Испытания госпожи Трейт (СИ) - Снежная Дарья - Страница 42

Я же сама ему отказала! Сама!

Я привыкла считать себя разумной, логичной женщиной, умеющей справляться с лишними переживаниями. Но если провести статистические исследования моего поведения и эмоционального состояния за последнюю неделю, это теоретическое утверждение практических испытаний определенно не выдержит…

И даже то, что я оказалась, по сути, права — Уолтер совершенно не относился ко мне серьезно, раз так легко все оборвал (я ведь замуж за него идти отказалась, а не вообще с ним видеться!) — меня почему-то не утешало.

Я вошла в квартиру и устало стянула с себя мокрое пальто, наклонилась расшнуровать ботинки и замерла, принюхиваясь.

На этот раз дома пахло не булочками, и не Флорой…

Розами.

Легкий, свежий, дурманящий голову аромат.

— Фло? — крикнула я в пустоту, но молчание было мне ответом.

Я пожала плечами, стянула ботинки, прошла в комнату и застыла на пороге.

Розы были везде — на столе, на комоде, стояли рядами вдоль стен и возле дивана. Огромные белоснежные букеты. В таком количестве я не видела их даже в цветочных магазинах.

Словно не веря, что мне не мерещится, я протянула руку и коснулась прохладной гладкости цветка. Полностью раскрывшийся бутон качнулся и пара лепестков упали на пол.

Я растерянно огляделась, нашаривая взглядом хоть какое-то объяснение всему этому, и взгляд упал на сложенный вдвое лист, домиком стоящий на столе.

«Доставили, пока тебя не было. Без записки. Не смей сразу к нему бежать, пусть помучается! Я на свидании, целую!»

Флора умница. Флора плохого не посоветует.

Я снова окинула взглядом розовое буйство.

Заказанная феерия. Я посмела упрекнуть господина Пятого Номера в недостаточном размахе в момент предложения.

Я не понимала, что я сейчас испытываю. Злость перемешалась с затаенной радостью в сумасшедший коктейль и меня кидало из одного в другое.

Ему не наплевать.

Конечно, задетое самолюбие очень раздражает, какое тут «наплевать»!

Я ему нужна.

Но недостаточно для того, чтобы явиться с извинениями! Отослал букетик и даже записку черкануть не потрудился!

И он помнит, какие у меня любимые цветы.

Конечно, помнит! Затаскивать девицу в постель всяко подручнее со знанием ее личной информации, чем без нее!

Я попыталась сбежать от сбивающего с толку белого великолепия в спальню, но розы обнаружились и там. И все это выглядело так, будто я перенеслась в сказочную цветочную страну.

Я села на кровать и прикрыла глаза.

Что мне делать?

Я не была готова к тому, что Тони захочет продолжить…

Я не составила план.

Может быть, он не соврал. Может быть, отношения, которые начались для меня как контракт, для него как охота, и для него переросли во что-то большее.

Но как мне убедиться в том, что это правда?

Пожалуй, есть только один верный способ.

Флора плохого не посоветует, да.

И почему я никогда ее не слушаю?

Подумала я и отправилась переодеваться.

— Господин Уолтер сейчас занят, — чопорно известила меня секретарь. — Но я сообщу о вашем прибытии. Будьте любезны, подождите здесь.

Я поблагодарила ее, отошла от стола и устроилась в кресле для посетителей — широком, мягком и комфортном, прямо кричащем о том, что обычно не абы какие посетители тут в ожидании томятся.

Я от этого осознания испытала острое чувство неловкости вперемешку со стыдом. Знали бы эти кресла, по какому я делу пришла к владельцу кабинета…

В правильности собственного решения я начала сомневаться сразу же, как только его приняла, потому что я и решения, касающиеся отношений с противоположным полом… будем честны, это совершенно не моя область компетенций. И казалось бы, раз не твоя, слушай того, кто в этом умнее — то есть Флору, но…

Это не я. Я так не могу.

Я устала от этих игр в кошки-мышки и хочу уже все расставить по местам для себя. И для него.

Я явилась, чтобы предложить Энтони Уолтеру заняться любовью.

Дурацкое решение?

Конечно, дурацкое.

