Испытания госпожи Трейт (СИ) - Снежная Дарья - Страница 4

Финальным испытанием должна была стать работа в течение месяца (среднестатистическое время проявления каких-либо отклонений), но я не стала его дожидаться и пошла к директору со своими соображениями.

— Что вы хотите этим сказать? — спросил меня господин Гиллем, строго глядя поверх разложенных перед его крючковатым носом бумаг.

Он знал, что я хочу этим сказать, я только что ему все расписала в красках, но все же послушно повторила:

— На основании полученных данных можно выдвинуть теорию о том, что ресурс магического фона конечен, а не безграничен, как это принято было считать. Просто раньше мы пользовались лишь миллионной частью его потенциала, постепенно набирая и набирая обороты, и теперь достигли пика. Нельзя забирать больше, чем производится, господин Гиллем, это очевидная истина. Пожалуйста, позвольте мне провести более масштабные исследования этого момента, потому что до сих пор никто не занимался изучением этого аспекта работы генераторов и прочих магических накопителей.

— Мне прекрасно известно, что этим никто не занимался, госпожа Трейт, именно поэтому мы и взяли вас на работу. Но мы так же взяли вас на работу для помощи, а не для того, чтобы вы заявляли, что уже готовый проект, который мы почти анонсировали королю, несет в себе угрозу человечеству. У вас есть месяц на то, чтобы придумать, как решить эту проблему.

Я поперхнулась воздухом.

— При всем уважении, господин Гиллем, я не смогу решить эту проблему ни за месяц, ни за полгода. Вопрос слишком неизучен, мне необходимо провести масштабные исследования, замеры во времени не только в лаборатории, но и вне ее, в промышленных зонах, желательно даже по всей стране, для составления полной картины масштаба катастрофы.

— Масштаба надуманной катастрофы, — отрезал Гиллем. — Я изучу вопрос. А до моего решения вы будете молчать о своих изысканиях, вам ясно? Этот проект имеет слишком большое значение, чтобы быть растоптанным каким-то там младшим научным сотрудником, у которого нет даже докторской степени.

Я не нашлась тогда, что на это сказать и была выставлена из кабинета, а потом и вовсе загружена околоиспытательной работой, которая вроде бы и была необходима, но в то же время совершенно не оставляла мне времени и возможностей заниматься исследованием и подтверждением моей теории. Очевидно, этим занялись другие по указу Гиллема. К сожалению, я не знала, что они выяснили, но спустя месяц внезапно финальные испытания генератора отложили. Перенесли на неопределенный срок — фактически, свернули. По официальной версии — обнаружилась критическая неполадка.

Я пришла к директору повторно, попросив теперь дать мне возможность заниматься моим открытием, выделить ресурсы и средства.

И тогда меня уволили. Да еще и с такой формулировкой, что было очевидно — максимум, что мне теперь светит в научной сфере — это преподавание. И то, если буду хорошо себя вести.

Хорошо себя вести я отказывалась. Документы на кафедру с просьбой предоставления места среди младшего преподавательского состава подавать не стала, защиту диссертации отложила и вообще исчезла с научных горизонтов.

Просто я поняла, что если я хочу заниматься этим вопросом, то помощи у государства искать бесполезно.

Тогда я и решила для начала заняться этим самостоятельно.

К сожалению, мои личные ресурсы были сильно ограничены, имеющиеся в моем распоряжении измерительные приборы были элементарными, а разрешения на проведение измерительных мероприятий не было вовсе. Но я все равно решилась — выбрала старейший из работающих на магических генераторах завод и…

И теперь тащилась под разъезжающейся под ногами дороге.

Ни с чем.

Шмыгнув носом, я поудобнее перехватила сумку.

Идти в частные лаборатории с моей теорией бесполезно. Они нацелены на выгоду, а то, что я хочу изучить сулит лишь разорение. Попытаться проникнуть на другой завод, конечно, можно. Но, во-первых, никто не гарантирует, что там история не повторится. А во-вторых… я хотела быть уверенной. Естественно, я буду проводить замеры в нескольких местах, и в разные промежутки времени, сбор статистических данных штука не одноразовая, но… мне просто было важно провести этот первый замер так, чтобы он был идеальным в плане условий. Чтобы саму себя окончательно убедить, что я не двинутый ученый, поехавший на случайной, не подтвержденной идее.

