Влюбилась в демона? Беги! (СИ) - Колесникова Валентина - Страница 47

― Пошла вон, паразит! ― из камеры Серен раздался сильный хлопок. Яркая вспышка света мгновенно отпугнула неизвестную мне тварь, нависшую надо мной… Я не могла перевести дыхание и благодарила крысу за то, что разбудила меня, даже не осознавая, что спасает мне жизнь…

― Это еще что за тварь? ― Бьярн дико испугался, наблюдая за тем, как остатки призрака растворяются в воздухе. ― Это что сейчас было?

― Это паразит, ― рыкнула Серен, ― они занимают пустые тела. Ты что, совсем рехнулась? Как можно выходить из тела и не ставить якорь с защитой? А если бы она твое место заняла? Что тогда? Какая из тебя, к лешему, ведьма?

― Мамочки… ― меня колотило от страха. Не могла пошевелиться, но ощущала внутри себя странную волну… Это что, амулет реагирует? Боже, меня спас проглоченный мною амулет? И как мне теперь связаться с Корвином? После такого? Как я теперь спать буду?

― Я сейчас ничего не понял, ― прошептал оборотень, ― но выглядела эта тварь очень страшно…

― Если ты не поставила защиту, ― тихо поинтересовалась Серен, ― то почему паразит не смог воспользоваться телом? Откуда ты пришла? С северных земель? Так ты из племени шаманов?

― Нет, я не с севера, ― буркнула я, чисто на автомате прижимая к себе нательный крестик… Как он не потерялся ― не понимаю. Стоп…

Крестик? Я всегда носила его на серебреной цепочке, не снимала больше десяти лет. Его мне мама подарила, купила в Казанском соборе.

Еще несколько лет назад мы всей семьей ездили в Израиль, на мертвое море. Там была экскурсия по святым местам, и в одной из небольших церквушек нужно было окунуть символ в священное масло. Я туда и крестик окунула, и амулет «Алатырь», и кольцо «спаси и сохрани». Все, что было ― все опустила в небольшое отверстие, где бурлила темная жидкость. Нам всем тогда что-то про защиту говорили, но разве современные люди верят в подобное? Я верила, но, честно признаться, никогда бы не подумала, что защита проявит себя подобным образом.

― Кажется, они еще кого-то поймали, ― внезапно в помещении разгорелось пламя. Над постаментом звенели цепи, они накалялись, изменяли форму, становились более… Острыми? Неужели это чья-то магия? Но кто источник?

― Что происходит? ― наблюдать за тем, как разгорается пламя, мне не хотелось. Ни к чему хорошему это точно не приведет.

― Леллея создает себе зверушек, ― Бьярн смотрел на вход в темницу. В его глазах застыли слезы, и лицо выражало скорбь. Тело не подчинялось, раны не позволяли совершать резкие движения, постоянно кровоточили, и некоторые из них стали гноиться. ― Анита…

Ее тело тянули за цепи… Безвольная кукла, с металлическим ошейником на шее. Обнаженное тело было покрыто грязью и кровью. Мне кажется, ее нога была сломана ― из открытой раны торчал кусочек берцовой кости.

Все молчали, Руна плакала. Я слышала ее всхлипы, ощущала, как девушка с силой сжала прутья решетки, царапая их ободранными когтями.

Тело еще живой девушки бесцеремонно забросили на постамент. Каменная глыба вновь получила порцию крови.

Вместе с палачом в помещение вошло еще двое гранг. Все они были одеты в длинные плащи, лица скрыты капюшонами, но скорпионьи хвосты выдавали их радость от происходящего.

― Тебе лучше не смотреть, ― заметила Серен, но я не могла отвести взгляда.

С силой открыв рот пленницы, гранги влили ей какой-то раствор. Анита тут же взвыла, выгнулась всем телом, хватая ртом воздух. Ее руки изменились, ноги покрылись шерстью. Девушку словно выворачивало наизнанку, с ней происходило то же, что и с Севером при смене ипостаси, вот только в данном случае ― против воли.

Она беззвучно рыдала, не в силах сопротивляться.

Как только человеческое тело полностью завершило трансформацию, огромные цепи мгновенно обвили ее морду и лапы. Острый крюк, замерший под потолком, с силой вонзился в хребет, перебив его одним мощным ударом… Гранги облили уже мертвое тело зловонной жижей и… наблюдали…

Я замерла на месте, забыла, как дышать, наблюдая за тем, как вязкая густая кровь медленно растекается вокруг постамента.

