Бандитская россия - Константинов Андрей Дмитриевич - Страница 72

До конца 80-х в Санкт-Петербурге о чеченских ОПГ никто не слышал. Более того, воспитанные коммунистами в духе интернационализма питерские спортсмены национальностями не интересовались лишь борцы, сталкиваясь с ними на соревнованиях, знали, что чеченцы, ингуши и дагестанцы - серьезные соперники. В конце 80-х все изменилось. В российских городах, в том числе и в Питере, появились «чехи», как их стала именовать наша братва. И как следствие, началось противостояние. В Санкт-Петербурге Чеченские банды не приобрели такого влияния, как в Москве. Произошло это, как ни странно, благодаря не столько трудам правоохранительных органов, сколько малой финансовой емкости нашего города в те времена и агрессивной позиции малышевского и тамбовского преступных сообществ по отношению к кавказским гостям.

Чеченская ОПГ не отличалась большой численностью, в городе действовало лишь несколько бригад, замыкавшихся на совет старейшин. Однако её всегда выделяли особняком. Скорее всего, в связи с политическими событиями, происходящими в Чечне, расценивая выходцев из этого региона как пятую колонну, оказывающую финансовую подпитку своим землякам, участвовавшим в войне. По некоторой информации, лидеры независимой Ичкерии обязывали всех соотечественников выплачивать деньги на поддержание республики и ведение боевых действий. Трудно сказать, насколько эта информация соответствует действительности, однако то, что в начале девяностых одним из основных видов криминальности деятельности питерской чеченской группировки являлись преступления в кредитно-финансовой сфере, - факт. Именно при поддержке чеченских лидеров происходили нашумевшие в свое время операции с фальшивыми авизо, да и большая часть фальшивых Денег изготавливалась также в Чечне. Так, например, в начале 1994 года была задержана группа чечен, пытавшихся реализовать в Санкт-Петербурге миллиард(!) фальшивых рублей.

Чеченцы нарисовались в Санкт-Петербурге за пару лет до прихода к власти Джохара Дудаева. Тогда они и не помышляли об отделении от России и тем более - о войне. Их группировки садились сразу же на крупные хозяйственные объекты (чуть позже - банки) по звонку сверху. Сверху - это из Москвы. Сегодня тяжело, а для некоторых неудобно разбираться в той спонтанно возникшей вертикали. Но верно одно: по большому счету, это была чеченская экспансия, поддержанная центральной властью. Новая зарождающаяся власть в Чечне запускала щупальца и отсасывала средства себе на родину. Лишь единицы в будущей Ичкерии знали зачем.

Питерские рэкетиры же добивались всего сами. С нуля. Своими стараниями. Начинали крышевать челночников и ларьки в прямом смысле этого слова. Отсюда возникло и раздражение на чеченцев, которое переросло и в отношение к прочим представителям Кавказа, промышлявшим на этой ниве. Можно процитировать одною ветерана экономической революции: «Если бы их не лоббировали в Москве, мы бы их сразу задолбили». Несмотря на то, что к концу 80-х годов питерская братва уже резко поделилась на кланы, в подавляющем большинстве Стычек «наши» забывали о распрях и объединялись против чеченцев. Толчком к «славянскому крестовому походу» послужил, как всегда, незначительный повод - банальный мордобой.

Не шибко лирическое, но отступление № 3

На месте нынешнего элитного дома «Пятый элемент», что на Крестовском острове, в девяностые находился ресторан «Восток». Построил его известный азербайджанец-боксер. (Он был убит уже в начале нынешнего века.) Это был практически единственный ресторан в городе, работающий ночью. С хорошей кухней. Соответственно, там собирался весь пятизвездочный бомонд города. Тогда каждый приличный кабак должен был иметь еженедельную разборку или драку

Группа тамбовских в составе Сергея Сергеева по прозвищу Анджей (застрелен в Венгрии), Сергея Соколова по прозвищу Сокол (убит в Санкт-Петербурге), Михаила Глушенко по прозвищу Хохол (бывший депутат Госдумы, ныне скрывается в Греции) и Андрея по прозвищу Рыба (ныне - депутат областного ЗакСа) отметелила за что-то чеченца - вышибалу этого ресторана.

