Магия Incorporated - Хайнлайн Роберт Энсон - Страница 27

Тут вмешался я – быть может, несколько грубо, но я был к тому времени на пределе:

– Но, ваше превосходительство, если бы вы нашли время просмотреть этот билль более детально, вы бы не смогли не заметить, сколько вреда он принесет?

Я не удивился бы, если бы он накричал на меня. Но вместо этого он показал мне на проволочную корзину, наполненную через край бумагами.

– Мистер Фрейзер, здесь вы видите пятьдесят семь принятых на этой сессии биллей. Каждый из них имеет некоторые дефекты. Каждый из них жизненно важен для многих людей, а может быть, и для всего населения штата. Некоторые из них имеют размер целого романа. В течение следующих девяти дней я должен решить, какие из них станут законами, а какие должны будут подождать следующей плановой сессии для повторного рассмотрения. За эти девять дней по меньшей мере тысяча человек будет стремиться поговорить со мной по поводу этих биллей...

Его помощник просунул голову в дверь:

– Двенадцать двадцать, шеф. Через сорок минут вы должны быть в воздухе.

Губернатор кивнул ему с отсутствующим видом и поднялся на ноги.

– Прошу меня извинить. Меня ждут на ланч. Он повернулся к своему помощнику, который уже подавал ему шляпу и перчатки из гардероба.

– Ты приготовил речь, Джим?

– Конечно, сэр.

– Одну минуту, – вмешалась Салли, – вы принимали свой тоник?

– Еще нет.

– Вам не следует отправляться ни на один из этих ланчей без тоника.

Она нырнула в ванную комнату и вышла оттуда с пузырьком лекарства. Джо и я откланялись насколько возможно быстро.

На улице я начал кипятиться по поводу того, как нас тут здорово обвели вокруг пальца. Сделал я замечание и по поводу этих болванов, идущих на компромиссы политиков, но Джо оборвал меня:

– Заткнись, Арчи. Попробуй-ка управлять штатом вместо того, чтобы заниматься мелким бизнесом, и ты увидишь, как это непросто!

И я заткнулся.

Води ожидал нас в лобби законодательного собрания. Я заметил, что он чем-то необычайно возбужден, потому что он щелчком отшвырнул сигарету и бросился к нам.

– Посмотрите! – скомандовал он. – Там, внизу! Мы посмотрели в направлении его пальца и увидели две фигуры, выходящие из больших дверей. Одной из них был Дитворт, а другой – известный лоббист, с которым тот работал.

– Ну и что? – потребовал разъяснений Джо.

– Я стоял здесь позади телефонной будки, прислонясь к стене, и покуривал сигарету. Как видите, отсюда хорошо видно в зеркале нижние ступени лестницы. Я поглядывал время от времени на нее, потому что ожидал вас, ребята. Я заметил, что этот лоббист, Симе, спускается по лестнице. Но при этом он еще и жестикулировал так, как будто с кем-то разговаривал. Это меня заинтересовало. Я заглянул за угол будки и увидел его напрямую. Он был действительно не один, с ним был Дитворт. Я снова посмотрел в зеркало; и он снова оказался там один. ДИТВОРТ НЕ ОТРАЖАЛСЯ В ЗЕРКАЛЕ!

Джедсон прищелкнул пальцами.

– Демон! – сказал он удивленно. – А я и не подозревал!

Удивительно, что на железных дорогах случается так мало самоубийств. Когда у человека плохо на душе, нет ничего более действующего на нервы, чем глазеть на монотонные пейзажи за окном и слушать сводящий с ума стук колес. В некотором смысле я был даже рад этому новому обстоятельству с нечеловеческой природой Дитворта – это давало некоторую пищу для ума. А в голове вертелась мысль о бедном старом Фельдштейне и его тысяче долларов.

Как бы нас ни встревожило известие о том, что Дитворт оказался демоном, это почти ничего не изменило в реальной ситуации. Разве что стало понятно, как ему удавалось перемещаться с такой скоростью, и подтвердились наши предположения, что рэкетиры и «Магия, Inc.» – две головы одного дракона. Но мы никак не могли доказать, что Дитворт был чудищем из Полу-Мира. Если бы мы попробовали затащить его в суд для тестирования, он вполне мог просто солгать и послать вместо себя двойника, мандрака, сделанного похожим на него, но имеющего иммунитет против испытания зеркалом.

Мы немного побаивались возвращения домой и объяснений с комитетом по поводу нашего поражения, по крайней мере, я боялся. Но хоть от этого мы оказались избавлены. Акт благоустройства залежных земель содержал в себе специальную статью, которая предусматривала его вступление в силу сразу же после подписания его губернатором. Дитвортский билль, как приложение к нему, вступал в действие тогда же. Когда мы сошли с поезда, в газетах, продававшихся на станции, уже были напечатаны имена членов новой комиссии по тауматургии.

Да и комиссия не теряла времени даром и не упустила возможности дать почувствовать свою силу. Она объявила о том, что собирается заняться повышением стандартов магической практики во всех сферах, а для этого в самом скором времени будут подготовлены новые, более глубокие экзамены. Ассоциация, прежде возглавлявшаяся Дитвортом, теперь открыла подготовительную школу, в которой практикующие волшебники могли бы освежить свои знания по принципам тауматургии и законам составления снадобий. В соответствии с высокими принципами, заявленными ею в своем уставе, школа не ограничивала прием только членами ассоциации.

Это выглядело весьма великодушно со стороны ассоциации, но на самом деле все было иначе. Им удалось пустить слух, что членство в ассоциации сильно поможет при сдаче экзаменов. Ничто не действует так убедительно, как умело пущенный слух. Ассоциация стала расти.

Несколько недель спустя все лицензии были аннулированы, а волшебников перевели на временные однодневные лицензии, ссылаясь на то, что скоро в назначенный день будет произведена переэкзаменовка. Нескольких особых упрямцев, которые упорно отказывались подписать соглашение с ассоциацией, вызвали, проэкзаменовали и в лицензиях отказали. Шантаж начался. Миссис Дженнингс почти полностью прекратила всякую практику.

Как-то ко мне зашел Води. У нас с ним был незавершенный контракт на строительство нескольких жилых домов.

– Вот твой контракт, Арчи, – горько произнес он. – Мне потребуется некоторое время, чтобы заплатить тебе неустойку. Все мои обязательства отменяются – они аннулировали мою лицензию.