Ромашки для попаданки, или Бери лопату, эльф! (СИ) - Крылатая Ника - Страница 22

Но упрямая ромашка, коварно подкравшись, обняла Лилькину ногу уже двумя листиками как будто руками, и прижалась тельцем-стволом, довольно ворча.

– Мамочки, – Лилька даже дышала через раз, зажмурилась и боялась шевелиться. Монстрик поглаживал ее по ноге, будто ластился. Кошмар какой! За ним осмелела и вторая страшилка.

Гибискус лизнул вторую ногу и принялся тереться бутоном, выпрашивая, чтобы погладили. Лиля, опасаясь, что это милое создание может отгрызть ей пальцы, все же решилась и, опустив руку, осторожно провела кончиками пальцем по лепесткам. Как же обрадовался цветочек! Резко выпрямившись, что Лилька едва успела отдернуть руку, он счастливо улыбнулся, вывалив язык на бок. Девушка вдруг осознала, что понимает эмоции этих кошмариков! 

– Лиля, – снова напомнил о себе недодушенный эльф. Айрелл, скосив взгляд в сторону, пытался разглядеть, что же его так “целовало”. Красный цветочек повернулся к девушке и в нетерпении подрагивал, будто хотел, чтобы и ему уделили внимание. Фиолетовый язык, с которого капала слюна, заставил эльфа скривиться. Он готов был поспорить на собственную косу, что эта жуть страшная смотрит на Лилию с обожанием.

Осторожно приласкав монстриков, Лилька сделала еще несколько медленных шагов в его сторону. Красный цветочек тут же возник между ними, застыв прямо перед Лилькиным лицом.

– Плохая лиана, – тихо, но строго сказала девушка. – Нельзя так делать.

Красный цветок понуро опустил листочки и как будто поник.

– Давай, отпускай Айрелла, – решила обнаглеть Лиля. Цветочек зашипел и сжал эльфа чуть сильнее. – Нельзя, – грозно произнесла она. – Отпускай.

Лиана медленно начала разворачиваться, как бы нехотя разжимая кольца побегов. Ни дать ни взять – настоящая змея.  

– Молодец, хорошая девочка, – подбодрила растение Лиля. – Медленно поставь Айрелла на землю и теперь отпускай, – мягко говорила она, чувствуя себя чокнутой. – Хорошо. Умница. Медленно, я сказала!

Последние кольца лиана разжала резко, и Айрелл буквально рухнул на землю, жадно глотая воздух.

– Ай, больно! – вскрикнул он, когда лиана решила уползти на дерево. Вся шикарная грива волос была переплетена со стебельками и листьями растения. Распутать такой ужас было невозможным.

– Надеюсь, у эльфов сила не зависит от длины волос, – мрачно пошутила Лиля.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– В каком смысле? – насторожился эльф. Лилия сейчас была похожа злую колдунью, которой только детей пугать. Очень уж устрашающе она выглядела.

– Ну, у нас есть легенда, не то древнегреческая, не то древнеримская.... – Лильку прорвало на нервной почве. – Ай, отойди от ноги, – дрожащим голосом попросила она ромашку, и снова перевела взгляд на эльфа: – Так вот, там Самсону жена волосы остригла и всё, он лишился сил. Стал беспомощ... Да не трогай. Ма-моч-киии, – она зажмурилась, покрепче прижимая к себе вилы. – Айрелл, я их боюсь.

– Лиля, тебя они хоть погрызть не пытаются, – остроухий разглядывал двух монстриков, нежно прижимающихся к ногам девушки. Он ничего подобного никогда не видел. Да даже не слышал о подобном. – Ты им определенно нравишься.

– Я боюсь пошевелиться, – выдохнула она. – А если меня укусят?

– А мне так и сидеть здесь? – Айрелл старался говорить мягко. Еще больше пугать Лилю не хотелось, она – единственная надежда на освобождение, иначе проще голову тут оставить, чем выпутаться.

– Да, извини, – Лилька распахнула глаза, в которых плескалась паника. – Боюсь, распутать это не получится. Только резать.

– Ну неси свой секатор, – словами подтолкнул ее Айрелл к действию. – Он лежит на перилах на террасе.

– Нет, – Лилька замотала головой.

– Что нет? Лиля! – не выдержав, рявкнул эльф. – Я не могу здесь сидеть вечно.

– Я не могу секатором, – со слезами в голосе произнесла девушка. – Она же живая. Ей будет больно.