Ведь скорее всего он потом меня быстренько бросит, убедившись, что вся возня вокруг не стоила приза. Но зато мне будет что рассказать внукам. Вернее, внучатым племянникам, потому что старая порченная дева уже точно будет никому не нужна.

Да-да.

Но зато если не бросит, я получу доказательство того, что я ему нужна не ради победы. И возможно, тогда он повторит свое предложение. И я, возможно, тогда соглашусь. И семья возликует, но мне до их ликования не будет дела, потому что у меня уже будет своя семья.

Отличное решение? Отличное!

Если только еще во время помолвки мне не сообразим, что флер романтики улетучился, а миры, в которых мы живем слишком разные, поэтому нам не по пути совсем по иным причинам, просто замкнувшись на играх в охотника и добычу, мы этого не заметили…

Я поняла, что уже какое-то время сижу, стиснув в кулаках ткань юбки, и с усилием разжала напряженные пальцы.

Ладно.

В крайнем случае, по крайней мере, я узнаю, наконец, из-за чего весь кипиш. И, судя по вечеру на вилле, Энтони Уолтер — весьма достойный вариант для открытия этой стороны межличностных отношений.

Хотя хорошо бы все же, чтобы для этого мне не приходилось проходить через его секретаря.

«— Вам не назначено, а вы по какому поводу?

— Вы знаете, я пришла ему отдаться.

— Подождите в приемной своей очереди».

Черт бы тебя побрал, Энтони Уолтер, я в этом дурацком кресле сейчас с ума сойду!!!

Дверь кабинета открылась, и я нервно вздрогнула, снова скомкав юбку.

Негромко переговариваясь, в приемную вышли несколько мужчин с кожаными коричневыми папками с позолоченным логотипом «Ястреба» в руках. И когда они покинули приемную, бросая на меня заинтересованно-любопытные взгляды, секретарь просочилась внутрь. Я осталась совсем одна.

Минуты тянулись бесконечно.

А ты что думала, ему сообщат, что ты тут пришла и он все бросит? Вылетит, закружит и умчит по радуге любви в розовую страну фей и единорогов?

Нервный срыв замаячил предобморочным состоянием в опасной близости.

И когда я уже почти добралась до отметки «все, хватит!» и готова была уйти, придя к выводу, что никакой господин Пятый Номер не стоит подобных нервов, меня пригласили войти.

— Господин Уолтер готов вас принять.

Ой, готов ли…

Я набрала в грудь воздуха и шагнула в кабинет.

Энтони стоял, нависнув над столом, над веером разложенными бумагами, и выглядел каким-то взъерошенным, всклокоченным, натянутым. Нет, костюм, прическа и выражение лица его были в идеальнейшем порядке, но в воздухе витало напряжение, от которого хотелось сглотнуть и облизнуть пересохшие губы.

А может быть, это не он, а мои нервы.

На щелчок закрывшейся двери мужчина вскинул голову, наши взгляды встретились, и мое сердце бухнуло куда-то в район почек.

— Привет, — произнесла я только для того, чтобы сказать хоть что-то, а то приперлась и молчит — глупее не придумаешь.

— Привет, — эхом откликнулся Энтони и провел рукой по лицу, как будто пытался стереть с него рабочее выражение «всех убью, один останусь». — Я не ожидал, что ты придешь.

— А я ожидала, что ты позвонишь или приедешь, а не пришлешь мне десяток цветочных магазинов!

— Всего три, — возразил он. — И те не целиком.

— Я и с тремя не знаю, что делать! — Я совершенно не так планировала этот разговор и вообще не понимала, откуда взялся этот диалог и тем более куда он ведет, но это оказалось сильнее меня. — Ты когда-нибудь выметал миллион розовых лепестков из всех углов?

— Тебе уборщицу прислать? — Уолтер вскинул бровь.

Я на мгновение задохнулась, а потом сообщив: «Дурак ты», — взялась за ручку двери.

Ну нет, я явно переоценила и свою решительность, и его обаяние.

— Оливия, стой.

Уолтер, наконец, отмер, обошел стол и стремительно приблизился ко мне. Не останавливаясь на вежливом расстоянии, шагнул вплотную, окутывая своим запахом, своей аурой, заставляя меня вздернуть подбородок, расправить плечи и вскинуть глаза, чтобы не чувствовать себя так, будто я ему подчиняюсь.