Сила рода. Том 1 и Том 2 (СИ) - Вяч Павел - Страница 81

Мирон впечатлился, а ребята с завистью посмотрели на только что бесполезную палку, которая в мгновение ока превратилась в часть составного артефакта.

А я смотрел на всплывшее передо мной уведомление и немножечко офигевал:

Внимание! Вы дали задание члену своей команды!

К выполнению задания подготовьте соответствующую награду

Награда: Лидерство +1

Штраф: титул Балабол

Впрочем, по здравому размышлению, изучение сообщений я решил оставить на потом.

К тому же, Фил как раз подошел к самому интересному моменту.

Поставив с помощью зелья Мирона на ноги, ребята отвезли паука к нам и выгрузили его между домом и таверной.

Очень не хватало какого-нибудь склада или мастерской, но Фил, как наш счетовод, предложил элегантный выход.

Он оббежал весь рынок и барахолку. Которые, казалось, работали чуть ли не круглосуточно, и притащил к дому самый настоящий шатёр.

Шатёр был поврежден в одной из пьяных драк и торговец запросил за него всего семь серебрушек. Сошлись на трех.

Шатёр с помощью Алексии и Айны, безжалостно разрезали, опалили края и пробили медные заклепки.

Затем, при помощи солдат Жижека и воздушной поддержки Алексии, получившийся тент натянули между домом и таверной.

А учитывая, что наш домик и таверна находились, грубо говоря, во внешнем поясе — то есть прямо под боком у пограничной стены, получилось очень даже удобно.

Три стены и крыша из белоснежного шатра.

У меня на губах вертелся вопрос про четвертую стену, но и тут ребята смогли меня удивить.

Те двадцать щитов, которые за бесценок купил Роман, оказались осадными щитами западников.

Мало того, что на каждом была выбита руна Прочности и Сопротивления огню, так ещё, составленные в ряд щиты, при наличии накопителя, превращались в монолитную стену.

Изначально Роман планировал использовать их вместо окон.

Щиты отлично держали жар, а колесики, опять же при наличии накопителя, уходили под землю, превращаясь в недвижимое укрытие.

Паука завезли в образовавшийся ангар, из десятка щитов сделали стену, а остальными закрыли внешние окна, заранее спасаясь от дневной жары.

Дальше был мой триумфальный забег, кровопролитная стычка у ворот, и мы, по местным меркам стали богачами.

Правда бо́льшая часть паучков-разведчиков оказалась испорчена богатырскими ударами Мирона.

Самому мне на это посмотреть не удалось, но, по словам Фила, Славик чуть было не избил Мирона за злостную порчу големов.

Ну а потом была транспортировка и разбор трофеев, завтрак, беседа с заглянувшим на огонек капитаном и, спонтанный сбор у моей койки.

— Слушайте ребят, — я прикоснулся рукой к тому месту, где раньше висел амулет. — А как вы поняли, что ранг подняли?

— Амулет же, — прогудел Мирон. — Да и не перепутать это чувство ни с чем! Поскорей бы к стеле!

— Роман, а что ты говорил про представителя княжества?

— Сейчас сами всё узнаете, — мрачно ответил Дубровский, кивая на дверь. — Не стоит стоять перед дверью, заходите!

Дверь тут же распахнулась и в дом, вместе с волной жара, зашла копия Филиппа.

Упитанный толстячок в партикулярном платье с тростью и цилиндром. Улыбающееся лицо, внимательные глаза, мягкая кошачья походка.

В общем, княжеский представитель хоть и казался добродушным толстяком, на деле ощущался как опасный противник.

Уж слишком плавные движения для его комплекции и слишком пристальный взгляд…

— Добрый день, господа гимназисты! — толстячок отвесил небрежный поклон нам и поуважительней Роману. — Меня зовут Акакий…

— … Иванович? — предположил я, чудом удержавшись от короткого хохотка.

— Все верно, — Акакий Иванович неодобрительно посмотрел на меня и продолжил. — Ранг: пять-пять-три. Представитель князя в Пограничье.

— Чем обязаны? — со скукой протянул Роман, но от меня не скрылось его тщательно скрываемое волнение.

— О! — расплылся в улыбке толстячок. — Всего-то хочу предложить вам организовать телепорт до стелы и обратно.

— Мы с радостью… — начал было Мирон, но тут же осекся под нашими с Романом взглядами.

— Договаривайте, уважаемый, — холодно бросил Дубровский.

Акакий Иванович улыбнулся ещё шире, а я явственно почувствовал всплеск неприязни.

— Детали можно обговорить и по пути.

— Интересно, а князь знает, что вы действуете… такими методами? — поинтересовался я. — Почему бы просто не предложить поступить на службу?

— А вы согласны? — Акакий Иванович тут же впился в меня взглядом.

— Я нет, — усмехнулся я. — За остальных говорить не могу.

— Н-нет, — гордо ответил Славик.

— Я тоже пока пас, — улыбнулся Фил.

— Ребят! — на Мирона было жалко смотреть, — вы чего! Это ж государева служба! Это ж… ух!

— Для вашей семьи, — Акакий Иванович посмотрел на Филиппа, — это будет… спасением.

— Я же сказал, — от Филиппа сквозануло мимолетными сомнением. — пока нет.

— Потом предложение может и не повториться, — чуть ли не с угрозой протянул княжеский представитель.

— Нет! — мне показалось, или перед своим ответом Филипп бросил на меня оценивающий взгляд. — Я принял решение.

— Ну а ты, — Акакий Иванович мгновенно потерял интерес к Филу и посмотрел на Славика. — Тебя же сожрут. И даже тройка в Инженерной стезе не спасёт!

— Н-нет. — упрямо повторил Слава, блеснув линзами очков и выпятив вперёд тощую грудь.

— Дурачьё, — покачал головой толстячок. — Пошли, Мирон!

— Подождите, — кузнец, нахмурившись, посмотрел на нас. — Ребят, ну это же… мечта!

— Мирон, — я миролюбиво улыбнулся кузнецу. — Поступай, как считаешь нужным. Наше отношение к тебе не изменится.

— Но почему! — здоровяк всё никак не мог взять в толк, как можно отказаться от такого щедрого предложения. — Это ж… Раз в жизни шанс выпадает!

— Кстати, — от Акакия Ивановича так и дохнуло тщательно скрываемым злорадством. — Пятёрка Громова сделала норму в первую же вылазку. Организаторы уже зачислили им сотню очков, и некоторые из гимназистов уже убыли в… более комфортные для проживания места.

— Это было ожидаемо, — несмотря на мой ровный голос, внутри всё-таки что-то предательски дернулось. — Мы остаемся до конца.

— Ваше право, — подал плечами толстяк. — Мирон?

— Ну ты понятно, — Мирон посмотрел на Романа. — Но вы-то почему, а?

— Знаешь, Мирон, почему наша семья сбежала из соседнего княжества? — неожиданно протянул Фил и, не дожидаясь ответа, продолжил. — Потому что сила Крудау не в активах и умении делать деньги из воздуха. И даже не в Родовой способности. Наша сила в том, что у каждого Крудау есть Чуйка.

Филипп сказал так, что сразу стало понятным, что это слово нужно произносить непременно с большой буквы.

— Благодаря Чуйке мы выжили. И эта же самая Чуйка говорит мне, что скоро возможно… — Фил взглянул на меня, — поступит более интересное предложение.

— Ниче не понял, — сокрушенно покачал головой Мирон. — А ты, Славик?

— М-михаил идёт п-путем Ч-чести, — наш очкарик сумел удивить меня в очередной раз. — р-рядом с ним с-спокойно.

— Михаил, ну ты-то им скажи! — раненным медведем взревел Мирон. — Ну ты-то сам куда? Не будешь же вольным всю жизни ходить!

— О, Мирон, — я непроизвольно усмехнулся. — Я собираюсь официально основать свой Род.

Я немного полюбовался на распахнувшего рот Мирона, на кивнувшего своим мыслям Фила, на непривычно торжественного Славика и на задумчиво смотрящего на меня Романа.

И добавил:

— Ах да, а ещё к концу практики я намерен получить дворянский герб.

Глава 11

— Ух ты, — совсем по-детски протянул Мирон. — Дворянский герб? Правда?

— Чистая, — подтвердил я.

От Мирона так и повеяло нерешительностью. Кузнец разрывался между мечтой и желанием быть как все.

Роман излучал довольство, будто биржевой аналитик, который за неделю до пика предсказал рост акций.