Жизнь, продиктованная Говорящей Шляпой (ЛП) - "RhiannanT" - Страница 40

«Конечно, нет, — подумал Гарри. — Он… защищает меня? Не может быть».

Во всяком случае, если это был действительно гнев Снейпа, то этот человек никогда по-настоящему не сердился на Гарри, несмотря ни на что.

«Может быть, мне не стоит продолжать пытаться разозлить его, — засомневался Гарри. — Таким он реально страшен».

Но в таком случае… неужели он действительно так разозлился из-за того, что Филч схватил Гарри?

«Похоже на то. Странно».

Внезапно Гарри вспомнил: «Моя жизнь стоит больше, чем напоминалка. Я должен научиться ценить её так же высоко и охранять так же тщательно, как это делают окружающие».

«Может, я просто понял, кто меня охраняет?»

Это казалось маловероятным, но Гарри ещё не видел Снейпа настолько рассерженным, причём тот едва взглянул на свою дверь.

— Х-хорошо, хорошо, сэр, я оставлю мелкого паршивца в покое.

Снейп отпустил Филча, и противный старик поспешил прочь, сердито бормоча что-то миссис Норрис.

Снейп глубоко вздохнул, мгновение помедлил, потом повернулся и встретился взглядом с Гарри поверх скамейки.

— Выходи, Гарри.

«Что он хочет сделать? Как его успокоить?»

— Я не прячусь, — Гарри выпрямился.

— Прячешься? Разумеется, нет. Мне совершенно очевидно, что ты играешь в «крепость», — Снейп кивнул на скамейку. — Я собирался предложить тебе стащить из гостиной диванные подушки, чтобы сделать крышу.

Гарри покраснел.

— Моя крепость не так хороша, как ваша, — он показал на дверь и слегка улыбнулся, уже во второй раз в присутствии Северуса.

— Нет, полагаю, что нет, — губы Северуса чуть дрогнули. — В конце концов, кто бы не захотел лабораторию зелий в стиле магловских шестидесятых?

— Я подумал, вам бы понравилось, — Гарри усмехнулся.

— Полагаю, вернуть скамейку на прежнее место у тебя не получится?

Гарри посмотрел на скамейку. Теперь, когда он немного успокоился, она почему-то оказалась намного больше и тяжелее. Он попытался мысленно толкнуть её, смутно вспомнив, как делал раньше, но скамейка только скрипнула.

— Нет, сэр.

— Возможно, тебе стоит попрактиковаться с предметами поменьше, — Снейп серьёзно посмотрел на Гарри. — Это не шуточное дело — уметь творить магию без помощи волшебной палочки. — Он вернул скамейку на прежнее место, восстановил дверь и снова повернулся к Гарри. — Тебе пора возвращаться в общежитие. Думаю, завхоз Филч больше не побеспокоит тебя, но если он или кто-то ещё это сделает, ты должен сказать мне. Я отношусь к подобному очень серьёзно, понятно?

— Да, сэр.

«Хочешь, чтобы я тебе жаловался? Опекаешь ты меня или нет, я сам разберусь со своими проблемами, спасибо».

— Хорошо, возьми это, — Снейп протянул Гарри конверт без надписи, — и иди, пожалуй, уже поздно.

— Да, сэр, — ответил Гарри, сжимая в руках конверт.

***

Гарри открыл конверт на следующий день перед отработкой. Прошлым вечером он просто бросил его на сундук, желая лишь поспать после своей паники и странного разговора со Снейпом…

«…он действительно защищал меня?»

…но сейчас Гарри сидел на кровати, преисполненный любопытства. На запечатанном конверте не было подписи, однако Гарри был уверен, что это для него.

«Снейп что-то дал мне? Странно».

С другой стороны, было странно думать, что этот человек станет защищать его, однако он это сделал…

Гарри задёрнул шторки, подцепил пальцем восковую печать и, вскрыв конверт, первой вытащил записку:

Гарри, я предлагаю тебе обратиться к профессору Макгонагалл или к Хагриду, если ты хочешь узнать больше о своём отце. У меня не так много его фотографий.

Фотографий?

