Люди и боги (СИ) - Суржиков Роман Евгеньевич - Страница 210

— Кого?

— Северян, кайров, нетопырей. Как вы их там зовете!

— А, этих…

— Этих, да! Видел их?

— Видел.

— Что они делали?

— Искали и тащили наверх эти… всякие штуки.

— Священные Предметы, тупица!

— Во как, Священные Предметы…

Дикарь почему-то издал смешок.

— А знаешь ли, тупица, такой Предмет, который они не вынесли, а оставили здесь?

— Оставили… — дикарь надолго замолчал.

— Они держат этот Предмет вроде как в тайне. Когда его нашли, закрыли то место, где он, и никого не пускали.

— А…

Дикарь снова умолк. Виттор не сдержался:

— Тупой шаванский баран! Ты хочешь жрать или нет?!

— Хочу.

— Тогда веди меня к секретному Предмету, если знаешь его! А если не знаешь — проваливай ко всем чертям!

— Зря ты, — сказал дикарь очень тихо и снова выдержал паузу. — Знаю. Идем.

От главного колодца уходила в сторону и вглубь еще одна пещера. Невидимая сверху, именно она составляла главную часть ложа и вмещала большинство Предметов. Вмещала раньше, до того, как здесь похозяйничали закатники и нетопыри. Теперь это был пустой туннель, усыпанный камнями, изрытый ямами и гротами. Войдя в него, зажгли факела — и послушница издала тонкий визг. В паре ярдов от нее из дна пещеры торчал мертвец. До пояса вплавленный в стеклянистую породу, он еще цеплялся руками за соседний камень, будто до сих пор пытался выбраться. Виттора прошиб холодный пот, Мартин грязно выругался.

— Ага, — сказал дикарь. — Туда.

Он повел их по извилистой тропе между впадин и выступов, огибая острые осколки породы. Монашка, будь она неладна, снова затянула молитву. Монотонный шепоток отдавался эхом, тоскливо бубнил из темноты. Виттор терпел из последних сил, думая: ладно, пусть молится сколько хочет, лишь бы Мартина не выдала.

Пещера шла ступенями вниз, и с каждым уступом становилось все теплее. Еще несколько раз попадались трупы. Встречались мерцающие камни — при виде их не только монашка, но и Сэм с Доном начинали молиться. Затем стали попадаться впадины, на дне которых светилось красным.

— До сих пор не остыло, милорд! — прошептал Дон с туповатым восторгом.

— Святые боги, какая силища! — выдохнул Сэм.

Черт, — думал Виттор, — я один здесь сохранил голову?

На диво, Мартин показал себя молодцом. Недолгое время он пялился по сторонам, но быстро вспомнил об основной задаче и взялся за послушницу. Стал подавать ей руку в опасных местах (то есть, почти всюду), спросил, как ей нравится, чувствует ли она божественное присутствие. Она, конечно, чувствовала, еще бы. Бубнила так, что чуть не задыхалась. Мартин — умница — спросил, какие молитвы она читает и нельзя ли с нею вместе. Она стала молиться громче, а он — повторять. Слушая их воркование, Виттор наполнился радостью: все-таки брат — не конченый человек!

Окончился еще один уступ, туннель круто нырнул. Стало порядком жарко, Сэм с Доном расстегнули куртки. А дикарь и так был гол выше пояса — егеря снабдили его только штанами. Скоро все увидели источник жара: крупную впадину, на дне которой до сих пор багровела лава. Красное зарево отражалось в потолке.

— Туда.

Дикарь указал прямиком на огненную яму. Виттор раскрыл рот, чтоб назвать его кретином, но тут увидел: в стене пещеры позади ямы имелось круглое отверстие — вход в боковой рукав.

— Мартин, останься с девушкой здесь. Опасно вести даму в такое место.

Мартин кивнул, послушница не стала протестовать. Дура и есть! Даже не попыталась выведать тайну, одни молитвы в мозгу! Следом за дикарем Виттор и Доннел обогнули впадину и вошли в рукав. В спину им неслось бормотание монашки.

Они сделали десяток шагов, и дикарь вдруг спросил. Впервые он заговорил сам, по собственной воле, и Виттор вздрогнул от неожиданности.

— Почему они священные?

— Кто?

— Они. Эти…

— Ориджины?

— Нет. Штуки эти…

— Предметы?!

— Ага.

