Испытания госпожи Трейт (СИ) - Снежная Дарья - Страница 48

Поднялась по лестнице, сунула ключ в дверь, но она оказалась открыта.

— Фло? — удивилась я, заходя внутрь: рабочий день в ИЦ еще не закончился и дома подружке делать было нечего.

И замерла на пороге.

В квартире царил разгром.

Мебель опрокинута, вещи сброшены на пол и выкинуты из ящиков, посуда, лампы разбиты… и повсюду, повсюду — обрывки бумаги, белыми клочками устилающие пол.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мне понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя.

Потом я прошла к магофону, стараясь не думать о том, что хрустит под ногами, и набрала номер полиции. Продиктовала диспетчеру адрес, объяснила ситуацию, выслушала заверения, что ко мне выезжают. Подумала. Набрала другой номер.

— Будьте добры госпожу Флайберт.

— Она больше здесь не работает, — сообщили мне и бросили трубку.

Не работает? Что значит — не работает? Почему не работает?

Неужели это — тоже из-за меня?

К горлу подступил ком.

Часто моргая, я огляделась вокруг, не зная, за что хвататься в первую очередь.

Стоп, мне ни за что нельзя хвататься, сначала надо дать полиции все осмотреть.

Что же мне тогда делать?

Я посмотрела на магофон.

Позвонить Тони?..

Что я ему скажу?

Брось все свои важные дела, приедь пожалей меня?

Потому что, что он еще сможет сделать, кроме как пожалеть?

…наймет уборщицу, да.

От с трудом сдерживаемых слез перед глазами все плыло. Я все равно до сих пор не понимала — почему?

За что?

Правда — за что?

Я знаю, что я права, они — кто бы ни были эти «они», потому что явно все это дело не рук одного Гиллема — тоже знают, что я права. И мы все также знаем, что это не та проблема, которую можно будет прикрыть фиговым листиком и сделать вид, что так и задумывалось для красоты, а не для того, чтобы срам убрать. Все это грозит такими экономическими проблемами, которые стране (да что там — стране, миру!) и не снились, так почему?

Ответа на этот вопрос у меня не было.

Полиция явилась через полчаса.

Два усталых на вид, скучающих мужика, осматриваясь, прошлись по квартире, не особенно утруждая себя осторожностью (от каждого нового хруста у меня внутри что-то обрывалось), вернулись ко мне.

И вопрос, прозвучавший после «опишите случившееся» и «перечислите похищенные материальные ценности», поставил меня в тупик:

— У вас есть враги, госпожа Трейт?

Что я могу тут сказать?

Да, есть? Очевидно же, что есть! Но кто? «Вы знаете, я хочу предотвратить магическую и экономическую катастрофу, а кто-то мне мешает?». Бред.

— Я не знаю, — выдавила я самое приближенное к правде, что смогла придумать.

— Не знаете? — удивился полицейский. — В смысле — не знаете? Вы подозреваете, что кто-то может желать вам зла?

— Мы плохо расстались с моим предыдущим начальником, — честно призналась я. — Меня уволили.

— Как правило не начальники крушат квартиры уволенных подчиненных, а наоборот, — со знанием дела заявил полицейский. — А как обстоят дела с врагами у вашей соседки?

— Флоры? Точно нет.

— Видите, госпожа Трейт, на этот вопрос ответ однозначный — или враги есть, или их нет, — снисходительно хмыкнул мужчина, что-то пометил у себя в бумагах и вынес вердикт: — Полагаю, раз ничего не было похищено, мы имеем дело с обыкновенным вандализмом. Район неблагополучный, на прошлой неделе в здании через квартал стекла повыбивали. Да только сегодня на хулиганство выезжали трижды. Смените замки да поставьте хотя бы элементарную защиту, вы же маг в конце концов. Здесь подпишите. Всего доброго.

Флора появилась только через час. Я сидела на полу и силилась по обрывкам понять, все вот это вот — это мои заметки или просто отвлекающий маневр? Записи уничтожены или украдены? Не знаю, почему мне важно было это знать, но зато эта мысль отвлекала от всего остального и давала хоть какое-то занятие. Приступать к уборке моральных сил я пока не находила, хоть и нужно было.

— Боже, Лив! — воскликнула подруга. — Что стряслось?! Ты в порядке?

