(Не) любовь под запретом (СИ) - Шашкова Екатерина Владимировна - Страница 34

— Что случилось, милая? — завидев меня, спросила она. — Опять кто-то мешает твоей любви?

— Пока не знаю. Отец разговаривает с Бериллом, и если матушка не вмешается, то всё будет хорошо.

— Пожалуй, вмешаюсь я, — нахмурилась Роза. — Как раз хотелось кому-то поставить голову на место. Прям руки чешутся.

И она улетела. Похоже, Роза тоже не знает, что делать со своими эмоциями. Что ж, так для меня лучше: поговорю с Обсидианом наедине.

— Итак, господин колдун… — начала я, увидев его в одной из камер.

— Издеваешься? — зло посмотрел Обсидиан. — Что за господин колдун?

— Прошу прощения, случайно вырвалось, — я сбилась и зарделась, вспоминая недобрым словом Карминиту.

— Что пришла? — устало спросил Обсидиан.

— Хотела узнать. Вам нужны были драконьи яйца и много силы, чтобы изменить тело? Это вообще возможно?

— Сказала девушка, что бегала по лесу с наполовину каменной кожей.

— Тогда, — я замялась. — Вы хотели стать одним из фей?

Обсидиан молчал. Он не подтвердил это вслух, но раз не опроверг, значит, я была права.

— Но зачем? Из-за Розы?

— Тебе не понять. Ты влюблена в существо своей расы, — Обсидиан повернулся к стене.

— Посмотрите на это, — я продемонстрировала ему кольцо Рододендронов. Обсидиан присмотрелся.

— Интересная штука. Подарок фей? Нет… Почему у человека родовое кольцо фей?

— Спросите у Берилла. Из рода Рододендронов.

— То есть, такое уже случалось? Человек и фея могут связать себя узами брака?

— Да. И всё, что вам надо было: признаться Розе, а не… устраивать этот хаос.

— Что же ты раньше не сказала?

— Да мне откуда было знать? Вы же такой недоверчивый, не раскрывали свою настоящую цель, хотя я и спрашивала!

Мы молчали несколько мгновений.

— Признаться, значит, — Обсидиан шумно вздохнул.

— Это страшно. Но другого пути нет. И никто кроме вас этого не сделает.

— Как думаешь, она меня простит?

— Не знаю… если деревья выживут, думаю, да.

— Я понял. Спасибо тебе.

И он исчез.

В прострации я смотрела на пустое место за решёткой, где только что был Обсидиан. Вот же… как я это объясню отцу? Поговорила, и он сбежал. Куда?

С другой стороны, он мог уйти в любой момент. Прямо как Берилл… Надо переделывать темницу.

Когда я вышли, то всё ещё думала о разговоре с отцом. Снаружи уже было светло, и я зажмурила глаза, привыкая к свету. А когда открыла, ахнула.

Деревья и кустарники вокруг стали выше и пышнее, разрослись. Цветы цвели и пробивались даже между мощеных дорожек. На стеках зданий разросся плющ. Все озирались, разглядывая изменившийся замок.

— Люди слишком усложняют всё, когда дело касается любви, — подлетев ко мне, вздохнула Роза. Я улыбнулась ей в ответ. — Пожалуй, мне пора. Дела. Надо найти одного упрямого человека. И поставить голову на место ещё и ему.

— Если вам когда-либо понадобится помощь, только скажите, — улыбнулась я Розе.

— Надеюсь, не понадобится. Но жду приглашения на свадьбу, — и она, замахав крыльями, поднялась выше. — Гранат не сможет вам помешать. Если попытается, не сможет сказать и слова. Не благодари.

Она махнула напоследок рукой и улетела. Я в прострации проводила её взглядом и добрела до главного входа в замок. Смысл последних пары фраз стал ясен не сразу.

— Агата! — услышала я такой родной голос Берилла. Он вышел из замка навстречу, широко улыбаясь.

Я поспешила к нему.

— Берилл, я так устала…

— Потерпи ещё немного. Сейчас родители нас благословят, и всё, — он взял мои руки в свои.

— Что?

Я решила, что ослышалась, а он не спешил развеять мои сомнения, только загадочно улыбался. На крыльцо вышел отец и мачеха. Они сначала как и я, с удивлением оглядели изменившееся пространство, а потом подошли ближе.

