Ты моя, Птичка! (СИ) - Елена Спирина - Страница 6

— Я соврал. Завтра зайду за тобой. И попробуй только не выйти со мной гулять.

— Не выйду, — топнула она ножкой и нахмурилась.

— Выйдешь! Иначе, я буду под вашими окнами стоять всю ночь.

— Дурак! — психанула Снегурка и выбежала на улицу.

— Дурак, который тебе нравится, — успел сказать я, чем остановил ее на пороге, но после она продолжила свой путь, лишь коротко обернулась и… улыбнулась.

Выйдет… выйдет со мной гулять.

Теперь главное, чтоб нога не подвела!

Глава7

Антон

Она вышла из супермаркета, помахала кому-то рукой и улыбнулась. За ней тут же парень в форме «чоповца» закрыл изнутри двери.

Вася закинула за спину небольшой рюкзачок и небрежно сняла с волос заколку, чуть наклонила голову назад, так чтоб распущенные шоколадные волосы доставали почти до колен. Она ловко сделала высокий хвост и зашагала в направлении остановки. Кончики волос хлестали ее по аппетитной заднице, которой она, видимо, неосознанно виляла, так что многие прохожие мужского пола бросали на нее шальные взгляды.

Я наблюдал за ней из салона автомобиля, незаметно крадясь, не включая фар. В своих светлых джинсах, которые обтягивали ее бедра, как вторая кожа и черной футболке с коротким рукавом, она притягивала к себе мой взгляд, будто ведьма.

Я остановился недалеко от остановки. Она поговорила с кем-то по телефону и встала с самого края, выглядывая маршрутку. Я заметил, что на нее смотрели парни. Их было трое. Они смеялись, что-то выкрикивали, отчего Вася морщилась, но не поворачивалась к ним.

Меня начало это напрягать, я сжал руль руками до побелевших костяшек. Не собирался показываться ей сегодня. Хотел просто проводить ее до дома, узнать, как она добирается в такое позднее время. Но когда один из них нахальной походкой подошел к моей Птичкиной и положил ладонь чуть ниже спины, я психанул, рыкнул и нажал на газ. Резко затормозил напротив Васи и открыл пассажирскую дверь.

— Садись.

Она в этот момент отталкивала от себя того, кто ее пытался лапать.

— Ооо, ну, понятно, красота, ты оказывается мажорская подстилка… — рассмеялся доходяга.

Ну, знаете ли, наглость.

Я вылетел из машины, обогнул ее и, запихнув Васю на сидение, хлопнул дверью.

— Повтори! — прорычал я.

— Плохо слышал? Что, сосет плохо, что приходится за кассой сидеть в магазе?

Не дослушал, размахнулся и врезал этому дебилу в нос. Услышал треск и почти сразу успокоился. Тут подбежали его дружки. Но не зря же меня отчим в секцию смешанных единоборств таскал десять лет.

Ребятки легли с другом.

— Еще раз рядом увижу, поломаю. — развернулся, вновь обогнул тачку и сел за руль.

— Зачем ты? — Спросила Вася.

— Понравились? — зло кивнул на дерьмо, что сейчас пыталось подняться с тротуара.

— Их трое, ты один. Мог пострадать. — отвернулась к окну, когда я газанул с места.

Мы ехали в тишине, лишь играла музыка из динамиков. Вася не поворачивалась ко мне. Не смотрела, даже вперед на дорогу. Будто ей было неприятно.

Я естественно сглупил. Болван. Стоя около ее дома ее подъезда, я смотрел на нее, а она продолжала глядеть в окно.

— Откуда знаешь адрес? — все так же не поворачиваясь ко мне, спросила Вася тихо.

Черт.

— Спасибо, что подвез. — не дождавшись ответа, она выскочила из машины и аккуратно закрыла дверь, так, что я услышал лишь щелчок дверного замка.

Птичкина не бежала, просто шла домой, в свой подъезд. После того, как она так же тихо прикрыла домофонную дверь, я сорвался из машины и рванул за ней. Хорошо, что хоть домофон и был, но, видимо, отключен или сломался.

Она стояла на втором этаже, открывала ключами, немного пошарпанную, но добротную железную дверь.

— Вась…

— Уйди, Громов. — на меня по прежнему не смотрит.

— Да в чем дело-то? Это ты ушла, уехала, смылась, в конце концов. Это все ты. Я, как дурак, рвался в вашу деревню, а ты… Что, настолько противен тебе?

Я ужасно злился. Просто зверел за доли секунды.

Казалось, что я сейчас либо взорвусь, либо у меня, как у чайника, крышечку снесет. Руки неосознанно сжались в кулаки, да я почти рычал. Как же меня бесила эта ее молчаливость.

— Что, сказать нечего? — не унимался я.

Молчит, ковыряет в замочной скважине и… молчит.

— Вася! Я с тобой разговариваю или со стеной?

Схватил ее за плечо и развернул к себе, а она… плачет.

— Я прошу тебя, уйди, Антон. — шепчет, не поднимая глаз.

— Что… — я не договорил, потому что Василиса потеряла сознание. — Черт.

Я удержал ее одной рукой, поднял с пола выпавшие ключи из ослабевших рук девушки и открыл дверь в квартиру. Подхватил Птичкину на руки и занес к ней домой. Уложил в первую попавшуюся комнату на небольшой диван и побежал искать кухню, чтоб налить воды. Отыскал быстро, сделал все, что нужно и рванул обратно к бессознательной девушке.

Побрызгал на нее воды, похлопал по щекам и, наконец, она начала открывать глаза.

— Василиса! Ну, что с тобой? Ты чего в обмороки падаешь? — испугался я, конечно, не на шутку за нее.

— Устала просто.

— Устала она. Как ты себя чувствуешь? — спросила я, накручивая ее локоны себе на пальцы.

— Уже лучше. Спасибо. Сейчас поем что-нибудь и будет все хорошо.

— Это что? Был голодный обморок? — удивился я. Девушка опустила взгляд и попыталась сесть на диване.

Только сейчас я заметил обстановку квартиры. Здесь чисто, все на своих местах. Аккуратно сложены вещи, заправлены кресла и диван красивыми пледами, но…

Квартира просто кричит, что здесь необходим капитальный ремонт. В углах, хоть и пытались прикрыть, но видно, что обшарпаны обои, где то даже подклеены и, скорей всего, на месте простеньких картин и рисунков какие-то изъяны на стене.

На диване потертости, пол застелен старым паласом, но отвалившаяся краска по углам говорит сама за себя.

— Не нравиться обстановочка, ну извини, не твои хоромы.

Вася зло бросила эти слова и встала со своего места, направляясь вон из комнаты.

— Да причем здесь это? Вась, да подожди ты.

Она прошла на кухню. Налила себе воды и начала пить маленькими глотками, не поворачиваясь ко мне.

— Да оставь ты меня в покое. Я хочу отдохнуть. Устала. Уходи. — сказала Вася, так и не повернувшись.

— Сначала я тебя накормлю, а потом уйду.

— У меня есть, что покушать, так что не переживай.

— Упрямая девчонка, — рыкнул я и, схватив ее за руку, потащил за собой на выход.

— Куда ты… Что ты… Громов, мать твою!

— Оу — оу, девочка выучила плохие словечки, — не обращая внимания на ее сопротивление, рассмеялся я, таща ее за собой. Схватил ключи с тумбочки, куда сам их и кинул, закрыл дверь.

— Стой же ты! — возмутилась Птичкина, упираясь пятками в пол.

— Достала! — я подхватил ее на руки и, спустившись вниз, вышел из подъезда и посадил девушку в свою машину. Уселся сам и заблокировал двери.

— А теперь, послушай меня, — повернувшись к ней, строго начал я. — Как бы ты себя не вела, но я тебя отвезу в кафе и накормлю ужином, потому что просто не смогу вот так оставить и уйти, когда ты на моих глазах упала в обморок. Это ясно?

— Раньше ты мог. Мог и сделал. Когда надоело. Когда наигрался. — уткнувшись в стекло практически носом, проговорила она.

— О чем ты? — удивился я ее словам.

Глава 8

Антон

Восемь лет назад

На следующий день я вскочил не свет не заря. Накануне вечером, обмазался всеми возможными мазями, чтоб на следующий день скакать на больной ноге смог. Мази помогли, и я довольный и счастливый уже в десять утра сидел с бабушкой за столом и уговаривал ее помочь мне.

— Нет, ну а что я скажу ее родителям?

— Не знаю, придумай что-нибудь, ты же у меня такая умная, баб Галь. — я подлизывался, но не знал, как упросить Васю придти ко мне в гости.

— Ладно, схожу попрошу, чтоб посмотрела вновь твою ногу.

— Тогда за ней через пять минут сестрица прибежит. Нужно что-то такое, чтоб она на несколько часов сюда пришла.