Сказки Освии. Два брата (СИ) - Бондарь Татьяна Николаевна - Страница 21

Мои уши запылали, захотелось наплевать на все правила, забыть про опасность и хорошенько ударить Альвадо по лоснящемуся лицу. На мое счастье, как раз в этот момент с улицы раздалось дикое «мяоу-у-у-у». Через огромное окно дворца, выходящее на его внутренний двор, мы увидели жирного, круглого, как облако, черного кота, удирающего со всех лап от королевских поджарых борзых. У меня сердце упало в пятки, кровь отхлынула от лица. Было видно, как одна борзая успела-таки ухватить кота за хвост, когда тот уже почти добрался до верха идеально гладкого каменного забора.

— Альберт! — в ужасе закричала я, и тут же прихлопнула ладонью рот, поняв, что наделала.

Кот толкнулся лапами, вкладывая в это движение все силы, вырвался, оставив изрядный клок шерсти, неуклюже качнулся на заборе, и едва не упал обратно в раскрытые пасти борзых. В последний момент он махнул хвостом ловя баланс, вильнул задом и перевалился через забор. Король разочаровано вздохнул.

— Ваш котик? — поинтересовался он. — Как остроумно было назвать в честь пропавшего брата!

— Да, ваша светлость, — ответил за меня Рональд. — Я всех своих котов зову Альбертами, в память об эгоизме брата.

Гербовая карета увозила нас прочь от дворца. Я всматривалась в окошко заплаканными глазами, и надеялась разглядеть под ногами у разноцветной толпы черный силуэт кота, но тщетно — Альберта нигде не было.

За куполом снова ударила острая боль, впрочем, на этот раз слабее. Сквозь нее я робко предложила поискать Альберта, но Рональд резко отказал. Его настроение было мрачнее некуда.

— Я его просил оставаться в карете. Он не послушался и, как всегда, сделал хуже. Сам влез в неприятности, сам пускай и выпутывается.

На самом деле моя просьба была бессмысленна — искать Альберта днем без магической защиты мы оба не могли.

Ночные поиски

Как только мы вернулись домой, Рональд вызвал к себе в библиотеку равнодушного дворецкого. Он тут же, при мне, приказал ему убираться прочь из замка и никогда не возвращаться.

— Я давно уже его подозревал, — пояснил герцог. — Я видел, что его эмоциональный фон чем-то подавлен, скорее всего, чаем мальвы, но меня это устраивало. Теперь у меня есть доказательства, что в доме шпион короля, чужие под купол без ведома не проходят.

Едва слушая его, я звучно сморкалась в платок и растирала по лицу неиссякающие слезы. Альберта не было.

— Не кори себя, — попробовал успокоить Рональд. — Дворецкий выложил королю все, что видел здесь, так что Альвадо и без тебя наверняка знал, что Альберт вернулся. Мой братец противоестественно живуч, выберется и из этой передряги.

Я немного успокоилась, забралась в кресло с ногами, и все еще всхлипывая спросила:

— Почему я теперь тоже чувствую боль за куполом?

Рональд задумался, потом посмотрел на меня с любопытством.

— Хотел бы я знать. Думаю, что это могло произойти из-за некоторой привязанности, которая появляется у тебя ко мне. Ты сочувствуешь мне и тем самым как бы соглашаешься принять на себя часть того, что отпущено мне. Думаю, если ты решишь выйти наружу одна, этого не будет.

— Прости, из-за меня тебе пришлось принести клятву, — виновато потупившись сказала я.

— Не твоя вина. Альвадо все рассчитал с самого начала и не оставил мне выбора. Придется смириться и забыть. Честно признаться, мне самому порядком надоели книги за последнее время, теперь хоть смогу выспаться.

Мы еще немного посидели, разговаривая о малозначимых вещах, потом Рональд извинился, устало поднялся и пошел к себе. Я была уверена — на этот раз никакого перелистывания страниц кот бы не услышал.