— Да, меня здесь не было. Кажется, ты была права и Гиллем настроен серьезно. Флора, это он тебя уволил?.. — голос дрогнул. Ну за что ее? Ладно меня, но ее-то за что?

Фло недоуменно хлопнула ресницами.

— Откуда ты?.. кто?..

— Сволочь, — в сердцах воскликнула я, швырнула обрывки обратно на пол, встала, в сердцах топнула ногой. — Тварь!

Хотелось злиться и бросаться угрозами, но я пока что еще очень слабо представляла содержание этих угроз, поэтому только и оставалось, что ногами топать.

— Я с этим утверждением, конечно, согласна, — Флора присела на диван, почему-то избегая смотреть мне в глаза. — Но меня уволил не Гиллем, а Джеральд.

— Дже..? Шеффрой? За что?

Фло вздохнула, разгладила юбку на коленях.

— Я сообщила ему, что беременна.

Я медленно нащупала кресло за моей спиной и так же медленно села.

— Ты… что? Давно? Как?.. Кто?..

— Вот последний вопрос, Лив, в самую точку, — мрачно произнесла подруга.

От суммированного шока всех последних событий мозг, кажется, окончательно перегрузился и отказывался функционировать. Я могла только смотреть на Фло и как кукла хлопать ресницами. Убедившись, что сколь-либо внятной реакции она от меня не дождется, Флора снова вздохнула и заговорила сама.

— Я узнала несколько дней назад. Мягко говоря, это был большой сюрприз, в конце концов, я девочка образованная, как дети делаются в курсе, и меры предострожности все принимала. Но, очевидно, что-то дало сбой, и… я не знала, кто из них двоих отец, Лив. Не имела ни малейшего представления и… решила сделать ставку на Джеральда. В конце концов, я была уверена, что он порядочный мужчина и в данной ситуации поведет себя как полагается.

Фло почему-то не смотрела на меня, она уперлась взглядом в точку на полу и продолжала говорить:

— Вполне возможно, он действительно повел бы себя как полагается, если бы не одно крохотное «но».

Она снова замолчала. Я понимала, что разговор дается ей неимоверно тяжело, взяла себя в руки и мягко подтолкнула:

— Какое «но»?

— Оказалось, что он бесплоден. Он не может иметь детей.

Ставка сгорела, унеся с собой все заработанное за предыдущие раунды игры…

От пронзительной жалости сжалось сердце. Я решительно поднялась, пересекла комнату, уже не обращая внимания на разруху, села на диван и привлекла Фло к себе, крепко обнимая. Плечи под моими пальцами задрожали. Я осторожно погладила ее по спине и произнесла единственное, что мне пришло в голову утешительного:

— Ну, зато ты теперь точно знаешь, кто отец! — правда, спустя мгновение сообразила, что я могу чего-то и не знать (скрывала же она от меня такую новость несколько дней!), и сочла нужным уточнить: — Да?

— Да, — отозвалась Фло и рассмеялась сквозь слезы. — Лив, ту заболела? А где нотация на тему «аяговорила» и прочее?

— Во-первых, — назидательно произнесла я, — хорошие подруги не тычут в своих подруг палочкой в минуты горя, для этого нужно выбирать правильное время! А во-вторых… не уверена, что за мной до сих пор сохраняется моральное право на «аяговорила»…

— Ты о чем?

— Я о том, что нужно, чтобы ты мне сказала, какой контрацепцией пользуешься, чтобы я ее избегала… — смущенно проворчала я.

— Лив!!! Ты что? Правда?

Я покачала головой.

— Не это сейчас важно, Фло. Что ты будешь делать?

— А какие у меня вариант? — подруга снова помрачнела, вытирая щеки. — Я беременна, без мужа, без работы. Все планы и просчеты прахом. И ты со своим несказанным «аяговорила» была права.

— Но ты ведь скажешь Брайану? Он не похож на плохого человека…

— Не похож, но… ему это надо? У нас изначально были кристально ясные правила игры — только секс и ничего лишнего. Джер милый, но мне не хватало огонька, и я думала, что нет ничего плохого в том, чтобы погулять «напоследок», пока я его не окончательно окрутила. А Брайан… даже если он, будучи хорошим человеком, не бросит ребенка, поддержит материально, что меня ждет? Жизнь на его подачки? Крест на карьере, возможности выйти замуж? Ты не представляешь, какой дурой я себя ощущаю!