Взлет Андромеды (СИ) - Савин Владислав - Страница 62

СССР и Китайская Народная республика считают, что нахождение так называемого «правительства» Чан Кай Ши в Гонконге несовместимо с нейтральным статусом этой территории.

Сообщение ТАСС.

Сегодня, 23 декабря 1955, с космодрома Звездоград произведен плановый запуск научно-исследовательского спутника Земли.

Аппарат успешно выведен на расчетную орбиту. Программа полета предусматривает проведение научных экспериментов, с возвращением на землю результата, по завершению полета.

«Обсервер», Лондон. 24 декабря 1955.

Являются ли русские – цивилизованными людьми?

Для любого из наших читателей, кто способен отличить джентльмена от дикаря, ответ очевиден. Цивилизация предполагает высокий уровень культуры. Культурный человек следует общепринятым правилам – пребывая в приличном обществе, где давно уже считается недостойным поведение, основанное на грубой силе и угрозах.

В такой же степени это применимо к международным отношениям. И как в таком случае следует квалифицировать советский ультиматум нашему американскому союзнику – «убирайтесь из Гуаньчжоу, или мы сожжем там все на десятки миль вокруг»? Подобные требования могла предъявить в девятнадцатом веке европейская держава какой-нибудь азиатской или африканской деспотии – но никогда, одна цивизованная страна другой цивилизованной стране!

Это – азиатчина, варварство в самом худшем виде! Изжитое в Европе с времен древнего Рима с его vae victis – «горе побежденным». Но не забытое русскими – с тех пор, как монгольские орды, подошедшие к стенам их городов, сводили всю дипломатию к требованию правителю, «дай Рязань» или «дай Галич». Дай – иначе мы все тут разрушим, сожжем, и сами возьмем что останется. Логика дикаря с большой дубиной – для которого размер этой дубины есть единственный аргумент.

Сегодня Сталин поступил как дикарь, пригрозив великой цивилизованной державе, Соединенным Штатам Америке, своей большой ракетно-атомной дубиной – просто потребовав в стиле Чингисхана, «дай Гуаньчжоу». При этом нам великодушно было позволено оставить себе наш Гонконг – но что будет завтра, если русский властитель изменит свое мнение? Если он захочет взять себе и Гонконг, и Гибралтар, и еще что-то – или сразу, ввести в Британии коммунистический строй, иначе же… Что мы тогда сможем ему ответить?

Сталин сказал – «дай Гуаньчжоу». Сказал это не одному президенту Эйзенхауэру, а всему цивилизованному миру. Показав, что правила, принятые в нем – для коммунистов, ничто! Нанеся глубокое оскорбление – в том числе и нашей державе. Но, поступив так, он сам расписался в своем дикарстве, вычеркнув себя из нашего списка цивилизованных людей!

Варвар, вкусивший завоеваний – не остановится уже никогда. Пусть сейчас он миролюбив – как удав, проглотивший и переваривающий очередную добычу. Но что будет завтра, когда он проголодается – чья очередь следующая, стать обедом?

Сталин – это Чингисхан сегодня. Обложка журнала «Тайм», декабрь 1955 (альт-ист).

Портрет Сталина, в старинном монгольском шлеме. Черно-красные тона, темные силуэты диких всадников, пламя пожара над городом – средневековые дома, но тени от них похожи на небоскребы Нью-Йорка.

Д.Эйзенхауэр, Президент США (разговор по телефону). 25 декабря 1955.

– Эйб, как у нас дела? Можете ли ускорить? Я знаю, черт побери, что планировали в январе! Но было бы очень желательно, через два-три дня. Да, пока не истек срок, что нам дал Джо, убраться из Китая! И очень кстати пришлась бы – наша козырная карта на стол. Скажите этому немцу, чтоб постарался! И вы тоже – ради величия Америки. А уж я не забуду!

Космодром на мысе Канаверал, 28 декабря 1955.

Это должен быть день американского реванша! Или катастрофы – но о том думать не хотелось.

Русские запустили пять дней назад уже четвертый свой Спутник (второй в этом месяце!), и он летал сейчас по орбите, вещая по радио на два голоса – русский Вождь Сталин желал успехов и счастья в будущем Новом Году, а Его Святейшество Папа поздравлял с Рождеством. В то время как Соединенные Штаты упустили время, безнадежно и преступно!

А ведь это должен был сделать он, Вернер фон Браун – первый ракетчик мира! Русские назвали имя своего главного конструктора – Сергей Королев – что про него известно: работал в Реактивном НИИ СССР еще до войны, в одно время с самим фон Брауном, однако же занимался тогда крылатыми ракетами и ракетопланами, а после вообще был арестован и едва не сгнил в Гулаге (вот так Сталин обращается с цветом науки своей страны!), был освобожден уже в сорок втором; именно он в побежденной Германии отбирал людей, научные материалы, оборудование для вывоза в СССР ради участия в неких секретных проектах (теперь ясно, в каких!). То есть, у русских в год их Победы не было никакого задела по баллистическим ракетам, с перспективой полета в космос – иначе они бы не бывшего каторжника поставили во главе, а того, кто двигал русский Проект, пока Королев катал тачку на Колыме. Зато тогда русские захватили сразу все – научную базу со всеми экспериментальными данными, уникальное оборудование, испытательные стенды, и конечно, инженерно-технический персонал! И судя по всему, сумели оценить, что попало им в руки, и распорядиться этим с высокой эффективностью – в то время как он, главный творец всего, успел сбежать от наступающих красных орд и лишь с тем, что можно в портфеле унести – сначала в Данию (где едва не принял идиотскую смерть от рук взбунтовавшихся «дойче казаков» во время пресловутого «парада пленных»), затем в Швецию, и наконец в США. Потому, фон Браун был вполне искренен, считая что «весь успех русских основан на украденном у немецкого гения», то есть у него. И жаждал реванша!

И ведь сначала его не слушали – лишь теперь сменили благостный сон на бешеную активность. Первые годы в Америке он был тут вообще никто, безработный неудачник – на жизнь зарабатывал лекциями и статьями в «Кольерс» о космических полётах, консультантом у Диснея (в телепередаче о космонавтике), и даже в Голливуде на «Юниверсал» – и то ему не раз там приходилось слышать, наподобие:

– Мистер Браун, вы говорите, что из пушки на Луну лететь нельзя? Но зрителю нужна зрелищность, а не ваша научная заумь. Потому, будем снимать, как написано у месье Верна – пушка размером с небоскреб, и большой бабах.

В этом все американцы – им внешний показ и реклама, едва ли не важней самого дела. «Даже чудо ничего не стоит – если вы не сумеете его выгодно продать». И сейчас – в командном центре полно репортеров, фотографов, кинооператоров, вон и телевидение с камерами подъехало. Возможно, это как раз совершенно лишнее – ведь никто не знает, каким будет результат. Фон Браун честно о том предупреждал – но американцы решили, что «риск – благородное дело!»

А ведь не хотели его оценить – пять первых лет здесь ушло бездарно, чтобы обивать пороги американских корпораций, убеждать идиотов в перспективности ракет – а когда наконец его соизволили выслушать и что-то обеспечить, то еще надо было выбивать финансирование (и объяснять этим тупицам, что взорвавшаяся ракета стоимостью в миллион долларов, это не бесполезные потери, а ценный экспериментальный материал, позволяющий избежать подобного при следующем запуске). С великим трудом (и не в последнюю очередь, оттого что «у русских уже есть») удалось продвинуть «Редстоун», баллистическую ракету малой дальности (до пятисот километров!), которую Армия США наконец соизволила официально принять на вооружение. Хотя генералы были недовольны – «бомбардировщик одноразового действия» ценой как «суперкрепость», а дальностью и нагрузкой как штурмовик. Как объяснить тупым солдафонам, что это всего лишь первый шаг, пока еще несовершенный – но без которого не будет дальнейшего пути? И как не хватило ему, фон Брауну, всего какого-нибудь года, если бы его «фау-2» десятками, даже сотнями и тысячами (были ведь планы!) обрушились на Лондон и Москву, ни у кого в мире не было бы сомнений в эффективности этого оружия[35].