Жизнь, продиктованная Говорящей Шляпой (ЛП) - "RhiannanT" - Страница 85

— Поттер.

— Снейп, — нахально улыбаясь, ответил тем же Гарри.

— Профессор Снейп.

— Мистер Поттер.

— Гарри.

— Северус.

Северус вздохнул.

«Мне не выиграть».

— Просто… спуститесь оттуда, пожалуйста, мистер Поттер.

— Э-э… — Гарри посмотрел на землю в тридцати футах под собой. — А как?

Северус почти улыбнулся.

«Не так уж вы и умны, мистер Поттер? Вам не следовало взбираться куда-то, если вы не сможете оттуда спуститься. Глупый ребёнок».

— В каком смысле — как? Тебе ведь удалось подняться туда, не так ли?

— Да.

— Так сделай противоположное тому, что ты сделал, когда поднимался, и спустись.

Когда на лице Гарри медленно появилась улыбка, Северус ощутил, как его нервозность возрастает.

«Что я такого сказал?»

Гарри снова посмотрел вниз со стены и понял, что не так уж сильно боится высоты.

«Он говорит: сделай противоположное тому, что ты сделал, когда поднимался. Могу так и сделать».

Гарри наклонился, положил ладонь как можно дальше на стену, слушая одним ухом, как запротестовал Снейп:

— Поттер!

Игнорируя окрик, Гарри положил вторую ладонь рядом с первой и тоже прилепил её к стене.

— Поттер, что…

Потребовалось некоторое маневрирование, чтобы закрепить одну ногу над выступом, и немного мужества, чтобы перенести свой вес на прилипшие руки, но в конце концов Гарри это удалось. Закончив концентрироваться на чарах прилипания, он снова посмотрел на Снейпа и обнаружил, что профессор выглядит мертвенно-бледным, но больше не протестует. Упёршись другой ногой в стену, Гарри сосредоточился на том, чтобы спускаться по стене вниз головой. Едва привыкнув к этому положению, он понял, что ощущения оказались ещё увлекательнее, чем при подъёме наверх.

«Я могу лазить по стенам и разговаривать со змеями. Теперь мне нужно только научиться облизывать собственные глазные яблоки*, и я буду готов присоединиться к миру рептилий… Может быть, мне стоит стать гекконом на Хэллоуин?»

Спустившись, Гарри обнаружил, что всё ещё бледный Снейп не сводит с него глаз, потом профессор медленно расслабился, убрал палочку и тяжело опустился в одно из кресел.

— Э-э… сэр?

— Предупреди меня в следующий раз, — всё, что сказал этот человек. Он казался не сердитым, а просто… неожиданно измученным.

— Вы же сами сказали сделать противоположное тому, что я сделал, чтобы подняться…

— Я не имел в виду это буквально.

— Ой.

— Действительно.

— Однако это ведь сработало, правда?

— Сработало.

— Так что же в этом плохого?

— У тебя действительно нет инстинкта самосохранения, ребёнок? — Снейп наконец посмотрел на Гарри.

«Ребёнок?»

— А это тут вообще при чём? Я не собирался падать. Я прилепил руки и ноги к стене.

— И тебя не испугало, что ты ползёшь по стене вниз головой?

— Немного, наверное, но мне нужно было спуститься, верно?

Северус только покачал головой.

«У меня просто руки опускаются».

— Полагаю, что верно.

— Ну тогда… тогда я могу вернуться наверх?

— Нет.

— Почему?

«Потому что моё сердце не выдержит этого».

— Потому что я так сказал. Сядь, пожалуйста.

— Хорошо, — Гарри нахмурился, но подчинился, сел на один из диванов и поджал под себя ноги. Потом вдруг вспомнил, что принёс две из трёх книг Шекспира, чтобы вернуть Снейпу, и вытащил их из своего рюкзака.

— Вот, — Гарри положил книги на низкий столик, стоявший между его диваном и креслом Снейпа.

— Они тебе понравились?

— Нормально.

— Просто нормально? Раньше тебе, кажется, действительно нравилась эта Мегера*.

— Ну да, пока Петруччо не испортил её, — возразил Гарри.

— Что ты имеешь в виду?

— Он заставил её стать вежливой. А раньше она была такой классной!

— Ты уверен, что именно так и произошло?

— Конечно! Я хочу сказать, что она произнесла целую речь перед этой паинькой Бьянкой о вежливом поведении.