Цветочек на лиане быстро закивал, соглашаясь со словами Лили, потому как при слове сектор лиану затрясло, будто она испугалась, и побеги беспокойно задвигались, запутываясь еще больше. Айрелл только шипел сквозь стиснутые зубы. Такого позора ни один представитель эльфийского народа не испытывал.

– Лиля, сделай уже что-нибудь! – поторопил ее эльф.

– Хорошо, – сглотнув комок, образовавшийся в горле, девушка опустила взгляд на монстриков. – Славные мальчики, – обратилась она к цветочкам. – Айрелл, почему я решила, что они мальчики, а не девочки?

– Лиля, соберись! – последовал ответ.

– Хорошие мои. Красивые, – начала ворковать она, осторожно поглаживая лепестки ромашки. Гибискус в два странных прыжка переместился к “другу” и отпихнул его, подставляя голову-бутон, чтобы и его погладили. – И ты... ой... хороший мальчик. Мне в дом нужно. Я быстро.

И Лилька начала приставными шагами двигаться в сторону дома, стараясь не делать резких движений. Цветы-монстрики двинулись за ней, провожая до самых ступеней террасы. Едва девушка ступила на деревянный пол, они вросли в землю, продолжая следить за ней. 

Лиля выдохнула с неимоверным облегчением. Так страшно ей не было ни у стоматолога, ни на защите диплома. А принимала дипломные у них, между прочим, заслуженный огромном, профессор и вообще фанатик своего дела Галина Павловна Кирпичева – высокая, сухопарая, седовласая старушка, которой семьдесят лет исполнилось, наверное, еще до Лилькиного рождения. Просто все студенты были уверены, что почтенная педагог паспорт подделывает, потому что лет ей должно быть больше ста на самом деле, ибо молодой ее не помнит никто! Выдумки, конечно. Но студенты ее боялись до дрожи в коленях.

“Кирпич бы сюда”, – подумала Лилька. Вот бы она-то всех тут построила – и монстриков, и Владыку с племянником.

– Айрелл, а ножницы есть? – осмелев, крикнула Лиля. Зубастые цветочки по ступенькам не поднялись, значит, в доме их можно не бояться, а что остроухого сейчас так нежно лиана обнимает, так это понятно – симпатичный такой, спортивный. – Типичная женщина, – фыркнула она, решив, что лиана – это точно она.

– Есть, – ответил эльф, отмахиваясь от цветочка. Обстановка не располагала к нежностям. – В кабинете, в верхнем правом ящике стола лежит ключ. Откроешь дверь, находящуюся между шкафами. Там точно полно ножниц, – закончил он как-то печально.

Лилька рванула в дом, оставляя на чистом полу отпечатки грязных ступней. Дверь эту она пару раз дергала за ручку, но та была заперта. А она не сильно-то и стремилась лезть куда не пускают – мир-то волшебный, еще останется кучка пепла или квакать будет до конца жизни.

– У кого из нас еще память девичья, – бурчала Лилия, роясь во всех ящиках стола. Тонкий узорный ключ нашелся в левом предпоследнем снизу! 

Рука дрожала, и ключом с трудом удалось попасть в замочную скважину. А когда дверь поддалась и Лиля шагнула в комнату, то ахнула от восторга. Привычно включив светильники-кристаллы, разглядывала настоящую комнату для рукоделий. Вот резной станок, на такие натягивали ткань для вышивания, она в музее видела. Мягкая игольница с торчащими из нее иголочками разного размера: от совсем мелких до довольно больших. Клубки и катушки самых разных ниток на столе. Изящный диван, на котором лежали подушечки, украшенные искусной вышивкой. Затейливой резьбой, такой же, как и на пяльцах, были украшены и комод со шкафом. 

Неведомый резчик мастерски вплел в один узор кадупулию, живучку (будь она неладна!), листья папоротника и несколько видов мелких цветочков. Лиля с открытым ртом разглядывала это великолепие, пока взгляд не упал на набор ножниц.

– Черт, Айрелл! – она хлопнула себя по лбу. Схватила маленькие ножницы и еще одни – побольше, и бегом кинулась обратно. 

– А вот и я, – изобразив радостную улыбку, больше похожую на оскал, сообщила монстрикам, продолжавшим ждать ее возле ступеней. – Айрелл, я нашла ножницы!

– Отлично, – отозвался эльф. – Только почему не секатор?