Убей для меня (ЛП) - Роуз Карен - Страница 25

Нет, не ручьем, рекой. Она могла бы сбежать. Но она прекрасно понимало, что долго не побегает. Бобби ее разыщет и… Рокки заставила себя сосредоточиться на том, что имело значение в данный момент, обобщить всю информацию, которая ей известна о Монике Кэссиди. В ее голове сложился план. Я смогу все исправить. Это сработает. Иначе ей придется самой отправляться в реанимацию и собственноручно душить Монику. Только не это.

- Ладно. Послушай меня.

Атланта,

Пятница, 2 февраля, 23 часа 15 минут

Я, Сюзанна Вартанян, настоящим заверяю, что по собственной воле сделала вышеуказанное заявление, засвидетельствованное Хлойей М. Хэтауэй, помощником государственного прокурора.

За столом гостиничного номера Сюзанна еще раз прочитала в ноутбуке текст своего заявления. В нем содержалась вся, известная ей, информация о том страшном дне тринадцатилетней давности, подробности которого до сих пор ее ужасали. Она и Хлойя Хэтауэй обменялись телефонными номерами.

Встречу они запланировали на следующее утро, чтобы поговорить о письменном заявлении Сюзанны и о ее будущих свидетельских показаниях.

Будущие свидетельские показания. Это звучало так банально, так безлично… будто о чужой жизни. Но речь идет о моей жизни. Сюзанна внезапно поднялась. Она не изменит своего слова. В этот раз нет. В этот раз она сделает все, как положено.

Всего лишь вопрос времени, прежде чем ее причастность к делу, которое пресса уже окрестила «Делом насильников», станет известна. Когда она заселялась, в холле крутился фотограф. Наверное, следил за машиной Люка, когда тот провожал ее от больницы до гостиницы.

Люк. За сегодняшний день она думала о нем много раз, и каждый раз ее посещали разные мысли. Высокий и сильный, он очень бережно нес раненую девушку на руках. Конечно, Сюзанне известно, что большие и сильные мужчины умеют проявлять нежность, но ее опыт подсказывал, что такое происходит очень редко.Она надеялась, что женщина в жизни Люка оценит это качество. И такая женщина появится в его жизни, не вызывало сомнений. Люка окружала аура напряжения, заставлявшая воздух вокруг него вибрировать. Кроме того, он выглядел чертовски привлекательно, и Сюзанне приходилось быть честной с собой, чтобы признать сексуальное влечение к нему. Она чувствовала приятное покалывание в животе, когда Люк стоял за ее спиной в реанимации, и даже подумывала о том, чтобы коснуться губами его щеки.

Но Сюзанна оказалась достаточно умной, чтобы держаться подальше от отношений. Отношения приводили к вопросам, а вопросы в какой-то момент требовали ответов. Ей не хотелось давать ответы Люку Пападопулосу. Или кому-то другому. Вообще никогда.

Тем не менее, она помнила об ужасе в его глазах, когда он вышел из бункера. Даже в этот момент он поддерживал ее, потому что ее колени подгибались. Ей казалось, что Люк способен на сильные чувства, но при необходимости, если ему требовалось сосредоточиться на чем-то другом, он мог отодвинуть их в сторону. Сюзанна прекрасно знала, как трудно это сделать. Люк высадил ее у отеля, даже не попрощавшись, а это означало, что он уважает ее желания, даже если не одобряет ее решение. Затем он уехал, чтобы встретиться со своей командой, и действовал очень сосредоточенно и целеустремленно. Сфокусировано. Вероятно, это его нормальное состояние.

Сюзанна завидовала ему. Люк Пападопулос делал важные дела, в то время как она сидела здесь целыми днями и ждала. О, нет, конечно, это не соответствовало действительности. Утром и днем она много чего делала, и только вечером с ожиданием пришла беспомощность, так как у нее оставалось много времени на раздумья. Слишком много. Утром она сможет еще что-то сделать. Она посидит возле безымянной девушки. В конце концов, ты за нее в ответе. А потом она сделает заявление Хлойе Хэтауэй.

Сюзанна пролистала газету, которую купила внизу. Газетный заголовок кричал о серийной убийце в Даттоне. Устаревшие новости. На нижней половине страницы находилась статья о трупах и состоянии дел на вчерашний день. Одно имя привлекло ее внимание. Шейла Каннингем. Шейлу хоронят утром, и Сюзанна вдруг решила, что тоже должна присутствовать на похоронах. Она и Шейла много лет назад пережили одно и то же. Значит, утром она снова будет стоять у гроба на кладбище Даттона.

