Люди и боги (СИ) - Суржиков Роман Евгеньевич - Страница 141

— Не увлекаться, — предупредил Гордон Сью.

Это Дольф понял и сам. Пару минут полюбовался гибелью вражеских лучников, а затем отдал сигнальщику приказ. К счастью, рыцари умчались не так далеко и услышали сигнал. Часть конницы продолжила давить стрелков, но большинство начало разворот, чтобы вернуться к укреплениям и ударить в тыл монашеской пехоте.

Вильгельминцы оказались в тяжелом положении: впереди линия баррикад, сзади кавалерия кончает с лучниками и вот-вот ударит в спину. Спасение было лишь одно: атаковать. Одолеть баррикады и спрятаться в домах, пока не подоспели рыцари Эрроубэка.

Монахи начали ожесточенный штурм — куда и делась прежняя степенность. Одни швыряли веревки с крюками, цепляли бревна и выдергивали из баррикад. Другие использовали башенные щиты как помосты, чтобы взбежать наверх. Третьи рубили двери и ставни домов. Атака была свирепой, но слишком поспешной. Монахи не успевали стянуть силы на один участок, давили равномерно по всему фронту — и кайры выдерживали их натиск. Тем временем рыцари Эрроубэка уже возвращались.

Гордон Сью нашел глазами Галларда. Это было несложно: епископский посох продолжал светиться. Приарх восседал на крыше кареты вместе с белокурой девицей — с женою, должно быть. Их окружали штабные офицеры и рыцари резерва — все как один белые, блесятщие.

— Эй, святоша, твою пехоту окружают! — Крикнул Гордон Сью. — Братья-монахи под ударом, спаси их, брось рыцарей на помощь!

Галлард медлил, а рыцари Эрроубэка набрали ход и врезались в толпу монахов.

— Альмерааа! Альмерааа!

Возвращаясь, рыцари описали дугу и поскакали вдоль стены домов и баррикад. Они образовали клин, похожий на лезвие ножа. Его острие прижималось к самой линии укреплений и отбрасывало от нее монахов. Те откатывались в поле — и попадали под удары следующих рыцарских волн. Часть вильгельминцев успела влезть на баррикады и ворваться в дома, но их было слишком мало, чтобы одолеть защитников. Кайры рубили монахов или просто скидывали с баррикад — под копыта рыцарских коней.

Гордон Сью приговаривал:

— Ну же, приарх, не расстраивай Вильгельма! Спаси слуг Праотца, пришли же кавалерию!

Наконец, Галлард принял решение. Синяя звезда полыхнула огнем, указав на линию обороны. Затрубили горны, заржали кони, когда шпоры впились в их бока. Триста рыцарей резерва отделились от штаба приарха и двинулись в поле, набирая ход. Только две роты остались при Галларде.

— Насколько я помню слова герцога, Праматерь Агата обещала сотворить чудо? — уточнила Корделия.

— О, да, святая мать!

Капитан открыто усмехался. Агата обещала чудо не когда-нибудь, а именно в этот момент — едва Галлард пустит в дело резервы. Гордон Сью прилип глазами к полю боя.

Лучники были окончательно развеяны. Кто выжил — бежал врассыпную, силясь не попасть под копыта. Пехота продолжала штурм, но захлебывалась кровью. На баррикадах монахов ждали мечи иксов, внизу — бронированные кони Эрроубэка. Тяжелая кавалерия размазывала пехоту по стенам домов.

Однако с юга все быстрее приближаются белые рыцари приарха. Слишком занятые монахами, всадники Эрроубэка не смогут дать достойный отпор. Чудо требуется именно сейчас.

— Пресветлая Агата, от имено герцога и всего Севера прошу: не забудь о нас!

Корделия молилась шепотом, Гордон Сью — громко, оба творили спирали. Приарший резерв разогнался до галопа и атаковал рыцарей Эрроубэка. Удар вышел крайне неприятным: не в лоб, а во фланг, под углом. Многие сразу полетели из седел, других опрокинуло вместо с лошадьми. За минуту добрая треть всадников Эрроубэка оказалась на земле. Остальные развернулись, чтобы дать отпор, — но уже были в меньшинстве.

— Светлая Агата, говорю, как воин с опытом: теперь пора! Самое время!

