Невинный трофей для охотника (СИ) - Морриган Лана - Страница 16

— Угу, — не говорю, выдыхаю с мычанием.

— А вот это все, что вы говорили своей подруге, это же неправда, да? — крутит в руках пустую посудину.

И откуда же ты такая наивная и честная на мою больную голову?

— Неправда.

— Я так и поняла. Да. Поняла. Это хорошо, — кивает, поджав губы. — Я буду на кухне.

Глава 7

Соня

— Что вы делаете? 

Проснувшись утром, я никак не ожидала застать охотника за сменой постельного белья. Сидя на краю кровати, он вытрясал подушку.  

— Не могу больше спать на этом, — отшвырнул наволочку с зелено грязным пятном пролитого отвара на ней. — Вонь невыносимая.

— Вам еще пить эту вонь, — напомнила об укрепляющем отваре.  — Давайте помогу.

— Не надо. А ты что улыбаешься? — бережно придерживая рану рукой, Ивар взялся упорно трясти пододеяльник.

— Вам лучше, вот улыбаюсь. Помочь?

— Я сам, — ответил решительно.

— Вы уже так говорили, а потом чуть не отдали богу душу.

Мужчина прекратил свои действия, медленно поднял на меня глаза:

— Ты мне лучше помоги душ принять, невестушка. Спину потрешь, — он откинул с бедер одеяло и сделал вид, что встает. — А вот в госпитале сестрички никогда не отказывали в помощи.

Кажется, вся кровь, что была в моем организме моментально прилила к лицу, выдавая смущение:

— Вижу вам намного лучше, — не отводила взгляда, продолжая играть с охотником в “гляделки”.

Не дождется, не сбегу! Не в этот раз.

Я подошла, деловито приложила ладонь к мужскому лбу.

— Ну что, клопенок? Каков вердикт?

— Жар почти спал.

Мужчина насмешливо фыркнул и вернулся к одеялу.

Решив закрепить свою маленькую победу, спросила:

—Сколько вам лет? Можно я не буду выкать?

— Нет, нельзя. Неприлично тыкать людям практически вдвое старше себя.

— Вам сорок? — вырвалось быстрее, чем я поняла, что подписала договор на очередную издевку.

— Тридцать шесть. Что, староват? — смеялся, кривясь и охая.

— Нет, — ответила громко. — Нет, вы…

— Ой, прекрати. Если начнешь рассказывать, как я хорошо выгляжу и весь из себя сохранившийся, я сдохну от боли.

— Не начну. Вы, — выделила интонацией, — выглядите на свой возраст. Честно говоря, думала, что вы старше.

— Вот значит как…

— Угу, — я присела на табурет, помогая вытянуть угол одеяла из пододеяльника.

— Раз мы откровенничаем, то и мне есть что сказать, — его тон неприятной прохладцей пробежался по телу. Но я сделала вид, что не заметила смены настроения. — Как думаешь, сколько я прожил в этой квартире, и никто не знал о ее местоположении? — я пожала плечами. — Почти два года. А ты за несколько дней успела привести сюда ведьму, а чуть позже и вампиршу.

— Я не буду извиняться, я спасала вашу жизнь.

Мужчина дернул одеяло из моих рук:

— Ты прибавила множество проблем. Римма не из тех, кто промолчит. Не удивлюсь, если она еще вчера побежала доложить Темному князю о моей ошибке. Тебе есть что сказать в ответ?

— Да, — наши взгляды вновь скрестились. — Я не знаю, кто такой Темный князь и не знаю почему вы вдруг решили сохранить мне жизнь. Сохранили, но теперь злитесь что пожалели клопенка. Что соврали своей подруге. Как оказалось от меня много проблем.

— Думаешь, буду отрицать? — спросил холодно.

— Нет, не думаю, — я сжала ладони, унимая дрожь.

Ивар подался вперед:

— Больше никогда не открывай входную дверь и тем более не приглашай незнакомца войти.

 — Хо-ро-шо, — выдохнула в ответ. — Пока вы не сменили постель, нужно сделать перевязку. Ложитесь.

Мужчина долго сверлил меня взглядом, но убрал одеяло и прилег.

Я подцепила край повязки, вспомнив прошлый совет, одним рывком сняла пластырь.

— М-м-м, — Ивар дернулся, и промямлил сдавленно: — Заслуженно.

