Рыцари былого и грядущего. III том - Катканов Сергей Юрьевич - Страница 7

***

Почему всё-таки последний крестовый поход тамплиеров был таким жалким и убогим? Да потому что в начале XIV века Европу уже не интересовала Святая Земля. Англия разбиралась с Шотландией, Пиренейские государства – с маврами, Германия – с восточными территориями, а Франция – с хроническим безденежьем. Даже духовно-рыцарские ордена не очень скучали без Святой Земли. Тевтонцы нашли себе развлечение, завоёвывая Пруссию, госпитальеры вынашивали планы завоевания Родоса. Европейские монархи, бароны, кардиналы по-прежнему очень любили обсуждать планы отвоевания Гроба Господня, но никто всерьёз уже не хотел нового крестового похода на Святую Землю. И дело тут было вовсе не в территориальных и материальных проблемах, которые не пускали Европу в Палестину, а в том, что за 200 лет изменились сердца.

Рыцари Готфрида Бульонского не ждали, пока монархи обо всём договорятся, не обсуждали красивых планов, не ссылались на конфликты с соседями и отсутствие денег. Они рвались в Святую Землю без монархов, без планов, закладывая родовые замки и увлекая за собой соседей – вчерашних недругов. Их не надо было уговарировать и убеждать, их напротив невозможно было остановить и удержать. Тогда вся Европа вспыхнула пламенем веры, была охвачена единым порывом, испытав непреодолимое стремление освободить Иерусалим. Крестоносцы Готфрида Великого, пережив нечеловеческие страдания и лишения, совершили невозможное, сквозь ад земной прорвались ко Гробу Господню.

Европа пережила пик своей религиозности в XII веке, на этом максимальном духовном подъёме породив Орден тамплиеров. Но уже в XIII веке религиозная воодушевлённость Европы начала понемногу идти на спад, а к началу XIV века священный порыв почти иссяк, понемногу утопая в красивых словах. Европа плавно сполза́ла в трясину «ренесанса» – возрождения языческого человекобожия, на знамёнах которого было начертано: «Мои желания – превыше всего». Конечно, Европа XIV века была неизмеримо религиознее нынешней, но уже недостаточно религиозна, духовна, для того, чтобы освободить Иерусалим.

А было ли возможно в 1300 году отвоевать Святую Землю с точки зрения наличия материальных ресурсов? Да, конечно. Если бы Европа дала всего лишь тысячу рыцарей (по несколько сот рыцарей от каждой страны), да по несколько тысяч крепких сержантов, а такую силу Европа могла выставить не сильно напрягаясь, без заметного ущерба для европейских дел – Святая Земля за месяц стала бы полностью христианской.

Военно-политическая ситуация на Ближнем Востоке была тогда максимально благоприятна для отвоевания Святой Земли. Мамелюки после разгрома, который устроил им Газан, почти не контролировали Палестину. Достаточно вспомнить, что малый отряд крестоносцев провёл в Тортозе, целый месяц не будучи потревоженным регулярной армией мамелюков. Если бы Европа дала хоть тысяч 15 войска, включая тысячу рыцарей, да если бы из Кипра выжать 7-8 тысяч, включая полтысячи рыцарей, а это было вполне реально, тогда после нескольких сражений среднего масштаба наши быстро заняли бы Триполи, Акру, Иерусалим и дюжину замков. И не надо было ради этого ждать Газана, не надо было в ноги кланяться «жёлтой угрозе». При этом Газан, узнав, что крестоносцы уже контролируют все ключевые точки Палестины, обязательно пришёл бы, и его надо было пропустить сквозь себя в Египет, как он и хотел, чтобы там мамелюки и монголы сожрали друг друга – и тем и другим надолго стало бы не до крестоносцев, которые могли тем временем отстроиться и укрепиться.

Но Европа не дала ни одного рыцаря. На Святую Землю пошёл только Кипр, и то далеко не исчерпав всех своих возможностей, выставивший жалкие силы, сами себя считающие способными лишь тащиться следом за монгольскими обозами.