— Ты полный кретин.

Дикарь пожал плечами.

— Почему?

— Ты же явился сюда за Предметами, вместе с остальными шаванами! Если не знаешь, в чем их ценность, то какого черта?!

— Я спросил: почему они священные? — повторил дикарь. В его голосе Виттору почудилась угроза.

— Эй, тупица, вспомни, с кем го…

Виттор осекся. Рукав преградили несколько камней — видимо, результат обвала. Их можно было обогнуть — слева оставался проход, узкий, как нора. Из норы лился свет.

Желтый, дрожащий — точно как от факела в руке Дона.

Виттор дернул спутников за руки, оттащил за камни, прижал к завалу. Жестом приказал молчать и навострил уши.

Бормотание молитвы — очень тихое, на грани слышимости — еще доносилось сзади. А впереди, за завалом, определенно находились люди: один из них только что издал не то вздох, не то стон.

— Гаси, — одними губами прошипел Виттор. Дон затер факел о камни.

Виттор подкрался к проходу и осторожно, чуть дыша, выглянул.

За завалом рукав расширялся, образуя просторный грот. В нем спинами к Виттору стояли несколько человек. Факела освещали нечто, лежащее на полу грота. Черные на фоне огня люди заслоняли нечто, не давая Виттору рассмотреть. Сами же глядели на это во все глаза — и молчали. От их молчания по спине стекал лед. Возможно, стоило убежать, но в кромешной этой тишине Виттор боялся сделать хотя бы шаг.

Наконец, один из них сказал:

— Приношу вам извинения, герцог. Находка обладает той ценностью, которую вы ей придали.

Другой спросил:

— Я полагаю, она была здесь с самого начала?

— Так точно, милорд, — ответил третий.

Его голос звучал гораздо спокойней первых двух.

— В том же виде, что и сейчас?

— Артур?

— Абсолютно, милорд. Никаких перемен.

— Вы уверены, что она…

Второй голос недоговорил. Повисла долгая пауза, наконец, третий помог ему:

— Мертва? Да, милорд. Налицо все признаки смерти.

— Кроме гниения.

— Не стоит этому удивляться. Если она та, кем я ее считаю.

— А кем вы ее считаете, милорд?

Третий, спокойный, произнес очень холодно:

— Не время для игр, лорд Айден. Вы либо согласны со мной, либо нет. Во втором случае, вам здесь не место.

— Позвольте, — сказал Айден Альмера и продвинулся вперед, под свет факелов. Нагнулся, чтобы разглядеть. Остальные тоже подступили ближе.

После долгой паузы Айден спросил:

— Я… можно прикоснуться к ней?

Никто не дал ответа. Герцог Айден застыл в нерешительности. Один из остальных шагнул вперед и смело протянул руку.

— Это не земная материя. Ее одежду соткали боги.

Как по команде, все разом стали трогать.

— Милорды, — холодно потребовал старший.

Все отпрянули от находки, кроме того, кто первым посмел коснуться.

— Какая красота! — сказал он. — Жаль, что она мертва.

— Факт ее смерти, — произнес герцог Айден, — ставит перед нами непростой вопрос.

— Согласен с вами, — ответил старший и отступил от находки.

Жестом он привлек внимание лордов. Они повернулись, свет факелов озарил их фигуры и лица. Принц Адриан, герцоги Ориджин и Альмера, Артур Хайрок, двое гвардейцев, а старший, спиною к Виттору, — вне сомнений, сам владыка.

— Я имел довольно времени для раздумий, — сказал Ориджин. — Мой вывод таков: мы должны показать ее людям. Боги неслучайно прислали ее, их воля очевидна. Мы не имеем морального права скрывать.

— Однако вы скрывали, — отметил принц.

— Поскольку не в моей власти такое решение. Владыка Империи и лидеры Церкви должны его принять.

— Она лежит в саркофаге, — сказал Телуриан тихо, будто говоря с самим собою.

— Я считал эту вещь ложем, ваше величество.

— Она мертва и лежит в ящике, пускай и стеклянном. Всякий, кто увидит ее, не удержится от сравнения с покойником в гробу.

— И она… — начал принц Адриан. После некоторой паузы окончил: — Она такая, как мы.

Герцог Ориджин отчеканил:

— Ваше величество обвиняет меня в подлоге? По-вашему, я положил сюда труп простой девицы?