Но ничего не происходило — кроме самых предсказуемых событий. Ситуация на фронте перевернулась за миг. Только что рыцари Эрроубэка властвовали на поле боя — а теперь они в меньшинстве, окружены, зажаты между конницей приарха и недобитой монашеской пехотой.

— Чуда не будет, — холодно сообщил Айсвинд. — Вы опоздали, капитан. Из-за этого план сорван.

— Я отзываю своих! — рыкнул полковник Дольф.

Его горнист подал сигнал. Рыцари Эрроубэка стали с трудом пробиваться обратно в город.

А сбоку, с запада, надвигался могучий, сотрясающий землю гул. Тяжелое, ритмичное уханье копыт, прорезаемое редким пока еще лязгом стали. Главный отряд вражеской конницы завершил обход — и атакует северян с фланга.

— Лысые хвосты, — процедил ганта Гроза. — Я уже жалею, что нам некуда сбежать!

* * *

Леди Лаура без конца терла глаза платочком — не то пыталась убрать пылинку, не то просто боялась смотреть. Даже звуков, доносившихся с поля боя, хватило, чтобы вся кровь отхлынула от лица девицы.

— Скажите, муж мой… много ли наших погибло?

— Всякий монах Боевого братства с радостью примет смерть во имя Вильгельма! — Приарх бросил взгляд вниз, на майора: — Верно, брат Тойстоун?

Майор давно покончил с привычкой: называть смерть «славною» или «героической». Смерть — всегда дрянь, и единственная радость, с нею связанная, — это когда она приходит не к тебе.

— Так точно, ваше преосвященство.

— Вильгельм не допустит, чтобы их жертва оказалась напрасной!

А вот это правда. Монахов погибло намного больше, чем рыцарей противника, однако выгода есть. Остатки конницы Эрроубэка сейчас двинут назад в Обрыв — и защитники городка откроют для них ворота. Вслед за графской кавалерией ворвется наша. Вкупе с мощным фланговым ударом, это принесет победу.

— Так точно, ваше преосвященство.

И верно: в двух барикадах открылись просветы, люди Эрроубэка устремились к ним — а рыцари приарха двинулись следом. С крыш соседних домов ударили арбалеты, полетели камни. Белые рыцари ожидали этого и прикрылись щитами. С ничтожными потерями они преодолели баррикаду и хлынули внутрь городка. За ними поспешили отряды пехоты, сохранившие боеспособность.

— Оборона противника прорвана! — доложил кто-то неясно кому: приарх и сам отлично видел происходящее.

— Вильгельм ведет нас твердою рукой, — изрек Галлард Альмера и перевел взгляд на западный фланг.

Там его рыцари тоже достигли успеха. С запада городок прикрывала единственная линия защиты: канава в пару ярдов. За нею ожидали две тяжелые роты иксов. Всего лишь двести кайров — против тысячи альмерцев. А канава — не преграда для боевого коня.

Белые рыцари построились волнами, подровняли шеренги, набрали скорость. Передняя шеренга достигла канавы — и легко, без труда перемахнула ее. Прыжок лишь в одном повредил рыцарям: копья неизбежно шатнулись кверху. В тот самый миг, когда копья отклонились от цели, иксы встретили альмерцев. Северяне нанесли удар — и не получили удара в ответ. Почти все альмерцы первой волны рухнули наземь, многие тут же были затоптаны второй шеренгой. Некоторые иксы сломали копья, один или два выпали из седел. Вторая волна белых рыцарей взяла преграду лучше первой — но тоже почти вся оказалась на земле.

Леди Лаура рискнула посмотреть туда сквозь кружева платка, и сразу пожалела об этом:

— Святые боги! Рыцари топчут тех, кто упал! Нужно задержать атаку, им дать время уйти!

Галлард не снизошел до ответа. Тойстоун только усмехнулся: девица!.. Вся соль атаки — в том, чтобы не давать передышки. За второй волной почти сразу шли третья, четвертая. Иксы не успевали отразить такой поток ударов. Некоторые начали падать, строй редел — а альмерцы получали все больше места по ту сторону канавы.

Что лучше всего: иксы первой линии не могли отступить. Развернуть коня под лавинной атакой — значит погибнуть неминуемо. Нужно стоять до последнего, сколько сможешь — это дает единственный шанс. Из передней линии иксов уже упала треть. Остальные держались, но дыры в строю стали слишком велики. Белые рыцари прорывались вглубь Обрыва.

— Хорошо держат удар, — заметил кто-то.