Руна стонала, глотала слезы, что-то шептала на своем языке, потом замерла. Кажется, она отползла в самый дальний угол камеры, забилась в него и беззвучно рыдала.

Бьярн плакал. Его лицо не выражало совершенно никаких эмоций кроме пустоты. Он склонил голову, руки тряслись… Повисло молчание, нарушаемое только треском пламени. Гранги продолжали смотреть на тело волчицы, что-то рассыпали возле ее головы, вновь начертили несколько символов и…

Она сделала вдох. Первый и последний.

Просто встала… Мертвая, перебитая… Ее тело менялось, слегка трансформировалось, выравнивая хребет.

Полное безоговорочное подчинение, открытая пасть, из которой капала еще свежая слюна. Кровь вытекала из открытых ран, капала на грязный пол, смешиваясь с символами. Словно по чьей-то команде волчица медленно повернула морду в сторону Бьярна. Живые не могут так развернуться… Разве что совы… Затем медленно подошла к его клетке и села напротив.

Анита была мертва и больше ничего не чувствовала, но для Бьярна мучение еще не было закончено. Он смотрел в ее огромные глаза, не в силах сдержать горючие слезы. Просил прощения, повторял это снова и снова, даже тогда, когда Анита покинула помещение.

Как только двери за ней закрылись, погасло пламя, и в темнице вновь наступила тишина, нарушаемая редкими всхлипами и мужским стоном.

Увидев все это собственными глазами, я осознала, что не выживу. Это не игра… если Леллея не сможет найти связь с Корвином, меня убьют.

Меня действительно убьют…

Изувеченное лицо Аниты ее долгое время стояло перед глазами. Я не могла сомкнуть глаз, забилась в дальний угол камеры точно так же, как и Руна, стараясь сдержать поток слез.

― Если выживешь, ― Бьярн слегка повернул голову в мою сторону, ― не говори Северу о том, кого сейчас видела. Хорошо, ведьма?

― Почему?

― Это была его жена. И если ты выберешься и встретишь Аниту, умоляю тебя, добей ее. Север не должен ее увидеть. Он этого не переживет.

Закрыв лицо руками, я продолжала плакать.

Нет, я не хочу так… Крест защищает тело, кольцо тоже… Надо бежать, надо думать… Хоть что-то делать…

Уняв дрожь, я смогла уснуть ― к счастью, проблем с этим не было…

***

― Ничего не получится. ― Серен была полна оптимизма. Она наблюдала за тем, как мои руки проходили сквозь кандалы, что сковывали ее тело. ― Против дракона может выступить только дракон. Их магия иного рода, у тебя не выйдет.

― Да с кем ты все время говоришь? Хватит! Ты окончательно сошла с ума! ― Руна не выдержала. Девушка металась по камере, заламывая себе руки. Смерть Аниты стала для оборотней сильным ударом. Бьярн так и сидел на том же месте, не меняя положения, смотрел на то, как застывала кровь волчицы, как она медленно смешивалась с грязью и гнилой соломой.

Они меня не видели ― ни Руна, ни Бьярн. Даже не догадывались о том, что я наблюдаю за ними со стороны.

― Разозли меня, ― прошептала я у самого уха демоницы, ― в тот раз я испытывала ярость и смогла прикоснуться к предмету.

― Ты никчемная тварь, не способная даже на самые простые заклинания! Мерзкий человек…

― Неа, не работает, ― подобным меня было не разозлить. Еще в медицинском вузе, на старших курсах, испытав на себе гнев преподавателей, которые так и норовили отыграться за свое плохое настроение, я научилась игнорировать подобные высказывания, ― попробуй что-то очень обидное!

― Да ты меня уже достала! ― Руна с силой бросила камень в сторону Серен, но он не долетел. Демоница с яростью посмотрела на пленницу, явно мечтая высказать все, что думает по этому поводу. ― Хватит разговаривать сама с собой! Засунь свой маразм куда подальше и заткнись!

Так дело не пойдет. Я действительно не могу прикоснуться к цепям…

― Эй, мне нужно отойти, последишь за телом?

― Ты куда собралась? ― недоуменно рыкнула Серен, в очередной раз игнорируя колкости со стороны Руны.

― Просто посмотри за телом… Хорошо?