— Агата. Герцог Рододендрон попросил твоей руки. И я…

— Подожди, Галит, — перебила королева, — Агата, я, кхе-кхе-кхе…

— Дорогая, всё в порядке? — отец обеспокоенно смотрел на мачеху, которая зашлась долгим кашлем.

— Да, я хотела сказать, кхе-кхе…

— Гранат, ступай, отдохни. Я пришлю к тебе врача.

Мачеха пыталась возразить, но каждый раз кашель возвращался, и в итоге её голос осип. Отец настоял на том, что её надо проводить в покои и срочно осмотреть врачу. В итоге она согласилась и смогла закончить фразу без кашля. Думаю, именно это имела в виду Роза. Королева просто не сможет сказать слов против.

— Агата, — отец повернулся к нам, когда убедился, что мачеха ушла в сопровождении служанок, — Берилл будет надежным и верным мужем. Я вверяю тебя ему. Если ты этого хочешь, разумеется.

— Спасибо! — я, сияя от радости, обняла отца.

— Пусть в ваших сердцах цветёт весна, дети. — отец протянул руки.

Мы взялись за его руки, и он соединил наши. Теперь действительно всё. Мы помолвлены, такова воля короля.

Я крепко обняла Берилла и сожалела только о том, что этикет не позволяет никак больше проявить свои чувства. Я смотрела в зелёные глаза любимого и видела отражение своих чувств. Я была счастлива.

— Кхм. Теперь, Агата. Не скажешь, что здесь произошло? Почему растёт и цветёт у нас теперь всё, даже карета? — спросил отец, возвращая меня в действительность.

До счастливого финала нашей с Бериллом истории мне ещё предстояло рассказать про побег Обсидиана.

Эпилог

Я начинала беспокоиться, потому что нигде не могла её найти.

Мы выбрались к границе колдовского леса, где находилось небольшое родовое поместье. Здесь удобно было встречаться всем: примерно середина пути между нашим замком и домиком Карминита и Ясписа. Лет пять назад эта пара стала счастливыми матерью и отцом тройняшек. В этот год как раз Розелитта и Азурит, наконец, убедили родителей и сыграли свадьбу. Я думала, Розелитта добьётся своего быстрее, но мачеха и отец не шли на поводу этого её желания несколько лет. И только убедившись, что и дочь, и будущий зять настроены искренне, сдались.

Мы виделись с Карминитой и Ясписом всё реже, погружаясь в дела. Это следовало срочно исправить, и мы наконец выкроили время и встретились. Прошлись совсем недалеко от поместья и устроили пикник. Детям нравилось играть вместе. Жаль, Лангит бывает у нас ещё реже, да и занят учёбой. Он старше, но и ему иногда не помешало бы вот так веселиться с друзьями на природе.

Дети ушли вместе собирать ягоды, но вернулись все, кроме Хризолитты. По версии Берилла она объелась малины и уснула, но я не была настроена так радужно. Мы отправились на поиски, поручив няне строго следить за тройняшками. Не хватало, чтобы и они потерялись. Хотя, в отличие от Хризолитты, они знают лес лучше.

— Агата, всё будет хорошо. Яспис уже запустил драконов в небо.

— Мы в лесу и это не очень-то поможет, — возразила я.

— На три морды больше ищут нашу дочь. Всё лучше, чем ничего, — Берилл улыбнулся, но видя, что я остаюсь серьёзной, добавил: — Я чувствую, что с ней всё в порядке. И зря её учил всему, что ли? Она не пропадёт.

Эти слова меня успокоили.

— Агата! Сюда! Только тихо, — махая руками, к нам подбежала Карминита. Она, наконец, привыкла называть меня по имени, но только когда вокруг все свои.

Вчетвером мы подкрались к кустам и раздвинули ветки. Открывшаяся мирная картина успокоила меня и вызвала умиление.

На полянке на поваленном дереве сидели двое детей. Моя дочь счастливо болтала ногами и ела малину, собранную горкой на коленях. В её зелёных глазах играли смешинки, щеки раскраснелись то ли от малины, то ли от беготни. Что она бегала недавно было видно по растрепанным каштановым волосам. Мальчик рядом имел необычный, пепельный цвет волос и тёмные глаза. Он то и дело подкладывал малину из своей корзинки в кучку на коленях Хризолитты. Дочь наверняка опять оставила свою корзинку где-то в кустах.