Вопросы и ответы (СИ) - "love and good" - Страница 62

Схватка была недолгой. Очевидно предательница не хотела сражаться с князем, а оттого, перекатившись, уходя от очередного удара, она скрылась в дыму, вьющемуся после атаки одного из гвардейцев. Орлеандо скрипнул зубами, тщетно вглядываясь в густую завесу, и тряхнул головой, переключая своё внимание на другой фланг.

Хоть первоначально силы были не равны, но дисциплинированные и обученные воины смогли потеснить наёмников. Часть из них, бросая всё, сломя голову неслась обратно к кораблю, к которому княжеской гвардии всё никак не давали подступиться. Команда как раз завершала последние приготовления к быстрому отплытию, не желая становиться пленниками саламандр и познавать на себе весь их гнев.

— Нам нужно во что бы то ни стало отбить корабль! — крикнул Говарду Орлеандо. — Экипаж должен понести наказание!

Воины под началом Говарда и сражающаяся рядом Маинали поднажали, оттесняя противников к берегу. Орлеандо двигался рядом с ними, но чуть в стороне, оставаясь оттого очень открытым. И это в итоге сыграло с ним злую шутку.

Предательский удар настиг Орлеандо внезапно. Чёткий и сильный, он вогнал в спину князя меч едва ли не по самую рукоять. Тот дёрнулся, медленно опустив голову вниз только для того, чтобы увидеть торчащий в своей груди клинок. В то время как за его спиной стояла его же старшая сестра.

— Дядя!!! — пронзительный крик Маинали ворвался в сознание быстрее, чем осознание боли, вспышкой прошившей тело.

— Тебе следовало позаботиться о себе, братец, — прямо над ухом раздался ядовитый злорадствующий шёпот сестры, и Орлеандо подавился кровью, отхаркивая её. Луэмил меж тем резко выдернула меч и отскочила в сторону.

Она ликующе рассмеялась и развернулась к кораблю, готовому к отплытию. Воспользовавшись общим замешательством, посеянным ею же, она в несколько прытких прыжков добралась до борта, запрыгивая на него. Солдаты, возглавляемые Говардом, теснящие вражеский отряд, попытались огнём пробить деревянный борт, но его защита выстояла, а сам корабль, манёвренный и лёгкий, смог быстро развернуться и набрать скорость, удаляясь из гавани.

Говард выругался, провожая полным досады и ярости взглядом пиратское судно. Пусть попытка переворота была задушена в самом своём зародыше, княжеская армия всё равно не добилась никакого преимущества и успеха. Наоборот, с твёрдой уверенностью можно было сказать, что она потерпела сокрушительное поражение.

Импульсивно отвернувшись, Говард поспешил найти взглядом дядю. Тот упал на колени — слабеющие ноги не держали больше князя. В инстинктивном жесте он прижал руку к ране на своей груди, тщетно пытаясь остановить поток горячей крови. Сражающиеся с обеих сторон саламандры, которым не посчастливилось сбежать с остальными, будто прибитые чем-то тяжёлым, заклякли как статуи и с неверием наблюдали за своим князем. Тот пошатнулся, стоя на коленях, и начал заваливаться вперёд, стремительно теряя жизненные силы.

Первой в себя пришла Маинали. Она стрелой метнулась к падающему родственнику, успев поймать его. Руками обхватить за бока, стойко, как гора, принимая на собственные плечи и грудь тяжесть деревенеющего тела. Дрожащими руками девушка аккуратно уложила князя на холодные камни, подёрнутыми пеленой глазами глядя в его бледнеющее лицо. Одной рукой она приподняла его голову, а другой тщетно попыталась прикрыть страшную рану.

— Дядя… — в её срывающемся шёпоте была целая бездна отчаяния и бессилия, и страха перед неизбежностью.

— Ведите лекарей, быстро! — за спиной сестры властно гаркнул Говард, сбивая тем самым с солдат ужас и оцепенение.

Те мгновенно засуетились: несколько воинов рвануло к галереям, на всех порах несясь вниз, к городу; часть гвардейцев окружила наёмников, оставшихся на берегу. Говард, напряжённым тревожным взглядом наблюдающий за ними, опустил его на склонившую голову сестру, падая рядом с ней на колени, вглядываясь в лицо дяди. Тот с трудом открыл глаза и попытался сфокусировать взгляд на склонившейся над ним племяннице.

— Маинали… Говард… — из последних сил прохрипел Орлеандо, мутным плывущим взглядом глядя на них. — Моё время на исходе. Я вырастил вас как своих детей, и я прошу вас, будьте дружными и берегите друг друга. А ты, Говард… Ты станешь хорошим князем, — он слабо улыбнулся.

