее?

— А что еще стоит того, чтобы его заметили?

— Тоже верно. — Он склонился почти к самым моим губам и тихонько произнес: — Грейс Колти, ты окажешь мне честь? Станешь моей женой?

— С удовольствием! — выдохнула за мгновение до того, как поймать губы Эда. — С огромным удовольствием!

Тактичное покашливание прервало наш поистине бесконечный поцелуй.

— Вы двое выглядите просто неприлично счастливыми, знаете об этом? — Вивьен бесцеремонно уселась на поверхность алтаря и по-простецки подперла щеку кулаком. — Вызываете приступ неконтролируемой зависти.

Я с трудом заставила себя оторваться от Эдварда. Мда, неудобно вышло, мы же тут не одни, а вопросы личного счастья для кое-кого, наверное, стали больной темой.

— Пусть продолжают, что уж там, — Хорас, непривычно всклокоченный и напрочь растерявший аристократический лоск, приблизился к алтарю. — Я присяду, не против?

— Конечно, — кивнула Ви. — Странный вопрос после всего, что между нами было.

— Было — ключевое слово. Пытаюсь сохранить остатки достоинства. Боюсь, я задолжал тебе извинения.

— Принимаются не глядя. И… сочувствую. Насчет женитьбы. Честно, не думала, что этим кончится. Магически скрепленный брак — это же всерьез и надолго.

— Судьба. За все надо уметь платить: кому-то состоянием, кому-то репутацией, кому-то свободой, кому-то всем вместе, — вздохнул лорд Гейб.

— А знаешь что? Надеюсь видеть тебя частым гостем в своем доме. Как друга и советника, чьим добрым расположением я искренне дорожу.

Хорас изумленно уставился на Вивьен, потом медленно кивнул, принимая её покровительство.

— Это честь для меня.

— Рада помочь.

Мы с Эдом смущенно переглянулись, я слегка пожала плечами: поддержка и публичное одобрение дочери герцога — это немало, особенно для тех, кто умеет думать и просчитывать наперед. Лорд Гейб неловко кашлянул в кулак и сменил тему:

— Зато вопрос о предсказании прояснился. Выходит, корона тебе достанется, Ви.

— Угу, когда-нибудь потом, — как-то вяло отозвалась будущая герцогиня и, возможно, будущая королева. — Но я сейчас уже не уверена, правильно ли мы вообще на нее смотрели. Помнится, у королевской короны форма слегка отличается. Она фигурная такая, спереди выше, сзади ниже, вся в камешках. А та была проще: гладкая, семь равных зубцов. И чем больше я про нее вспоминаю, тем больше думаю, что она появилась из-за вас, Эдвард Лодли. Или все-таки Эдвард Эллингтон?

— Лодли. При всем уважении к родителям, растил меня дядя, было бы несправедливо забыть о его заботе и любви.

— Хорошо. Так вот, корона…

— Вот только не надо снова начинать.

— Не в том смысле, — перебила Ви. — Семь зубцов, семь сил, семь Архитекторов. Предсказание всего лишь показало возвращение магии времени. И, возможно, вам придется стать официальным представителем этого направления, чтобы оправдаться перед законом.

— Вот уж не рвусь в служить совету Архитекторов или министрам.

— Других идей все равно нет, а с силой времени что-то делать надо. Придется вам, уважаемый эньян, слегка пожертвовать личным удобством и подумать о том, что нужно Ареону. И потом, вы же не собирались и дальше зарабатывать исключительно авантюрами? Грейс, тебя это тоже касается. Считайте это если не приказом, то настоятельной рекомендацией задуматься.

Мы с Эдом переглянулись, и он страдальчески поморщился:

— Ох, и зачем я только влез в это дело?! Вот знал же, что от власть имущих надо держаться подальше.

— Вот уж точно, ни отнять, ни прибавить, — Хорас в задумчивости откинулся на спину и заложил руки за голову. — И всё же странно вышло. Судьба могла бы сложиться иначе, если бы Кредигус решил бороться за своего друга двадцать восемь лет назад. И не начни король расследование в наши дни, не реши мой отец использовать это в своих целях, не окажись поблизости Марсела… Кредигус лично воплотил свои кошмары в жизнь. Создал реальность, от которой хотел убежать.