Призер чемпионата мира по тяжелой атлетике Руслан Балаев позеленел от обиды (сгинул в бытность полевым командиром в чеченских войнах на Кавказе), собрал единоверцев и объявил тамбовским джихад. Тамбовские залегли на конспиративно снятых квартирах. Оружия у них было предостаточно. Исходя из тактикотехнических характеристик Анджея и Сокола, пальба намечалась густая.

В это время Рыба торговал шашлыками возле Петропавловской крепости (ныне там располагается бензоколонка ПТК). Место это было бойкое - мажоры, мошенники, иностранцы. Именно оттуда Рыбу похитили люди Балаева. Насильно, под стволом посадили в машину и увезли.

Переговорщиком выступил старый чеченский лис по имени Арби (до сих пор жив). Трудно сказать, чем руководствовался тамбовский авторитет Николай Гавриленков по прозвищу Степаныч (убитый в 1995 году), но он развернул ситуацию в личностную плоскость, плавно уйдя от конфликта между коллективами. Другой лидер - Кум предлагал Рыбу выудить, а потом наброситься и порвать похитителей. Победила точка зрения Степаныча. Стрелка была забита возле модного тогда ресторана «Зеркальный» гостиницы «Ленинград» (ныне - «Санкт-Петербург»). Биться с Рыбой приехал лично Руслан Балаев (он слыл ещё и каратистом). Рыба потерпел поражение с двух ударов. Тамбовцы проглотить позор не захотели, хотя именно этот эпизод дал понять славянским группировкам, что с «чехами» необходимо считаться.

В скором времени тамбовцам представился удобный случай отыграться. Сергей по прозвищу Череп (не путать с малышевским Черепом), из стаи великолукских, ходивших под Анджеем, схлестнулся на галерке («Гостиный Двор» - забытый термин) с чеченцами. Чеченцы оскорбили его девушку по имени Екатерина. Стрелу забили возле Зимнего стадиона. С великолукскими приехали тамбовские VIРы, а к ним примкнули малышевские. Чеченцы, узнав о такой солянке, прихватили с собой дагестанцев и азербайджанцев.

Перед Черепом была поставлена боевая задача: прицепиться к неловкому слову и хлестануть первому. Выступавший чеченец по прозвищу Мага пытался смикшировать злые интонации, ссылаясь на подъехавших сотрудников милиции. Череп уперто шел на конфликт и предложил отъехать за город для более предметного выяснения отношений. Мага ехидно заявил: «С тобой, что ли?» Этого было вполне достаточно, чтобы Череп его срубил ударом в челюсть. Известный боксер по прозвищу Постник (жив ныне и здравствует) запрограммирован но крикнул: «Бей зверей!» И - понеслось! Тогда все закончилось безоговорочной победой тамбовских. После этой битвы настрой, безусловно, улучшился. Равно как появилась уверенность в завтрашнем дне.

Затем была стрельба на авторынке на проспекте Энергетиков - одной из наиболее известных криминальных точек в Санкт-Петербурге. Там орудовали все, начиная с братьев Васильевых до чеченцев по именам Ильяс и Джапар (задерживался по делу Сергея Мадуева по прозвищу Червонец, приговоренного к расстрелу). Кидали, грабили, вымогали.

И вот, наконец, призер Европы по классической борьбе Шамиль Абдуллаев отобрал несколько дефицитных в те времена покрышек у подконтрольного тамбовцам коммерсанта.

Плюс всплыли и иные шероховатости.

Сбор был назначен на углу Энергетиков и Бестужевской. Чуть ли не напротив отделения милиции. На замечание приехавших о том, что из окон отделения все видно как на ладони, приезжий боксер из Воркуты ухмыльнулся: «Без зонта кадка палится». Грядки противников стояли через дорогу. Примерялись к беседе. К чеченцам подошел кто-то из тамбовцев. По движениям со стороны стало ясно, что договориться не удастся. Тамбовцы пришли заряженные, как тогда говорили, то есть с оружием. Это было как раз время, когда пацаны поняли: «Лучше старое «ТТ», чем дзюдо и карате». Они, как сговорившись, начали палить через дорогу в чеченцев. Те бросились врассыпную, забирая двоих раненых. В машины втискивались, не анализируя, чьи они. Таким образом, разговора толком и не получилось, но «славяне» в очередной раз показали свои зубы.