Завтра тяжелый день.

К счастью, желудок Сюзанны заурчал, и она отвлеклась от своих мыслей. С самого утра она ничего не ела, а гостиничный сервис позволял заказывать еду в номер. Только она подняла трубку, чтобы позвонить, как в дверь постучали. Наконец-то.

- Большое сп… - Подбородок Сюзанны дернулся вверх. На пороге стоял ее шеф. – Эл? Что вы здесь делаете? Входите.

Эл вошел и закрыл за собой дверь.

- Я хочу поговорить с вами.

- Но как вы сюда попали? Я вам не говорила, в каком отеле остановилась.

- Вы человек привычки, - пояснил Эл. – Вы всегда останавливаетесь в этой гостиничной сети. Пришлось сделать пару звонков, чтобы выяснить, в каком именно отеле.

- Но вы стояли за моей дверью. Вам сообщили номер на ресепшене?

- Нет, не беспокойтесь. Я слышал, как репортер пытался дать взятку администратору, чтобы тот назвал ваш номер.

- Вероятно, так и должно было произойти. Фамилия Вартанян в данный момент ходовой товар. – Об этом позаботился Саймон.

- Ну, во всяком случае, администратора удалось подкупить, и таким образом я узнал, в каком номере вы остановились. Кстати, об этом человеке я сообщил менеджеру. Возможно, в следующий раз вам придется поискать другой отель.

Когда все закончится, другой случай уже не представится.

- Вы хотели со мной поговорить.

Эл огляделся:

- У вас есть что-нибудь выпить?

- Скотч в мини баре. – Сюзанна протянула ему стакан и села на подлокотник дивана.

Эл подошел к столу и покосился на ноутбук.

- Вот именно поэтому я и приехал.

- Из-за моего заявления? Почему?

Он молча отпил пару глотков.

- Вы уверены… вы уверены, Сюзанна, что действительно хотите это сделать? Если вы хотя бы раз примерите на себя роль жертвы, ваша жизнь и ваша карьера больше не будут такими, как прежде.

Сюзанна отвернулась к окну и посмотрела на город.

- Я понимаю это, можете мне поверить. Но у меня есть свои причины, Эл. Тринадцать лет назад я была… - Она тяжело сглотнула. – Была изнасилована. Группа юнцов меня усыпила, изнасиловала и облила виски, так же они изнасиловали еще пятнадцать девушек. Они проделывали это в течение нескольких лет. Когда я очнулась, то увидела, что меня засунули в тайник за шкафом в моей комнате. Ну, я-то думала, что это тайник, но Саймон о нем знал. – За ее спиной Эл осторожно перевел дыхание.

- Саймон тоже в этом участвовал?

О, да.

- Он сколотил эту группу.

- А вы не могли с кем-нибудь поговорить о произошедшем?

- Нет. Отец обвинил бы меня во лжи. Кроме того, Саймон позаботился о том, чтобы у меня не появилось желание распустить язык. Он шантажировал меня фотографией, на которой я… Вы сами уже знаете.

- Да, - тихо ответил Эл. – Думаю, знаю.

- Он сказал, что они изнасилуют меня еще. Мне некуда было прятаться. – Сюзанна, дрожа, перевела дыхание, страх до сих пор жил в ней, будто и не прошло тринадцати лет. – В конце концов, мне надо было как-то спать, он говорил, что я должна держаться подальше от его дел. И я держалась. Я не проронила ни слова. И эта группа изнасиловала еще пятнадцать девушек. Фотографировали каждый акт. И хранили эти фотографии, как трофеи.

- Эти фотографии сейчас в полиции?

- Да, в ГБР. Я нашла их сегодня днем. В тайнике Саймона. Коробку, битком набитую фотографиями.

- У ГБР есть теперь неопровержимые доказательства. Сюзанна, в живых остался только один из этих свиней. Почему вы хотите сделать это именно сейчас?

Сюзанна, кипя от гнева, обернулась, чтобы посмотреть в глаза человеку, который многому научил ее в области права и закона. Человека, которого она считала образцом для подражания. Его, а не своего отца, судью Артура Вартаняна.