Гарри сунул руку в конверт, вытащил первый глянцевый лист и некоторое время непонимающе смотрел на него. Это была колдография красивой женщины с зелёными глазами, баюкающей крошечного темноволосого ребёнка. Она только на мгновение отвела от него взгляд, чтобы улыбнуться в камеру. На следующем снимке та же женщина, но помоложе, читала под деревом, которое Гарри узнал по территории Хогвартса. Рядом с ней стоял худощавый парень с тёмными волосами и тёмными глазами, который с вызовом посмотрел в камеру, прежде чем снова повернуться к девушке. В глубине сознания Гарри зародилась смутное понимание, но он отогнал его, вытащив следующую фотографию. На этом снимке маленькая девочка смеялась рядом с тем же серьёзным темноволосым мальчиком. На обороте в магловском стиле было написано «Лили».

«Мою маму звали Лили».

Гарри замер.

«Нет. Нет, нет, нет».

Гарри сунул колдографии и записку обратно в конверт, быстро соскользнув с кровати, запихнул всё в сундук и захлопнул крышку.

«Я не хочу знать».

Откинувшись на спинку кровати, Гарри пытался подумать о чём-то другом, но образ женщины с ребёнком словно выжег мозг. Она баюкала малыша, как будто он был самой важной вещью в мире.

Спустя четверть часа любопытство стало просто невыносимым, и Гарри соскочил с кровати, открыл сундук и вытащил фотографии. И снова мама обнимала его. Теперь Гарри был старше и слегка улыбался в камеру, когда Лили держала его за руку. Следующим был снимок в Хогвартсе, на этот раз она в одиночестве, хотя весело улыбалась тому, кто держал камеру. И следующее фото, и ещё одно…

Просмотрев все колдографии, Гарри уставился на шторки, по щекам текли слёзы.

«Будь ты проклят, Снейп. Ты пытаешься сделать из меня слабака?»

***

Через полчаса Гарри опомнился, что ему пора на отработку, и решил даже не разговаривать со Снейпом. Каким-то образом каждый раз, когда он так делал, этот человек брал верх и либо пугал его до смерти, либо совершенно сбивал с толку, либо заставлял плакать.

«Не хочу говорить, особенно о моих… о фотографиях. Пусть проваливает».

Гарри злился, ему хотелось наорать на Снейпа за его «подарок».

«Мне всё равно. Я же говорил тебе, что они меня не интересуют!»

С таким настроением он постучал в кабинет Снейпа.

Северус с любопытством наблюдал, как Гарри вошёл. Мальчик выглядел как-то… не так. Его лицо было пустым, как будто он пытался скрыть страх, но язык его тела выражал не столько боязнь, сколько… нервозность. Гарри казался напряжённым и встревоженным, что было более нормально для детей, приходящих к Мастеру зелий на отработки, чем обычные реакции Поттера. Гарри уже перестал реагировать с непроизвольным ужасом на наказания, но такая тщательно контролируемая нервозность была странной. Из-за чего мальчик нервничал, но не боялся? Что у него на уме? Глаза Гарри немного покраснели. Он плакал?

— Как раз вовремя, Гарри. Садись, — Северус указал на стол перед собой.

«Значит, строчки. Из-за розыгрыша?»

Казалось, это было целую вечность назад, хотя случилось всего лишь накануне.

Гарри молча сел и взял перо в ожидании указаний, сдерживая гнев в пользу стоического молчания.

— Ты напишешь «Шалости — это ребячество, они мешают сосредоточиться моим сверстникам и не должны разыгрываться в классной комнате». Двести раз.

Гарри принялся писать.

1. Шалости — это…

И тут Снейп спросил:

— Что происходит?

…ребячество, они мешают сосредоточиться моим сверстникам и не должны разыгрываться в классной комнате.

«Просто оставь меня в покое».

— Гарри, ответь мне, пожалуйста.

Гарри посмотрел на него, но ничего не сказал. В голове снова промелькнул образ женщины с ребёнком, и снова вспыхнул гнев.

«Отстань от меня!»

Северус увидел неприятие в глазах мальчика и вздохнул.

— Гарри, отказываться говорить — это невежливо.

Взгляд Гарри стал вызывающим, и Снейп вспомнил прежнее требование мальчика «заставь меня».

«Он почему-то сердится на меня», — сообразил Северус.

— Гарри, почему с тобой так трудно? Ты злишься на меня?

«Сам догадался? Конечно, я злюсь, придурок! Почему ты всегда вмешиваешься в мою жизнь?»

Гарри снова попытался побороть свой гнев и вернулся к строчкам, хотя почти дрожал от желания наброситься на профессора.