Осенний призыв попаданок (СИ) - Алферова Наталья - Страница 29

Заканчивая лекцию, ректор произнёс:

— Все свободны. Тринадцатую группу жду через десять минут у себя в кабинете.

Как только он вышел, Дин вскочил и полным недоумения голосом воскликнул:

— А сейчас-то за что?! — Даже следуя за остальными к выходу, он не прекращал ворчать: — Не учишься — плохо, учишься, тоже плохо.

Когда вышли в коридор, Эйта кивнула на высокое окно, направившись туда. Когда все остальные подошли, выстроившись полукругом, дроу сообщила:

— Нам нужно выбрать старосту. Предлагаю Дина. Другие желающие есть? Нет? Поздравляю, адепт Марис, ты — староста.

— Но я, как бы, тоже не желающий, — попытался открутиться Дин.

— Приказы командира не обсуждаются. Иногда, ради общего дела приходится жертвовать лучшими, — изрекла Эйта. — Анна, — обратилась она к подруге, — отлипни на минуточку от своего эльфа. Ты ведь одна из нас преподавала, как думаешь, зачем вызвал ректор?

Анна, только обнаружившая, что не просто держит под руку Микаэля, но и ласково поглаживает эльфа по предплечью, почувствовала, как щёки опалило жаром. «Надо же, в этом мире даже, как смущаться, вспомнила», — подумала она. Отодвигаться и убирать руку Анна не стала, не малолетка, дёргаться, когда застукали. Слегка подумав, она сказала:

— Скорее всего, ректора насторожило наше идеальное поведение.

— Перестарались, — вставила фея.

— Вроде того, — согласилась Анна. — Думаю, ректор ожидает от нас какой-нибудь проделки или раздумывает, не натворили ли мы уже что-нибудь.

— Значит, месть пока откладывается, лучше, до следующих выходных, — решила Эйта.

— Всегда лучше мстить, когда этого не ожидают, — подтвердила Ола.

— И с кем в одной группе приходится учиться! — шутливо вздел руки к небу принц. — Одхан свидетель.

— Нет!!! — раздался дружный возглас попаданцев.

Дин объяснил, шарахнувшимся от этого вопля принцу и его друзьям:

— Не стоит поминать имя богов почём зря.

Оглядевшись по сторонам и не заметив никого прозрачного или рыжего, Дин украдкой вздохнул с облегчением.

— Пора к ректору, — напомнила Эйта. — Это ведь тот кабинет, где мы с дедом Эрика общались?

— Тот, — кивнул Эрик и предложил, — я знаю, как быстрее дойти, тут есть вторая лестница, пойдёмте, покажу.

Эрик повёл остальных к неприметной дверке справа от лекционного зала. Принц и Тарен слегка приотстали.

— Как думаешь, почему нашим призванным так не понравилось упоминание богов? — потихоньку спросил принц друга.

— Наверное, боятся, что будем навязывать им нашу религию, — предположил Тарен. — Давай при них вообще об этом не говорить.

— Так и сделаем, — согласился принц. — В конце концов, каждый имеет право верить в то, что хочет.

Когда за принцем и Тареном, идущими последними, закрылась дверь, от окна отделилась прозрачная еле видимая фигура.

— А вот тут ты не прав, мальчик, — произнёс Одхан. — Со своими богами в чужой мир не суются. Призванные, в отличие от тебя, это сразу поняли. Так, значит, они думали меня увидеть лишь перед праздником. Ну, я не виноват, что наши планы не совпадают.

После произнесённого монолога бог огня  растворился в воздухе.

Вошедшая в Центральную башню декан Анги Рамито успела заметить очертания мужской фигуры на фоне окна. Целительница зажмурила глаза, когда открыла, ничего странного уже вокруг не увидела.

— Прав муж, совсем переутомилась со своей работой, — задумчиво проговорила декан целителей, направляясь к той же неприметной дверке. На еле слышный ехидный смешок за спиной, она уже внимания не обратила.

В это время ректор академии, рассадивший адептов на диваны, ходил перед ними по кабинету, повторяя основные правила поведения. То, что его так внимательно слушают и даже не пытаются возразить, главу академии привело к состоянию, близкому к панике. Он прокручивал в голове все известные виды воздействия на поведение, прикидывая, кому выгодно сделать из попаданцев и принца послушных марионеток.

