Приманка для демона (СИ) - Орлан Нари - Страница 14

— Я соскучился по тебе, моя сладкая невеста, — прошелестело у уха, почти ласково, если не прислушиваться к затаенной злости. — А ты скучала? — спросил он, запуская пальцы в мои волосы на затылке.

— Да, конечно, — пробормотала я, и голос почему-то звучал неровно от страха. Слишком пристально в меня впивались зеленые глаза, выискивали тень неправды. Они хуже детектора лжи.

На самом деле я почти все время злилась на Германа, поверила его словам, что больше не окажусь в лапах монстра. Больше не окунусь в безумие, за которое потом дико стыдно. Но если заглянуть вглубь, откидывая запреты, то можно тихонько признаться — мне не хватало этого рогатого психа. Но он, похоже, увидел в моих глазах другое.

— Он тебе нравится, бесстрашный ищейка, — прорычал демон, и у меня похолодело в груди. — Ты на него смотришь не так, как на меня.

— Нет, я…

Он зажал мне рот рукой.

— Это я исправлю. Я подготовил для тебя незабываемый подарок, милая Лика. — Демон растянул губы в чудовищно-жутком оскале. Ничего хорошего он не предвещал.

Глава 10. Анжелика

— Конечно, я смотрю на него не так, как на тебя, — решилась я сказать в конце концов. — Я тебя боюсь.

— Это верно. Только самоубийцы меня не боятся. Хорошая девочка.

Демон жадным взглядом пожирал мое обнаженное тело. Он откинул прочь широкую футболку и штаны, в которые я была одета. Сгорая от неловкости, я сцепила руки внизу живота и поджала пальцы на стопах. Пол огромной ванной комнаты был приятно прохладным, а в воздух поднимался пар. За моей спиной стояла большая овальная ванна на золотых ножках, полная горячей воды и пахучей пены.

— Между мной и ним было что-то, но он стер это из моих воспоминаний.

Оправдания спасут или сделают хуже? Ревность демона может быть разрушительной, смертельной. Пока набиралась ванна, я ему рассказала все, что узнала. Он не выглядел довольным, скорее рассерженным.

— Допускаю, тебя использовали в качестве приманки для меня. — Демон шагнул ближе и откинул волосы с моей обнаженной груди. — Но я даже рад съесть свой сыр из мышеловки. Бестолочи, они не понимают, что только забавляют меня своими жалкими потугами.

— Приманки? — спросила я на выдохе и не могла вдохнуть — будто обруч стиснул ребра.

— Очень вкусной приманки. — Он пальцами огладил мои груди и ущипнул за соски — туда мигом прилила горячая кровь, и я задышала часто и поверхностно.

— Ты действительно убил тех кузнецов?

— Убил? — выплюнул он сердито и схватил меня за горло. — Я подарил им бессмертие! И тебе могу подарить позже, милая Лика, если захочешь. Но пока ты мне тут нужна, в этом прекрасном теле.

Он не сжимал шею сильно, давал мне дышать, хотя мощность его крупных рук кузнеца позволяла сломать мне кости небольшим усилием. Я дрожала, на меня накатывали жгуче-горячие и колюче-ледяные волны. Я не рискнула спросить, что он имел в виду. Но Влад уже, похоже, не вернется?

— Мне очень нравится моя приманка. Интересно, кто тебя выбирал для меня. Не ищейка ли?

Неужели все, что говорил следователь, правда? Герман забрал у меня жизнь, изменил воспоминания, чтобы подложить под демона? И сейчас в другом городе мои родные сестра и мама лежат в больнице?

Если так, то он гребаный мерзавец.

— Он трогал тебя? — сощурился монстр.

— Он стянул с меня трусы, чтобы поискать магический пояс верности, — выпалила я, и демон скользнул руками к моим ягодицам. Пальцы их раздвинули и пробежались между ними к промежности. Легкие откровенные прикосновения будоражили, заводили.

— То есть он трогал тебя тут?

— Нет, но он пялился туда с минуту. И еще рукой по спине провел. И поцеловал. Я ему влепила пощечину.

— О, я его буду убивать очень медленно, — с нетерпением произнес он и выжидательно застыл. — Уже не против? Хочешь его смерти?

— Смерть — это слишком жестоко, но… — И я выложила все, что на меня обрушил в участке следователь. Взывать демона к сочувствию не лучший выбор. Но я не могла держать все в себе.