А что же тамплиеры? Мог ли Орден тогда самостоятельно, без посторонней помощи, освободить Палестину? Путём напряжения всех сил – безусловно, мог. Простой факт: до 1291 года Орден тратил колоссальные средства на содержание боевых подразделений в Святой Земле, то есть после падения Акры храмовники оказались избавлены от огромных расходов, при этом ни по чему не похоже, что доходы Ордена снизились хоть на денье. На что же шли высвободившиеся средства? Вот ведь загадка. Если бы тамплиеры все эти годы откладывали средства, которые раньше тратили на Святую Землю, к 1300 году это было бы огромное состояние, достаточное, чтобы профинансировать полномасштабный крестовый поход. Так куда же они дели эти деньги? Как говорят коммерсанты: «Деньги – в деле. Свободных средств нет». Да, вероятнее всего, высвободившиеся средства ушли на развитие бизнеса в Европе, с утратой понимания того, зачем этот бизнес нужен.

Раньше Орден содержал в Святой Земле два боевых монастыря – 600 рыцарей и несколько тысяч сержантов. И доходы Ордена тогда не были выше, и расходы на содержание такого войска до последнего момента были вполне посильны для Ордена. Но в 1300 году Орден выставил лишь 120 рыцарей, всего около тысячи человек. Это же силы одного только Кипрского командорства, а и там-то их могло быть побольше. Похоже, что европейские отделения Ордена Храма считали этот поход делом одних только тамплиеров Кипра.

Говорят, что Орден Храма насчитывал тогда до 15 тысяч человек. Вероятнее всего, эта цифра сильно завышена, и тем не менее очевидно: Орден мог, как и встарь, выставить два боевых монастыря: 600 рыцарей и 2-3 тысячи сержантов. Этот железный кулак в той ситуации мог проломить себе дорогу до Иерусалима и войти в Святой Град, на тот момент фактически никому не принадлежавший. А если бы Европа узнала о том, что Иерусалим – в руках тамплиеров, эта весть, как искра, подожгла бы потухающую, но ещё далеко не потухшую Европу. В Европе собралось бы войско, которое поспешило бы на помощь тамплиерам.

Но Орден в 1300 году уже не мог сыграть роль искры, способной поджечь Европу. Орден не хотел напрягать Европу, потому что и сам уже не хотел напрягаться. Во главе Ордена стояли такие ничтожества, как Жак де Моле, Гуго де Пейро и прочие иерархи, чуть позже вполне доказавшие свою абсолютную ничтожность. И, как всякий народ достоин своих правителей, так и Орден, надо полагать, к началу XIV века был уже вполне достоин своих жалких иерархов. Орден Храма – дитя Европы. Духовно ослабла Европа – духовно ослаб Орден. Кроме того, Орден Храма, деморализованный потерей Святой Земли, духовно мог опуститься даже ниже среднеевропейского уровня. Вне всякого сомнения, к 1307 году в Ордене завелась гниль. Орден Храма ещё не был насквозь гнилым, но это ему уже грозило.

***

Был ли Орден Храма виновен в тех преступлениях, в которых его обвиняли? Рыцарь Храма Андрей Сиверцев, очевидно, должен был ответить на этот вопрос твёрдо и без тени сомнения: Орден ни в чём не был виновен, тамплиеров оклеветали, позарившись на их богатства и пытками добившись признательных показаний. А почему он должен был так ответить? Потому что тамплиеры – наши, а наши всегда правы? Тамплиероманы всех мастей именно так и мыслят. Влюбившись в Орден Храма, они уже ни на секунду не могут допустить, что тамплиеры хоть чем-то плохи. Но Андрей не был тамплиероманом, он был тамплиером. И ему нужна была истина, а не трескучий пиар. Тамплиероманская влюблённость в Орден слепа, а потому не дорого стоит. Настоящая любовь никогда не испугается посмотреть правде в глаза. Но где она, правда, и каковы её глаза?

Высота тамплиерского идеала по-прежнему не вызывала у Андрея никаких сомнений, он твёрдо знал, что сейчас тамплиеры содержат ортодоксальное христианское учение в абсолютной чистоте и непорочности. А 700 лет назад? А 900? Беда многих тамплиероманов в том, что они воспринимают Орден как нечто статичное, неизменное от создания до разгрома. Но надо же понимать, что Орден при Гуго де Пейне никак не мог быть похож на Орден при Жаке де Моле. А при Жераре де Ридфоре? А при Гийоме де Боже? Сколько было на самом деле весьма не похожих друг на друга Орденов Храма? И до какой степени они не похожи, насколько принципиально отличались? Может быть, диаметрально?