Лейла. Шанс за шанс (СИ) - Цвик Катерина Александровна - Страница 15

Тем временем военный заговорил:

— Добрый день! Сможете покормить завтраком голодного офицера?

— Сэйра растерялась и неуверенно сказала:

— Но уже поздно для завтрака.

Для завтрака и правда было поздно. Вставали здесь с петухами, а потому десять часов утра, скорее, можно назвать предобеденным перекусом.

— Ох, девушки! — подмигнул он мне и обаятельно улыбнулся. — Для меня утро сегодня настало именно сейчас. Я сменился после ночного караула, дотащился до своей комнаты, которую снимаю здесь неподалеку, и заснул. Проснулся совсем недавно. И кушать хочется так, что не передать! Вот иду, смотрю, а вы уже открылись. Дай, думаю, зайду, может, чем накормят добрые люди…

Видно было, что молодой офицер балагур и весельчак. Жалко было бы потерять такого клиента. Поэтому, оглянувшись и заметив, что Сэйра уже готова ответить отказом, ведь у нас и правда ничего, кроме сладостей, не было, я подпрыгнула на стульчике и быстро проговорила:

— Господин офицер! Вам как нашему первому клиенту я сделаю такой завтрак, о котором вы еще не слыхивали! Присаживайтесь. А Сэйра пока расскажет, какие напитки мы можем вам предложить.

Словив удивленный взгляд Сэйры, я, так же, как и ранее офицер, подмигнула ей и, спрыгнув со стула, побежала в кухню творить омлет с беконом, помидорами и свежим перцем. Слава Всевышнему, сейчас с овощами и фруктами проблем не было — осень на дворе. А ведь совсем скоро меню придется корректировать в соответствии с сезонностью!

Нехитрый с точки зрения любого современного человека завтрак здесь и правда оказался невиданной штукой. Яйца, конечно, готовили: и жарили, и варили. Но вот так — взбить с молоком и пожарить…

В общем, оставив немного Сэйре на пробу, я положила омлет на тарелку, украсила зеленью и, прихватив лаваш, отправилась в зал, где офицер уже, кривясь, потягивал кофе.

— Вот омлет. А кофей рекомендую попробовать с молоком, на первый раз вам должно больше понравиться. — произнесла я и метнулась за молоком.

Офицер съел все и явно не отказался бы от добавки. И я предложила ему попробовать что-нибудь из нашего основного ассортимента, и молодой человек самодовольно заявил, что перепробует все! Однако после штруделя, эклера и фирменного десерта «Лейма» передумал. Запил все компотом и сказал, с трудом вставая из-за стола:

— Спасибо, хозяюшки-ханан! Так меня еще никто не угощал, даже в столице.

После чего положил на стол целый золотой, что сильно превышало стоимость того, что он съел. Снова мне подмигнул и ушел, сыто вздыхая.

Перевести дух с этого момента нам уже не удалось — народ, наконец, пришел знакомиться…

К концу суматошного, полного работы и впечатлений дня, я могла сделать однозначный вывод: открытие удалось! «Лейму» приняли! Это было видно по довольным лицам и хорошим отзывам — завистливые взгляды и ядовитые реплики некоторых кумушек я отнесла к этой же категории. Я была не просто довольна — счастлива! Ведь у меня получилось! Несмотря ни на что — получилось! И все благодаря моим родным и близким. Все-таки мне очень повезло с ними!

Домой меня отец нес на руках. Сама я передвигаться уже просто не могла. Мама шла рядом, переваливаясь уточкой и держась обеими руками за поясницу. Было видно, что та ее беспокоит, так как временами по лицу пробегали гримасы боли. Слишком суматошным и тяжелым и для нее оказался этот день.

— Да, Лейла, навела ты шороху, — улыбаясь, признала она. Такого тут еще никто не пробовал и не видел. Ратмир, — обратилась она к отцу, — а ты видел, как округлялись глаза местных кумушек, когда они увидели, как ты говоришь, Лейла, у-ни-фор-му работников кофейни или полотенчики с вензелем кофейни? А как они удивлялись квадратным тарелочкам и прочим нововведениям! Не говоря уже о самих сладостях.

Говоря это, мама хихикала, забыв, как удивлялась и сопротивлялась всему этому сама. Сколько сил и терпения мне понадобилось, чтобы уговорить ее на все это! Ведь именно она помогала мне с пошивом формы и вышивкой логотипа.

