Гнёт Луны (СИ) - Рууд Рин - Страница 124

Фериил в какой-то момент начал называть Рене просто папой, без приставки “новый”, и мужчина так растрогался, что всю ночь малевал на чердаке картину и сразу же на следующий день выставил ее в галерее. Через неделю кто-то хотел выкупить “Волчью преданность” за баснословную сумму, но Рене отказался.

Лестер перестал кусаться лишь спустя несколько месяцев. Однажды волчонок притащил Рене мертвую мышь и смущенно признался, что он любит папулю, пусть он и странный. Мужчина расплакался на глазах у всей стаи и немедленно скрылся в мастерской, чтобы выродить еще одно полотно с экспрессивными и надрывными линиями. “Волчья любовь” повесили рядом с “Волчьей преданностью”.

На Рождение Нуры была создана третья картина. “Волчье благословение” удивило стаю разноцветными кляксами и кривыми розовыми спиралями. Все сделали вид, что невероятно восхитились и с облегчением выдохнули, когда “шедевр” уехал в галерею прочь из леса. Критики же, наоборот, очень высоко оценили триптих Рене Дануа, который упрямо отказывался его продавать.

Бабушка Ил жутко разочаровалась, когда узнала, что Ил вышла замуж за Рене. По ее мнению, он должен был оставаться любовником. Зачем портить страсть бытовухой? Поэтому старуха посоветовала срочно найти нового ухажера.

Мать приняла и третьего супруга дочери, но взяла с нее обещание, что четвертого мужа не будет, потому что отец точно не выдержит. Оскар со временем смягчился к Рене, но опять же — после рыбалки на яхте. Возможно, бесхвостый оборотень в море спаивал жертв каким-то приворотным зельем, которое разливали в пивные бутылки и продавали под видом крафтового пива? Загадка.

Белла отреагировала на новость о третьем оборотне в семье Феликса очень сдержанно. Какое ей дело до Рене, когда невестка ждет тройню от Томаса и отказывается вынашивать ее волчицей? Мало того, что на ней три приемных внука, так еще капризная и плаксивая Сонечка ежесекундно требовала материнской ласки и поддержки.

Бруно все же женился на призраке. Он дал клятву духу на холме под сиянием звезд и пообещал, что после смерти он с Анной уйдет за грань, чтобы слиться вместе с единым высшим разумом. Ил попыталась поподробнее расспросить, что это за высший разум, но из объяснений медиума ничего не поняла, потому что он скатился в около-религиозные и сложные темы, которые могут осознать лишь просветленные.

В высший свет просочились сплетни, что Рене Дануа живет в лесной общине в полиаморном браке. Мужчина не опроверг и не подтвердил слухи, ссылаясь на то, что его личная жизнь никого не касается. Однако, Ил смогла уговорить Феликса и Ричарда показаться на открытии новой галереи, чем очень растрогала Рене и подстегнула журналистов на выяснение подробностей, но никто из них так и не смог отыскать дорогу к дому Феликса. Они вечно пропускали въезд и часами плутали в лесу.

Через несколько месяцев после рождения Нуры Рене привел в дом красивую статную женщину, которая представилась Тиффани и при виде Лестера, выскочившего из столовой, расплакалась.

— Это моя мама, — Рене слабо улыбнулся невыспавшейся Ил, которая очень туго соображала послеобеденного сна.

— Еще одна бабуля, — по лестнице спустился Ричард, укачивающий Нуру. — Замечательно.

Тиффани разрыдалась пуще прежнего, и Лестер испуганно прижался к Илоне, подозрительно поглядывая на гостью в кашемировом пальто. Нура захныкала, и Ричард всучил дочь Рене:

— Твоя очередь.

В беседе с Тиффани выяснились очень интересные подробности. Отец Рене отказался от сына, как только стало известно, что он ушел жить в лес и принял в себе волчью сторону. Судя по недомолвкам самого Дануа, в его семье и раньше было не все в порядке. Мужчина мрачно признался, что поддерживал связь только с матерью, и лишь она изъявила желание познакомиться со стаей Феликса и внуками.

— И этот наш? — Тиффани с сомнением посмотрела на Фериила, который сел за стол рядом с ней.

— Ваш, — мальчик зевнул и потянулся к графину с молоком.

— Ну-ка, — Тиффани плеснула молока в кружку Фериила, — посмотри на меня.

Мальчик повиновался, и женщина охнула:

— Щечки точно наши!

Фериил расплылся в улыбке, и Тиффани в порыве нежности чмокнула его в нос. Мальчик фыркнул и самодовольно хохотнул.

— Мне пора, — женщина поднялась и зацокала к выходу.

— Ты уверена? — Рене обиженно прищурился.

— Если твой отец узнает, — она вздохнула и потупила взгляд. — И мне нельзя надолго оставаться в лесу, вдруг кровь бабули взыграет.

— Вы волчица, — охнула Ил. — Внучка Марго?

— Обычная женщина, моя милая, — Тиффани оглянулась. — И я бы хотела ею и остаться. Боюсьрисковать. Возможно, — она замолчала и несмело продолжила, — вы позволите встретиться с детьми вне леса? В городе?

— Возможно, — отозвался Феликс, усаживая Лестера на колени.

Рене осторожно передал Нуру в руки Ил и последовал за матерью. Какой-то тоскливый и разочарованный. Наверное, он желал, чтобы Тиффани, как и он, вернулась в лес и стала оборотнем.

— Скольким потомкам Марго подпортила жизнь! — цокнул Ричард, скрестив руки на груди.

— Ну, — Феликс нахмурился. — Элиза вчера поведала мне, что у Марго родился первый праправнук без хвоста. И старуха невероятно этому рада. Так что, кому-то из ее потомков удалось выродить человека. Можно ее поздравить. Она добилась своего.

Илона обиженно замолчала. Она в глубине души надеялась, что Марго явится с извинениями и попросит взглянуть на Лестера и Нуру хоть одним глазком, но увы. Старуха была упрямой стервой, которая вдолбила себе в голову, что волчья кровь — это проклятие, но сама каждый раз его обновляла, потому что боялась скорой смерти. Двуличная сука.

Рене с обращением обрел новую семью, детей и любимую женщину, которая вместе с мужьями толкнула его в пропасть и освободила зверя, терзавшего всю его жизнь. Он годами игнорировал зов луны, заглушая его дорогим алкоголем, развратом, десятками любовниц и любовников и толпой оголтелых фанатов. Илона все ждала, когда Рене сорвется и нырнет в объятия красоток, что вились толпами вокруг него на всяческих выставках, но он, как и два ее других супруга, предпочитал наслаждаться лишь женой, которая ведьмой заворожила трех оборотней и обрекла их на “во веки веков”.