Мне не хотелось разговаривать. Сейчас я ощущала себя бездомным котенком, который прижался к человеческим ногам в поисках тепла, но получил в ответ удар носком обуви. Возможно, его кто-то приютит из жалости, но поняв сколько хлопот приносит присутствие в доме, вышвырнет обратно на улицу. Горько и больно. Так больно, что приходится сглатывать тугой ком, вставший в горле и горько от того, что у меня нет возможности уйти.

Я не стала настаивать, предлагать свою помощь со сменой постельного белья, и, заклеив рану, убрала бинты и мазь в аптечку, вернулась в свою комнату.

Глупо и совсем по-детски спряталась. Обняв себя руками боролась с нестерпимым желанием вернуться и вылить на охотника скопившуюся боль. Обвинить во всем. В смерти родителей и сестры. В том, что из-за него я потеряла дом. Потеряла возможность получить образование и жить обычной жизнью, что живут девушки моего возраста, и, громко хлопнув дверью, как сделала это вампирша, уйти. Гордость провоцировала меня, лишь разум останавливал от идиотской затеи. Здесь я под защитой, а там, — выглянула в окно… сняла колючий свитер и вернула его на спинку стула. С каждым часом моя обида притуплялась, и я нашла решение своей проблемы: нужно обрести самостоятельность. Мне нужна работа. С этой мыслью я ворвалась в спальню мужчины и проглотила вопрос, обнаружив Ивара спящим. Тени под глазами на мужском лице посветлели, да и кожа теряла бледность. Вид был далек от здорового, но указывал на скорую поправку, чему я несказанно радовалась, не представляя, как бы смогла повторить с ножом действия ведьмы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ивар проспал добрую половину дня. Войдя в кухню потеснил меня плечом и жадно напился воды.

— Не включай горячую воду на кухне, я хочу принять душ.

— Как скажете, —  принялась перетирать тарелки.

С усердием протирала каждый бокал, полировала каждую ложку, натирая ее до блеска и со звоном скалывала на место.

Чужие руки, мягко обхватившее талию и притянувшие к торсу, стали для меня неожиданностью. Не смея пошевелиться, я так и застыла с полотенцем и тарелкой в руках.

— Как ты вкусно пахнешь, — мужской голос завибрировал над ухом. Меня медленно окутывал мятный аромат геля для душа, а спину жгло от прикосновения к твердому телу. Я дернулась, но руки усилили хватку. — Поставь тарелку, позже уберем, — я послушно выполнила просьбу сказанную прямо на ухо. Пальцы пробежались по ребрам, накрыли живот и притянули плотнее, так что я ощущала каждый сантиметр мужского тела.

— Отпусти..., — просипела сдавленно, проглотив окончание слова.

— Нет, — Ивар говорил громко, — я соскучился по тебе, — и горячие губы коснулись моей шеи.

Что происходит?! — пульсировало в голове, но я продолжала стоять, разрешая мужчине целовать себя.

Все странно, пугающе и… приятно.

За нашими спинами послышалась надрывное покашливание и не менее надрывная просьба:

— Ивар, я могу с тобой поговорить? — на последнем слове женский голос взвизгнул.

— Я сейчас вернусь, — мужчина склонился, поцеловал меня в щеку и покинул кухню вслед за своей “помощницей”.

Вцепившись в край столешницы, медленно я втягивала воздух приводя дыхание в норму.

— Зачем вы это сделали? — Ивар вернулся так быстро, что мое сбесившееся сердце все еще стучало в горле.

—  А сама как думаешь? — он присел за стол и положил связку ключей.

— Чтобы избавиться от надоевшей подруги, — охотник кивнул. — Очень по-мужски, прошу заметить.

— Есть такие женщины, что не понимают слов.

— Я мало, что знаю о женщинах. Но никогда больше так не делайте, — клокотала от ярости. — Не смейте, понятно? Мне не нравится, когда вы меня касаетесь.

— Больше и не собирался, — спокойно ответил.

Ситуация его забавляла, он смотрел открыто, не стесняясь и не стыдясь произошедшего, кривя губы в ухмылке. 

— Вот и отлично, — назидательно ткнула указательным пальцем и, окончательно осмелев, выпалила: — Я хочу устроиться на работу. Мне нужны деньги. Я не могу вот так… ждать, когда вы легко вычеркните меня из жизни.