Дождь окончательно разошелся. Ботинки промокли, пальто грозилось промокнуть, вода со шляпки норовила стечь за шиворот. И когда я уже уверилась, что теперь точно слягу с воспалением легких и умру непризнанным гением, позади сквозь шум падающих капель раздался звук мотора, а потом черный Ястреб неторопливо проплыл мимо… и остановился вровень со мной, замершей на обочине.

Пассажирская дверца приглашающе распахнулась.

— Садитесь, — приказным тоном донеслось из теплых недр мобиля.

Дважды повторять мне не пришлось.

Я нырнула в салон и, усаживаясь на кожаное сиденье, подумала с сожалением, что все безнадежно намочу и испачкаю, но тут же убедила себя, что кое-кто сам виноват, и вообще — я не просила!

Стоило мне закрыть за собой дверцу, мобиль тут же плавно тронулся с места.

— Спасибо. — Я стянула мокрую шляпку, машинально поправила волосы у лица и поблагодарила очень искренне.

Господин Уолтер, вольготно расположившийся на широком сиденье Ястреба, в окружении каких-то бумаг и кожаных папок, благоразумно отодвинул это богатство подальше от меня, чтобы и оно не пало жертвой стихии, и слегка усмехнулся:

— Джентльмен не может бросить даму в беде.

— Невероятно любезный поступок с вашей стороны. Я помяну ваше благодеяние во время воскресной мессы, — рассеянно отозвалась я, пытаясь разглядеть, который час сквозь запотевшее стекло часов. Кажется, удача если и не повернулась ко мне лицом, то хотя бы чуть сдвинула попу, потому что теперь выходило, что я вполне могу успеть на автобус до города.

Воодушевившись этим открытием, я очаровательно улыбнулась и осторожно попросила:

— Вы не могли бы высадить меня на остановке, пожалуйста? Это было бы крайне мило с вашей стороны, она как раз по пути, а через двадцать минут будет…

Уолтер смерил меня надменным взглядом с головы до ног и бросил:

— Вы должно быть перепутали меня с такси, госпожа Трейт. Я высажу вас там, где это будет угодно мне.

Моя очаровательная улыбка благополучно сдулась. Вот ведь! Он же все равно будет мимо этой остановки проезжать! Раз уж взялся помогать, так помогал бы по-человечески! А то высадит где-нибудь у черта на куличках, а я потом топай обратно к своей пневмонии.

«Неблагодарная ты девица, Оливия!» — сказал бы на это дед и, пожалуй, был бы прав.

Я не только неблагодарная, я еще и злопамятная, и упрямая. Целый набор прекрасных качеств, которые я в полной мере вознамерилась продемонстрировать спасителю, раз уж он так удачно на свою беду меня спас.

— Что вы знаете о магическом фоне, господин Уолтер? — светски осведомилась я.

Промышленник, с интересом наблюдавший за тем, как я глотала его реплику, приподнял брови. Одну, кажется, чуть выше, чем другую. Вообще мимика у него выразительная. Интересно. Мне всегда казалось, что деловые люди, особенно его уровня, должны обладать абсолютно невозмутимыми физиономиями. Нет, я и не думала, что все эмоции, которые демонстрирует Уолтер, он испытывает на самом деле, но все же…

— У вас интересные представления о непринужденной светской беседе, госпожа Трейт.

— Вы должно быть перепутали меня с дамой из салона, господин Уолтер, — вернула я любезность. — Я никогда не планировала вести с вами светские беседы. То, о чем я хочу с вами говорить, вообще мало имеет отношения со светскостью. Так что вы знаете о магическом фоне?

Уолтер еще сильнее откинулся на спинку сиденья, закинул на нее руку, подпер ей голову и смерил меня насмешливым взглядом с головы до ног.

— Ей богу, госпожа Трейт, будь вы мужчиной, я бы уже точно нанял вас в коммерческий отдел. К слову, вы упомянули, что вас уволили… значит, вы в поиске? Занесите в понедельник ваше резюме и рекомендации в головной офис компании. Я думаю, мы найдем, куда вас пристроить.