— А если это было притворство?

«Она разыграла представление?»

— Зачем ей притворяться?

— Сам подумай. Чего она добилась, разговаривая со своей сестрой в такой манере?

— Ничего. Она вела себя как примерная маленькая принцесса, и её ублюдок жених победил.

— Следи за языком, Гарри.

— Вы сами сказали, что здесь я могу говорить всё, что захочу, — напомнил Гарри, внезапно осознав, что разговаривает с профессором.

«Если он начнёт вести себя как придурок, я перестану. Он не может заставить меня говорить».

Хотя в данный момент Гарри вроде как и сам хотел поговорить, если бы набрался смелости признаться в этом.

— Ты прав, — кивнул Снейп. — В любом случае, Петруччо не обязательно победил. Это одна из интерпретаций, но есть и другие.

— Правда? — Гарри невольно стало любопытно.

— Да. Например, многие предполагали, что Катарина скооперировалась с Петруччо, чтобы унизить Бьянку, и что эти двое фактически стали союзниками.

— Хм… Мне так не показалось.

— Очень хорошо, ты имеешь право на собственное мнение. А как насчёт другой пьесы? Тебе понравилась «Двенадцатая ночь»?

— Эта мне понравилась больше, — Гарри не смог сдержать улыбки.

— Полагаю, из-за шутки?

— Да, — согласился Гарри, — это дало мне массу идей.

«На самом деле… Интересно, что бы подумала Трелони, если бы начала получать любовные письма от Снейпа?»

Он слышал от близнецов весёлые истории о сумасшедшей профессорше.

«Держу пари, они помогли бы мне с подделкой, если бы я спросил… хм… «моё внутреннее око предсказывает великие вещи между нами»… Э-э-э…»

Или, может быть, сделать это с Синистрой? Это достало бы их обоих.

«Бр-р… Это ещё отвратительнее».

— О, счастье! — Лицо Снейпа было бесстрастным. — Я живу, чтобы подавать своим ученикам идеи.

— Вы сами виноваты, — заметил Гарри. — Не надо было давать мне эти книги.

«Хотя я рад, что он это сделал».

— Ты прав, — криво усмехнулся Снейп, — я действительно, кажется, деградирую. Должно быть, это из-за наркотиков.

— А я предупреждал вас о них, сэр, — улыбнулся Гарри.

— Предупреждал. И снова получается, что я сам виноват. Кстати говоря, я заметил, что ты не вернул «Макбет». Ещё не дочитал?

— Пока нет, — признался Гарри, прикусив губу, — её довольно трудно читать, поэтому так медленно.

— В этом нет ничего неожиданного. Даже взрослым порой трудно говорить на языке Шекспира. Я ожидал, что «Макбет» займёт у тебя больше времени, так как эта пьеса не такая легкомысленная, как две другие, и сюжет, возможно, более сложный. Не стесняйся обращаться ко мне, если запутаешься.

— Только не про зелье, — заявил Гарри, вспомнив, как Снейп бросил ему вызов, чтобы выяснить, что это было.

— Все необходимые подсказки содержатся в тексте. Любая помощь, которую я бы тебе оказал, сделала бы это слишком лёгким делом.

— Тогда ладно, — согласился Гарри.

«Я всегда могу просто не разбираться с этим зельем, это не похоже на домашнее задание или что-то в этом роде».

Однако ему действительно нравился вызов, это, похоже, могло быть забавным.

— Так что же это было? — спустя пару минут нарушил молчание Северус. — То, что ты сделал в Выручай-комнате в прошлый раз?

— Вы имеете в виду площадку с мячиками?

— Именно.

— Это магловская штука. Они есть в «Макдоналдсе», родители оставляют там своих детей на час или около того, если нужно.

— Я так понимаю, эта игра тебе нравится?

— Да. Я никогда раньше в неё не играл.

— Откуда же ты тогда знал, что тебе это понравится?

— Не знаю. Я просто хотел попробовать. Дадли она всегда нравилась.

— Дадли — твой двоюродный брат?

— Да.

— Вы ладите друг с другом? — Северусу хотелось это выяснить.

— Нет.

— Почему?

— Потому что.

И разговор снова оборвался.

«Есть ли в том доме что-нибудь, о чём мальчик готов поговорить?»

Северус решил сменить тему.

— Итак, что произошло между тобой и профессором Синистрой?