— Кстати! Марсела! — встрепенулась я. — Мы совсем забыли, она же оставила тебе подарок! — Я подскочила и быстрым шагом направилась в дальний угол. — Где же он? Куда подевался? Ах, вот! — Я вернулась и протянула конверт Хорасу. — Открывать будешь?

— И не подумаю. Оттуда обязательно выпрыгнет какое-нибудь проклятие и уничтожит меня окончательно, чтобы леди Гейб с чистой совестью могла носить траур. Ей очень идет черный, и она об этом отлично знает.

— Там что-то легкое, — я взвесила конверт на ладони. — Думаю, просто записка или письмо.

— Пропитанное магическим ядом?

— Не похоже, магии ноль.

Лорд Гейб вздохнул и все-таки взял конверт в руки, повертел, посмотрел на свет и распечатал. Заглянул внутрь, пожал плечами и вытряхнул на алтарь чистый белый лист и крохотную, буквально в две строки, записку.

«Дорогой, эти полгода были прекрасны, но ничто не может длиться вечно. Будь свободен и счастлив, твоя М.В.».

— И? — недоумение на лице Хораса было совершенно искренним. — Кто-то что-то понимает?

— Полгода, говоришь? — Эдвард осторожно вынул из пальцев Хораса лист, затем взял хронометр и перевел стрелки вперед. — Насколько я успел понять, леди Гейб любит просчитывать варианты заранее. С далеким будущим это, конечно, работает плохо, только с ключевыми моментами и основными развилками, но, возможно, для тебя эти развилки уже пройдены.

От отложил письмо с артефактом подальше и активировал, отскочив, чтобы не попасть в поле воздействия.

На безупречно белой бумаге проступили ровные ряды слов, гербы, имена и печати. Эньян Лодли вчитался в текст, посмотрел на даты и хохотнул. Я не удержалась и заглянула через его плечо. И удивленно присвистнула:

— Но как это возможно?! Ведь в записке сказано однозначно! Она же не могла знать заранее!

— Но могла предположить, что именно так и будет. С некоторой долей вероятности.

— То есть, ты хочешь сказать, что если бы Хорас решил выйти из игры, стать на сторону отца или короля, позволил им арестовать нас…

— Будущее бы пошло другим путем, верно. И я бы не оказался тут и не запустил бы хронометр. И даже используй артефакт кто-то другой, не факт, что текст остался бы прежним, — он приблизился к Гейбу и торжественно вручил ему послание. — Что ты там говорил насчет создания реальности собственными силами?

«Договор о добровольном расторжении магического брака» — значилось в заголовке документа, а внизу стояли две размашистые подписи: Марселлы и Хораса Гейбов.

Эпилог

— Хватит делать ми-не нервы, дорогая. Успокойся и дай наконец закончить прическу. Сил моих нет бегать за тобой по всему дому, имей хоть каплю уважения к старости. И чего, спрашивается, ты вообще волнуешься, как куртизанка перед благословением в Пресветлом храме? Всё пройдет идеально, поверь, я таки многое в жизни повидала и знаю это наверняка.

Матушка Роза цепко ухватила меня за плечи, заставила опуститься на банкетку перед зеркалом, взяла щетку и принялась колдовать над моими прядями, укладывая их в высокую, но строгую прическу. Возражать или спорить было бесполезно, в этом я уже лично убедилась, пришлось покорно ждать, когда арендодательница закончит работать над моим праздничным образом.

— И что молодежи вечно неймется?

— Это она с непривычки, — предположил Брэм, внося в комнату шкатулку с украшениями. — Не каждый же день такое торжество при таком стечении народа.

— Ой, я тебя умоляю, скука и обыденность. Как говорил мой третий муж: самое интересное начинается после того, как провожают гостей.

— А сколько всего у вас было мужей? — поинтересовалась Жоззи.

— Четверо — по закону, — легко отозвалась матушка Роза. — А вот по любви и не скажу наверняка.

Сирена залилась краской смущения, а матушка Роза ловко приколола к волосам крохотную шляпку с короткой вуалью и хлопнула меня по плечу: