Повелитель Даэдра (СИ) - Гуров Павло - Страница 1

Повелитель Даэдра

Часть первая

Глава 1. Сотри себе память с помощью Чёрной Книги

Ослепляющая боль ударила по нервам постоянным током, сковавшим всё тело. Парализованные лёгкие отказывались дышать, заставляя хватать ртом воздух, словно выброшенная рыба на берег. Зрение не могло сфокусироваться из-за зелёной пелены перед глазами, а стоявший в голове шум из тысячи голосов шепчущих на разных языках полностью дезориентировал.

Я судорожно сжимал виски, чувствуя, как их медленно покидали склизкие щупальца чего-то древнего и непостижимо великого. Ощущение силы, вошедшей в тело через это прикосновение медленно, словно движение льдин по спокойной реке, постепенно вытесняло боль, оставляя в душе мрачную пустоту зимней ночи, в которой томились немыслимые ужасы из древних легенд.

С моих глаз первой спала зелёная пелена — спустя бесконечность или миг, не могу точно сказать, ведь сложно судить о времени, когда всё твоё нутро как бут-то вывернули наружу, а затем по кирпичику собрали обратно, внеся изменения, Затем ко мне вернулась возможность дышать и я словно утопающий стал раскрывать рот, вдыхая морозный воздух гор. Лёгкие обожгло, а в груди стало колоть так, что казалось, мои ребра сломались и вонзились осколками внутрь. Желудок сжался в горошину и меня скрутило как гусеницу. Жжение холода, заставило меня непроизвольно стошнить, лишь благодаря силе воли, мне удалось извернуться, чтобы не испачкать свою хлопковую рубашку.

Чёрная жижа пролилась на белый снег из-за чего он зашипел и стал быстро испаряться. Мне стало сразу легче и я снова испражнился на землю. Голоса в голове понемногу стали стихать, превращаясь в звон. Я откинулся назад, уперевшись руками в холодный камень за спиной. Тело начало медленно подчиняться. Мышцы стали расслабляться, как если бы они были сжатыми пружинами, которые мгновенно распрямлялись от давившего на них груза.

Закрыв глаза, я полностью сосредоточился на ощущениях. Боль полностью ушла. Только сейчас я понял, что жив.

Взрыв моих чувств был сродни рождению, только во взрослом теле с той отличительной чертой, что мой разум был способен запомнить это.

Я открыл глаза и первое, что я увидел было небо! Не понимаю почему, но оно словно бы склонилось к земле, а мерцание звёзд было таким сильным и близким, что казалось можно протянуть руку и коснуться их. Неожиданно зелёный всполох северного сияния разорвал небосвод. Медленно, как змея, оно извивалось и скручивалось, рисуя немыслимые узоры. В тот момент я почувствовал, что всё, что меня окружает было таким бренным и неважным, что я был готов вырвать из своей груди душу и отправить её в полёт, чтобы она стала частью этого великолепия.

Но дрожь по телу от ледяного порыва ветра вернула меня в реальность. Я осмотрелся. Меня окружали развалины какого-то древнего храма, прилично заваленные снегом, а сам я сидел в выдолбленной чудом в вечной мерзлоте канаве. Рядом валялась кирка со следами липкой крови, что уже начала превращаться в лёд. Не понимая, что произошло я моментально отвлекся, когда за спиной раздалось шипение и треск. В испуге я резко повернулся назад и непонимающе уставился на источник звука.

Это была чёрная, как душа лордов Даэдра книга. Её обложка, казалось, состояла из переплетений щупалец, что извивались в хаотичном порядке. На обложке была гравировка с изображением гротескного существа с сотнями глаз, каждый из них то появлялся, то исчезал. Древние и потёртые страницы торчали наружу, ожидая, когда наивная душа откроет её, чтобы узнать хранившиеся на них тайны.

Неожиданно её покрыл черный туман. Книга стала терять очертания и распадаться прямо на глазах, превращаясь в дым. Каждый порыв ветра уносил этот смог и через минуту от неё не осталось и следа.

Это зрелище заставило моё сердце биться от страха. Я понял, что только что соприкоснулся с чем-то древним и ужасным. Судорожно осмотрев себя, я осознал, что сижу в простой шахтёрской одежде на снегу. Моё тело быстро теряло драгоценное тепло и оставалось совсем немного времени, прежде чем я замерзну насмерть.

— Он здесь! — раздался громкий крик.

Поднимавшаяся вьюга скрывала человека, но даже, через летящие снежинки было видно, что в его руках упрямо горит факел.

— Ловите его! Он не должен уйти!

«Ловите его, что всё это значит?! Но явно что-то не доброе, кажется мне стоит уносить свою задницу прочь!»

Я подскочил с места и что было сил, рванул в сторону развалин. Замёрзшие ноги отказывались подчиняться, но всплеск адреналина придавал мне прыти. С боков послышался лай собак, бегущих в мою сторону. Я сильно пожалел, что не схватил валявшуюся кирку, так мне хотяб было чем отбиваться, но времени возвращаться назад уже не было. Я быстро приближался к ступеням. Скользкие и покрытые льдом камни не давали мне разогнаться и большая часть моих сил уходила на удерживание равновесия. Взбежав по ним со скоростью стрелы, я оказался перед входом в гробницу. Я понял это только по выбитым на стальных листах врат картинам, показывавшим захоронение какого-то древнего правителя.

Сотни слуг со скорбящими лицами несли гроб того, кого они так уважали при жизни. Его останки водружали на огромный костёр в который бросали дары, что пригодятся ему в следущей жизни — посуда, еда, оружие и золото.

Понимая, что у меня нет времени, чтобы любоваться произведением искусства древних зодчих, я дёрнул на себя что было сил за металлическое кольцо двери. Железная рукоятка жгла ладони холодом и я чувствовал, как примерзшая кожа намертво прилипла к ней, но боязнь за собственную жизнь не позволила мне остановиться на таком пустяке. Я дёрнул ещё сильнее и врата с характерным треском ледяной корки и лязгом ржавых петель поддались.

Не думая о таившихся опасностях внутри я скользнул во мрак старой гробницы. Но на удивление внутри было довольно сухо и светло от горевших в стальных чашах дров. На деревянных столах стояли кувшины с маслом рядом с чашами в которых лежал сыр и пшено в перемешку с ягодами и травами.

Я слишком поздно осознал, что был не один. На меня с удивлением смотрел старый мужчина, стоявший возле камина, в котором на вертеле была нанизана гигантских размеров крыса. Незнакомец с деревянным черпаком в руках ждал моей реакции. Спустя бесконечный миг он выкинул поварешку и выхватил стальной меч из ножен.

— Стоять! Ни шагу больше! — забавный поварской колпак на его голове был смят в одну сторону.

Я поднял руки вверх, понимая, что кулаки бесполезны против меча. Уперевшись спиной в стены, я стал обходить его стороной, намереваясь скользнуть в дверь, ведущую дальше вглубь гробницы.

Наши гляделки прервал мощный рывок дверей, запустивший сначала ледяной ветер с улицы, а затем и злобных псов, что пуская слюни, чёрной тенью пронеслись через всё комнату, моментально отрезав мне путь к любому отступлению.

Словно загнанный зверь я стал смотреть на того, кто вошёл вслед за псами. Это была женщина, облаченная в стальные доспехи с меховой подкладкой. Выражение её лица со шрамами и боевой раскраской трудно было назвать дружелюбным, скорее её волчий оскал, что должен быть улыбкой, был выражением, сулящим её врагам самую ужасную смерть

— СИДЕТЬ!!! — громкий и приказной голос, заставил собак безукоризненно повиноваться.

На какой-то миг я и сам чуть не сел рядом с ними!

— Вот ты где! Заставил же ты нас побегать! Признаюсь, мне даже это было интересно! Но от охотницы Хельги ещё никто не уходил! Что же мне с тобой делать?! Может, — она потянулась за увесистым топором на поясе. Полированная древесина смачно шлёпнул в её ладонь, а стальное лезвие опасно отразило пламя горевшего камина. — Может укоротить тебе ноги, чтобы ты стал менее прытким! — она медленно двинулась в мою сторону явно с недобрыми намерениями.

Но от неминуемой расправы меня спасли три воина, что вошли вслед за ней.