На мгновение, буквально на одно мгновение, в жёлтых глазах князя вспыхнула искра. Мир рассыпался обилием ощущений и звуков, и показалось, будто жизнь взяла верх над безжалостным холодным дыханием смерти. Однако это было лишь мимолётное наваждение, и в следующий миг взгляд Орлеандо потух. На этот раз навсегда.

— Дядя… — слёзы бесконтрольным потоком хлынули по щекам Маинали. — ДЯДЯ!!! — она взвыла, пряча лицо на могучей, более не вздымающейся груди, и горькие рыдания сдавили глотку. Говард подвинулся ближе и приобнял сестру за подрагивающие плечи, но Маинали, казалось, не замечала этого.

Она горько плакала, прижимая к себе тело дяди, заменившего ей отца, и мир вокруг неё рушился до самого основания.

========== Вопрос 4 ==========

Комментарий к Вопрос 4

«Представитель одной из четырех древнейших рас, значит. А что за другие три расы? Расскажи-ка о них»

— Папа, что это? — крохотный пальчик Маинали ткнулся в лежавшую перед ней карту.

Яркие разноцветные рисунки, означающие разные области и государства, привлекли внимание ребёнка, и девочка с интересом рассматривала их. Она повернула к дяде голову, глядя на него большими круглыми глазами в ожидании ответа, и Орлеандо мягко улыбнулся, откладывая в сторону свиток.

Маинали часто сидела вместе с ним, когда он работал в своём кабинете. Девочке нравилось быть рядом с дядей, рассматривать разные интересные вещи в его кабинете и задавать ему вопросы. Он никогда не отмахивался, всегда охотно и доходчиво объяснял то, что ей было непонятно. Маинали столько нового и интересного узнала!..

И вот теперь её вниманием завладела карта, и Орлеандо усмехнулся, наблюдая за племянницей.

— Это карта нашего материка, милая, — он встал из-за стола и подошёл к сидящей у стены прямо на полу девочке, опускаясь рядом с ней. — Здесь нарисованы все страны и государства, которые окружают нас.

Маинали, едва дядя сел рядом, подтянулась к нему, прижавшись к его боку. Орлеандо прижал её к себе и устроил перед собой, позволяя спиной опираться на грудь. Девочка с восторгом внимательно рассматривала карту, а после извернулась, подняв голову на дядю.

— Их тут много! — радостно выдала она. — Расскажи о них!

— Это займёт очень много времени, — Орлеандо беззлобно посмеялся, качая головой. — Но ладно, я попробую рассказать вкратце, — прищурившись, произнёс он, на что Маинали довольно пискнула в ответ.

Князь бросил косой задумчивый взгляд на карту. Вулкан саламандр, в котором раскинулось княжество, находился практически в самом центре континента. Вокруг были лишь не жилые скалы да море, а северо-восточнее — бескрайняя Империя. Князь хмыкнул.

— Когда-то давно наш мир был абсолютно безлюден и чист, — негромко и неспешно начал он, проводя рукой над картой. — Не существовало тогда никаких держав, потому что не существовало никого, кто мог бы их построить и населить.

Маинали внимательно следила за движением руки дяди и слушала его голос, затаив дыхание. Тот намеренно выдержал небольшую паузу и вдохновенно продолжил:

— Но затем появилось четыре великих народа.

— Как они появились? — нетерпеливо перебив дядю, Маинали поёрзала на своём месте и снова повернула на него голову, глядя снизу-вверх.

— Никто не знает наверняка, — Орлеандо развёл руками, состроив удивлённое выражение лица. — Но наш народ породил Отец-Вулкан, вдохнув в нас жизнь и дав нам разум. Мы вышли из огня и были одним из этих четырёх народов, — он постучал пальцем по вулканической гряде на карте, тем самым локализируя расположение государства саламандр.

— Говард рассказывал мне эту историю, — Маинали кивнула, всё также внимательно следя за действиями дяди.

— Верно, — тот согласился. — Саламандры связаны с огнём, а огонь — один из основных элементов мироздания. Тремя другими элементами являются вода, земля и ветер, и каждый из них породил свой народ. Из ветра вышли высокогорные сильфы, — Орлеандо провёл пальцем по кромке гор на север, останавливая его на самых высоких вершинах континента. — Сильфы славятся как самые искусные мечницы. Как мы почитаем своим отцом Вулкан, так они обращаются к Ветру как к своей матери. Сильфы славятся своей мудростью, но добраться до них могут лишь самые стойкие духом, ибо горы их высоки и опасны, и мало кто может жить в них, помимо самих сильф.