— Забирайся в ванну, — только и сказал в ответ на мое беспокойство.

Не надо было и надеяться. Под веками защипало, я отвернулась и ступила в теплую воду.

— Так и стой, подними волосы.

Демон окунул пушистую мочалку в воду и жестко провел ею по спине, будто пытался содрать прикосновения Германа. Но я и так перед сном терла себя в душе час.

Надо как-то переговорить с тем следователем. Может, он даст мой старый адрес? Или хотя бы телефон отца?

Шлепок неожиданно обжег ягодицу, я вздрогнула.

— Анжелика, или ты вернешься мыслями ко мне, или я сделаю это другим образом. Сможешь витать в облаках, когда я сюда загоню эфес меча? — Его палец нырнул между ягодиц и продавил тугую дырочку — мурашки кинулись по телу врассыпную, я ступила вперед, убегая от наглого пальца, посягнувшего на мою задницу.

Сглотнув горечь обиды, я выдавила из себя:

— Больше не буду.

Как противостоять этому гаду рогатому? Просто терпеть, пока не наиграется? Отвратительно. Нужно как-то бороться с ним, но я пока даже смутно не представляла как. Стоит, наверно, на время отложить беспокойство за возможную семью и для начала придумать, как обрести свободу.

Мочалка мягко царапала ягодицы и бедра. Я слегка прогнулась, по-прежнему придерживая волосы, чтобы демону открывался лучше вид.

— Я мог бы исцелить твоих родственников. Но плата за это будет более весомая, чем за защиту от ментальной магии ищейки.

Радость затрепетала в груди. Он все-таки обеспокоился моими словами. Но…

— Ты умеешь так исцелять? Ты ведь демон! — я обернулась, чтобы встретиться с ним глазами, и монстр сам перешел вправо, начиная обтирать мочалкой мой живот.

— Демон… что за оскорбительное название, — прошипел он. — Но, пожалуй, для вашего мира понятнее слова нет. Если говорить более точно, то я бог, род которого проклят, свергнут, наказан за некоторые поступки. Я, грубо говоря, прячусь от возмездия высших демиургов. Они не особо озабочены моими поисками, пока я живу среди людей и не попадаюсь им на глаза.

— Вот как… У тебя ведь есть имя?

— Вечира-Ками-Каги-Рен.

Не знаю, правду ли он рассказал о себе, но толку лгать?

— Могу тебя называть сокращенно, раз я твоя невеста? Например… Рен? — спросила я с опаской. Он оторвал взгляд от моей груди, к которой подобрался мочалкой, и посмотрел на меня исподлобья. Кажется, он хочет мне шею свернуть.

— Рен… — задумчиво произнес. — Можно, но только наедине.

От сердца отлегло. И я рискнула предложить.

— Рен, может, тогда ты объяснишь ребятам Германа, что кузнецов ты не убивал, а, наоборот, подарил им бессмертие, предоставишь какие-то доказательства. Скажешь, что имеешь в виду под бессмертием и они от тебя отстанут…

По ванной громом раскатился смех.

— Если ты думаешь, что они хотят меня уничтожить только поэтому, то ты глубоко заблуждаешься, милая Лика. Между мной и ищейками не может быть компромисса.

— Тогда почему? Что ты им сделал?

— Само мое появление отобрало у них нечто ценное. Но я уходить не собираюсь.

— Что ценное?

Рен принялся водить мочалкой по моей груди, и от приятных ощущений я на время забыла о заданном вопросе. Если не думать о том, при каких обстоятельствах мы тут вместе оказались, можно потерять голову от романтичного момента. Ванную комнату освещали десятки свечей, в воздухе витал нежный цветочный аромат, а сильный красивый мужчина растирал по моему телу пушистую пену.

— Судя по тому, что мне повезло подслушать из теней, они умели управлять будущим, тут, на этой планете. Кроме них и людей, не существовало других рас. Мое появление из иного мира сильно повлияло на их возможность прогнозировать. Я не должен был тут появиться.

— Только из-за тебя?

— Да.

Может, он все же что-то недоговаривал? Я боялась высказать подозрения, боялась разрушить атмосферу откровения, боялась, что он разозлится.

— А как ты сюда попал?

— Так, как я попал, обратно уже не возвратиться, — осклабился он. — Выбирайся из ванны.