Оставалась одна надежда на декана целителей. Агни Рамито считалась не только выдающимся целителем, но и прекрасным диагностом. Могла выявить любое воздействие, оказанное на обследуемого, кроме проклятий — наследия давно истреблённых ведьм. Нет-нет, да и всплывали древние ведовские рукописи, и всегда находились желающие их использовать. Но массовых проклятий не существовало даже в древности. Так что ректор версию проклятья сразу отмёл.

— Значит, завтра выход в город под запретом, — повторил ректор в очередной раз. — После отбоя по территории не ходить. К клумбам у дома декана стихийников не прикасаться. Еле успели восстановить до его приезда.

Тут ректор сделал паузу, ожидая отрицаний и оправданий. Но не дождался. Появившейся в кабинете Анги Рамито он обрадовался, как родной. Объявив адептам, что их ожидает внеплановое обследование, он попросил целительницу запустить полную диагностику. Декан целителей вопросительно посмотрела на Микаэля. Эльф еле заметно пожал плечами. Вскоре, каждый почувствовал, как его обволакивает теплом. Анги Рамито, на всякий случай, обследовала и ректора.

— У адептов, ваше магичество, всё в пределах нормы. А вот вам стоит принять успокоительное. Мне, кстати тоже не помешает, — произнесла Анги Рамито, указывая ректору взглядом на шкафчик в дальнем углу.

— Можете идти, — отпустил ректор адептов, устремившись к заветному шкафчику.

Тринадцатая группа рванула на выход.

Микаэль с Анной, уходящие последними, обернулись и успели заметить, как ректор достаёт бутылку и два бокала. Анги Рамито подмигнула адептам и быстро закрыла за ними дверь.

— Учителя тоже люди, — сказала улыбающаяся Анна Микаэлю.

До ужина первый курс успел прослушать вводную лекцию по стихийной магии. Лекцию читал декан, которого до сих пор никто не видел. Высокий, довольно привлекательный мужчина. С выразительной мимикой и, похоже, взрывным темпераментом. Первые слова декана стихийников о том, что он вынужден был задержаться по делам королевства, но «ничего-ничего, мы всё наверстаем», подвергло адептов в состояние смутного беспокойства. И интуиция не подвела.

— Завтра же проведём факультативы по моему предмету. Первой парой у групп с первой по седьмую, второй у оставшихся, — вещал преподаватель энтузиаст, не замечая, как даже воздух в аудитории сгущается от недовольства «осчастливленных» этим объявлением адептов.

После ужина тринадцатая группа, проводила куратора, договорившись встретиться уже в воскресенье около харчевни. Принца, Эрика и Тарена Дин тоже пригласил на праздник, но, оказалось, сможет пойти лишь Эрик. Принца и сына Первого советника ждали во дворце на какой-то приём. Приём важный, никак не пропустить, принц с другом так расстроились, что их просто необходимо было поддержать и утешить. Тринадцатая группа дружно отправилась к заветной книге заказов.

Наказ ректора они выполнили частично. После отбоя гуляли, но к клумбам не приближались. Вот только дом декана стихийников оказался украшен нарисованными на стенах цветами. Вытряхнутые из самописцев чернила прекрасно заменили краску.

Глава двадцать четвёртая. Любители цветов

Утром Анна проснулась от ощущения чего-то хорошего. Она вспомнила, как горячо они целовались с Микаэлем прежде чем разойтись спать. Как он напоминал себе: «Два дня покоя. Заканчивается второй». Анги Рамито стала для эльфа непререкаемым авторитетом. Анна не собиралась это оспаривать. Хотя хотелось взять слишком добросовестно исполнявшего назначения целительницы Микаэля и утащить к себе. Вряд ли он стал бы сопротивляться.

Анна открыла глаза, встречаясь взглядом с тем, о ком только что думала. Микаэль сидел на стуле рядом с кроватью. Он налил в бокал сок и протянул Анне. Та села, откинув одеяло и потянувшись за лучшим средством от похмелья.

Только услышав, как участилось дыхание Микаэля, вспомнила: на ней новая сорочка из полупрозрачной ткани. Ни дёргаться, ни натягивать обратно одеяло не стала. Анна медленно пила сок, поверх бокала наблюдая, как темнеют от желания прекрасные зелёные глаза. Отставив недопитый сок, она шепнула: