Маркиза с хутора Нижние Шатуны (СИ) - Павлова Яна - Страница 51

У Ларисы родился сын. И я помогла ему появиться на свет, когда приехала скорая, мальчик уже лежал на груди у матери. Их сразу забрали в роддом, а Витя залпом выпил стакан водки и сказал.

-Не так уж сложно, хотя с коровой было проще.

-Ну, да, — согласилась я, — Корова, наверное, не ругалась, и не орала благим матом на весь лес и не била тебя копытом в лоб.

Лариса прилично засадила "акушеру" ногой и на лбу у него наливалась шикарная шишка.

Людмила переехала к нам на хутор и Саша теперь переоборудовал дом по моему проекту, Андрюшку отдали в московскую школу, а Люда быстро устроилась в больницу и ездила на работу на машине, которую они сразу же купили. Школу подобрали рядом с больницей. Они с Сашей так подходили друг другу. Оба крепкие, молчаливые. Через месяц я спросила Людмилу.

-Люда, как тебе жизнь на хуторе?

-Скажу честно, переезжать было страшно. Я же городской житель. Но Сашка…Я за ним не только на хутор, на дно морское поехала бы. И Андрей рад. Я ведь ему всё время говорила, что папа обязательно вернется и найдет нас. Он ждал.

Что тут скажешь, только: " Живите долго и счастливо".

Мой тест подтвердился, но я до сих пор не могла поверить, постоянно прислушивалась к себе, но пока никаких изменений не замечала. Вот чего не ожидала, так это того, что Артем так искренне будет рад появлению ребенка. Правда, он попытался сказать, что мне теперь лучше не мотаться в Москву каждый день, поменьше работать и поосторожней ходить. Ключевое слово "попытался".

-Я могу тебя сам возить, всё равно в институт еду.

-Дорогой, я за рулем ну, очень много лет, а ты несколько месяцев. Так что самой мне безопасней. И тебе в другую сторону.

Я уютненько устроилась на диване, в печке потрескивали поленья и так хорошо придумывался фитодизайн загородного отеля, я рисовала вазоны, кадки, вписывала их в пространство, потом перешла к территории. Задумалась, оторвала глаза от экрана ноутбука и посмотрела на картину, подаренную когда-то пра-прадедушке Натальей Гончаровой. Я так и не прониклась кубизмом.

Я встала и подошла к холсту, провела по нему руками, задержала ладони и почувствовала тоску женщины. Я читала про то, что они с мужем любили друг друга всю жизнь. «Мы с Ларионовым как встретились, так и не расставались», — говорила Наталья Гончарова. Ларионов очень гордился ее успехами и куда серьезнее к ним относился, чем к собственным. Их жизни объединило нечто большее, чем любовь. Что это было — призвание, искусство, душевная близость? Как это ни назови, фактом останется одно: даже когда у Ларионова появилась его Шурочка, которая была его любовницей на протяжении 30 лет — это не нарушило согласия, которое царило между ними. Но откуда тогда такая тоска? Не может быть счастлива женщина, будь она трижды талантлива и успешна, которую типа любят и изменяют.

И я увидела красивого мужчину, гусара, обнимавшего женщину с легкой сединой и печальными, уставшими глазами. Она читала ему стихи. Очень грустные стихи.

Артем застал меня застывшей перед картиной, тихо подошел, обнял и я вернулась в реальность.

-Пообещай мне, если ты встретишь другую женщину сразу скажешь мне об этом и уйдешь.

-Это шутка такая? Я опять не догоняю? — улыбнулся он, — Какая женщина? Ты единственная женщина на планете Земля. А на другие планеты трамваи еще не ходят.

Семейная жизнь это сложно? Бывает и сложно, но всё можно преодолеть, главное не молчать, а говорить обо всем, что на душе, что тревожит.

Инстинкт гнездования, видно, не выдумка, потому что я с небывалым азартом носилась по дому и меняла все. Какое это наслаждение распаковать пакет и достать новую вещь. И я целый день пчелкой летала — то расстелить коврик, то подушечки сложить, то гладила новые шторы, а Артем их вешал. К вечеру я выдохлась, но дом радовал глаз новым убранством и нюх приятным ароматом чистоты. С чувством гордости за свою работу и умилением от такой красоты я сидела на кухне и пила чай. Артем пошел к Саше, помочь с пайкой труб.

Глава 26

Стук в дверь прервал мое блаженство. Чуча залилась лаем, Шерлок встал в стойку. Открыла дверь…