Мы с отцом тоже улыбались и радовались, вспоминая каждый свое. Внезапно мама остановилась, ойкнула и с ужасом уставилась на нас с отцом.

— Ратмир, воды отошли… Я рожаю…

На отца в этот момент было жалко смотреть. Он элементарно растерялся и не знал, что делать: то ли бросать меня и хватать маму, то ли бежать в город за знахаркой, то ли тащить меня и дальше, то ли, то ли, то ли… На маму в этот момент тоже было жалко смотреть — она очень сильно испугалась. Врут, видимо, говоря, что второго рожать не страшно. Как видно — страшно и очень, а в этом мире так и вообще любые роды — это не только рождение ребенка, но и самой матери. Нет здесь нормальной медицины, нет!

Похоже, спасать положение придется мне. Последний месяц для мамы выдался суматошным, а последние дни нервными, поэтому роды начались на пару недель раньше, чем планировалось. Но это, насколько я знала, нормально. Сейчас главное — все правильно организовать.

— Отец, поставь меня уже на землю и помоги маме добраться до дома. Я побегу за знахаркой.

Непонятно, откуда у меня взялись силы, но припустила я со всех ног.

Дома знахарки не оказалось, ее муж сказал, что она еще утром уехала в соседнюю деревню и раз до сих пор не вернулась, сегодня ее ждать уже не стоит. В отчаянии я выбежала на улицу и топталась на месте, не зная, что делать дальше. Внезапно кто-то ухватил меня за плечо и развернул.

— Привет, хозяюшка! Ты что, здесь живешь? Только вот я тебя раньше не видел.

Оказалось, что ко мне обращается тот самый офицер, которого я накормила с утра омлетом.

— Нет, не живу. — Сдерживая слезы, проговорила я. — У меня мама рожает, а знахарка уехала. Уже и воды отошли!

— Нда-а… — Он почесал нос и медленно, явно раздумывая, произнес: — У нас есть полковой лекарь, только он вряд ли спец по родам — у нас некому рожать, — хмыкнул он. — Но такой лекарь явно лучше, чем никакого. Верно?

— Спасибо вам большое, господин офицер! — искренне ответила я. — Но это же роды! Кто здесь его в такой момент к женщине допустит! — в отчаянии воскликнула. Этот вопрос мы с мамой уже давно обсудили, и я точно узнала, что лекари могут лечить что угодно, кроме женских заболеваний, и не могут принимать роды. Эта привелегия полностью отдавалась на откуп необразованным знахаркам. Вот где логика?! Женщина вынашивает и рожает детей, то есть будущее, а о ней и позаботиться никто не желает. Традиции, так их рас так, те самые, о которые скорее шею свернешь.

— Это да… — все так же почесывая нос, согласился офицер, а потом как-то встрепенулся и спросил: — Но ведь у твоей матери есть подруги, которые смогут ей помочь, а лекаря мы возьмем на всякий случай… для совета.

— Спасибо, господин офицер! — воскликнула я. — Есть, есть у мамы подруга! Давайте, я сейчас за ней побегу, а вы идите за доктором и ведите его в дом купца Ратмира сына Харуфа, что за старыми городскими стенами в самом конце улицы. — А потом смутилась, что раскомандовалась офицером, и смущенно добавила: — Так быстрее будет.

— Хорошо, хозяюшка, — улыбнулся он краешком губ, — ждите, скоро будем.

На сердце немного полегчало, и я побежала к Эльмире — маминой подруги.

Имя Эльмира — самое популярное в Эльмирантии, что неудивительно, поэтому куда ни плюнь, точно попадешь в Эльмиру. Именно поэтому мамина подруга предпочитала, чтобы ее звали Мира. Раньше мама как-то мало с ней общалась, может, времени не было у обеих, а может, у Миры интереса не было, что по моим внутренним ощущениям ближе к истине. Но с тех пор, как мы переехали, и у меня прибавилось хлопот с кофейней, именно она стала маминой палочкой-выручалочкой. Я иногда даже диву давалась, насколько эта женщина вошла в нашу жизнь за последние полтора месяца. Без нее матери было бы гораздо тяжелей. И вот, кажется, нужно воспылать к девушке искренней благодарностью, только почему-то не получалось. Я и так крутила эту мысль в голове и сяк, но никак не могла обосновать причину такого своего отношения. Может, я ревновала? Не знаю.