Альберт так и не пришел. Был уже вечер, его кошачьим лапам хватило бы времени добраться до дома даже с другого конца города, но его все не было. Мое беспокойство росло и некому было меня успокоить. Я не знала, куда деться, тревога сводила с ума. С жадным нетерпением я наблюдала за невыносимо медленными стрелками часов и ждала легкого движения у ворот или знакомого голоса, который из удобного угла скажет: «Не суетись, детка, я давно уже здесь!» Однако, голоса не было. Ждать и дальше было просто невыносимо. Я решительно встала и в чем была побежала прочь из замка. Перед заплаканными глазами вставал портрет красивого рыжего мужчины со светлой улыбкой.

— Пожалуйста, Альберт, будь жив! — шепотом попросила я в пустоту успокоившихся на ночь улиц.

Впервые я одна уходила из владений герцога. На минуту застыв возле купола, я мысленно попрощалась с его защитой, и  побежала туда, где выступала над крышами верхушка королевского дворца, где я видела Альберта в последний раз.

Надолго меня не хватило, уже через пару минут пришлось перейти на быстрый шаг. Лучше бы нас в институте учили одному виду бега, чем тридцати разным стилям ходьбы. Как оказалось, когда водишься со знатными господами, хорошо бегать важнее, чем красиво ходить.

Редкие прохожие поглядывали на меня с подозрением. «Как бы они не донесли страже», — испугалась я и пошла спокойнее, чтобы вызывать меньше подозрений.

Ночной город светился разноцветными грибами куполов. В столице много кто имел достаточно денег, чтобы обзавестись таким, из-за этого город не нуждался в ночном освещении. По цвету поднимающихся над домами полупрозрачных шапок можно было определить, насколько богат хозяин дома и чего он боится. Средние трактирщики боялись воров и буйных посетителей. Они не сильно хотели тратиться на магов, их купола светились синим. Королевские придворные больше остерегались наемников и отравителей, денег у них водилось много, купола над их домами ярко пылали красным. Над жилищами магов купола были самыми затейливыми и даже странными, им кроме защиты нужно было привлекать покупателей, и каждый из магов изощрялся как мог. Замок моего герцога светился фиолетовым, у него был мощный купол, защищающий почти от всего. Сильнее купол был только над королевским дворцом. В мерцающем освещении спящего города его совсем не было видно, но эта невидимость никого не обманывала. Попасть под него без разрешения было невозможно. «Надеюсь, ты не там», — только и подумала я.

Я осматривала все канавы, деревья, кусты уже пятый час. Альберта нигде не было. Время перевалило за полночь, ноги в туфлях стерлись до крови, подол платья размок и потяжелел, сил идти почти не осталось. На меня накатило отчаяние. Куда пропал Альберт? Мой наглый, рыжий кот, без конца насмехающийся надо мной и покрывающий все вокруг своей шерстью? Я осмотрела, казалось, весь город, но его так и не нашла. В бессилии я остановилась на широкой улице к северу от дворца, и попыталась вспомнить проходила уже по ней или еще нет. В тот момент, когда звук моих шагов стих, я смогла услышать чужие, гулко отдающиеся эхом на каменных плитках города.

Воображение моментально нарисовала королевскую стражу, черные тени наемников или бандитов с острыми ножами, огромного волка-людоеда, добежавшего до столицы из леса, чтобы полакомиться девственницами. Я свернула за угол и прижалась к темной стене, стараясь с ней слиться. Оказалось, ме первое предположение было верным — страж короля с алебардой на плече неспешно брел по ночной улице. Когда он проходил мимо, вышитые на его плаще корона и голубь, символы принадлежности к королевской страже, стали отчетливо видны в свете купола над соседним домом. Я вдавилась в стену еще сильнее, до боли, и тут с оглушительным грохотом она провалилась, и я упала на спину. Оказалось, в темноте закоулка я умудрилась упереться спиной вместо стены в заднюю дверь одного из мелких трактиров. Как на зло, она оказалась не заперта. Под проклятья разбуженных хозяев и быстрый топот ног стражника я вскочила и пустилась бежать, но бег никогда не был моей сильной стороной.

Стражник догнал меня уже в конце улицы, довольно бережно для своего большого роста схватил за руку и развернул к себе лицом. Мне было страшно посмотреть ему в глаза, я судорожно пыталась придумать, что ему сказать. Между тем, он уже наполнялся глубоким удовольствием, будто за мою поимку ему светила медаль.