Супермама для вишенки (СИ) - Владимирова-Бойко Марина - Страница 15

- Случайно так, представляешь!? – отвечаю и заправляю мокрые волосы за уши.

- Шутить у тебя получается хуже, чем злиться. Пойдем лучше в машину. На улице не месяц май, - он поправляет куртку и хочет взять меня за руку.

Вырываюсь, разворачиваюсь на двести шестьдесят градусов и иду по серой пустынной дороге. Ни души. Только колкие капли дождя, а впереди мерцающие огни. Огни большого города.

Он догоняет меня идёт рядом в скором темпе и легко отвечает:

- Хорошо Вера. Я согласен называть тебя по имени и даже по имени отчеству.

- Не иронизируй, - поворачиваю голову в его сторону и замечаю, что он изрядно промок. - Лучше давай вызовем такси. Мне нужно вернуться домой.

На такси не соглашается. Предлагает вернуться и подождать в машине, так как дождь усиливается.

Вынуждена согласиться. Возвращаемся обратно, молчим и даже не смотрим друг на друга. Мне так сложно с ним. Так… До мурашек по коже.

Мне хочется бить, ругать его, на чем свет стоит. В последнее время я не могу смотреть на него спокойно, без эмоций. Когда вижу его хитрые, слегка прищуренные глаза, сразу вспоминается бейсбольная бита. Как я ее беру и иду к нему на встречу. Довольная. Веселая. Радостная. Если честно, я даже представить не могу, как такой прелестной девочке Варе достался такой хамовитый отец.

Варя – замечательная. Добрая, отзывчивая. Немного стеснительная, слегка зажатая. И в какой-то степени ей не хватает родительской любви. Сегодня мы с ней считали до двадцати, пели песни и вместе готовили шарлотку. Этому кабану. Я бы ему приготовила. Пуд соли.

Мне кажется, он ведет себя, как тогда, в одиннадцатом классе. Когда скидывал мой рюкзак в окно, подкладывал бумажные бомбочки. И при всем при этом, я сейчас ему подыгрываю.

Он садится на водительское сиденье и с серьезным лицом заводит мотор.

Даже не удивляюсь. Если заболею – будет на его совести. Хотя она у него есть? Нет, конечно.

Всю оставшуюся дорогу мы не разговариваем. Хотя каждую минуту жду от него очередного подкола.

Я залетаю к Свете в квартиру и тут же рассказываю ей свою невероятную историю. Мокрая, уставшая, голодная. Моя нервная система терпит полное поражение. Она сидит перед телевизором, скрестив ноги. В руках держит большую коробку попкорна и смотрит то на меня, то на экран.

Я эмоционально рассказываю подруге, как он завёз меня куда-то в поле, где темно, страшно и вот-вот повыпрыгивают черти. То ли из кустов, то ли из его глаз. Он сказал, что у него сломалась машина, а на самом деле у него все работало. Рассказываю Свете так эмоционально, что у самой перехватывает дыхание. Вспоминаю, как он пригласил меня на свидание с утками, как заключили с ним пари и, по всей видимости, он выиграет. А мне даже из принципа не хочется, чтобы он выиграл.

Света улыбается мне, смотрит на меня так, словно я рассказываю ей какую-то веселую историю, а не о том, как меня безнадежно достал Юдин. А еще она так просто высказывается о том, что между мной и Юдиным что-то есть.

- Вот такая между нами большая пропасть! – развожу руки в сторону на сколько это возможно. Высказываюсь и набираю в легкие больше воздуха.

- Если бы ты видела, как горят твои глаза, когда ты о нем говоришь. Мне кажется, между вами что-то происходит, - Света выключает телевизор и элегантной походкой пантеры, в своем коротеньком, шелковом халатике направляется на кухню.

Я иду вслед за ней и наблюдаю, как ее прелестная гулька, завязанная на самой макушке - плавно качается туда-сюда.

- Война. Самая настоящая. Атомная! – иду вслед за ней и причитаю. Затем останавливаюсь в дверях и более отчаянно произношу:

- Мне нужно придумать что-то такое…, чтобы он раз и навсегда понял. Со мной шутки плохи.

Глава 20

Сегодня спешу пораньше освободиться с работы. С Варей мы договорились посмотреть мультфильм и мне не хочется опаздывать. Тем более, когда ждет такая милая леди.

По пути забегаю в магазин. Покупаю краски, альбом. Понимаю, что девочка особо ни в чем не нуждается, но мне хотелось сделать ей какой-нибудь подарок, пусть даже такой скромный. Думаю, ей тоже будет приятно.

Мне нравится заниматься с дочкой Юдина. Теперь я точно могу сказать, что девочка умная, добрая и может быть жизнерадостной. Может, но что-то ей мешает.

С Варей мы рисуем математические знаки, осваиваем новые числа, решаем задачки. Она быстро схватывает все новое и если так дальше пойдет, мы быстро освоим все азы.

Варя ждет меня в гостиной, прижимая плюшевого медведя к груди. При моем появлении, быстро оживляется, подбегает, обхватывает мои ноги. Бросаю все, подхватываю ее на руки. Улыбаюсь. Какое же это счастье, заниматься с такой удивительной девочкой. Это как раз тот самый момент, когда учительница слишком сильно прикипела к своей ученице. Хотя это совершенно не свойственно мне. Для меня все ученики – одинаковы равны. Я стараюсь никогда не выделять никого. Отличники – справляются, двоечников – тяну.

- Вы не скучали милая леди? – интересуюсь, смотря в ее лучезарные глаза.

- Скучала! Скучала! – громко восклицает.

Не знаю, правильно ли это, что я за короткое время так сильно привязалась к Варе. Тут, что то большое, чем просто давать уроки. У нас с Варей – дружба.

Мы поднимаемся на второй этаж, снова уединяемся за тетрадями. Варя щебечет, как птичка.

- Папе очень понравился приготовленный пирог, - отвлекается Варя.

- Правда? – не могу сдержать удивления.

- Да-да, он так и сказал Игоревне. Чтобы она тоже училась так вкусно готовить. Скажите, вам нравится, мой папа?

От ее неожиданного вопроса, я чуть не грохнулась со стула.

Не знаю, что ответить. В моей голове начинают всплывать образы и далекого прошлого, когда мы учились в одиннадцатом классе.

«Юдин останавливает мопед напротив главного входа учебного заведения и, взъерошив волосы и обращается ко мне:

- Садись, прокачку с ветерком.

Разглядываю свои белоснежные гольфы, боюсь перепачкаться. Мама точно заругает. Крепче сжимаю ручку портфеля и скромно опускаю голову. «А пускай!» - проносится шальная мысль. Пусть мне хоть сегодня позавидуют все девчонки в классе. Поднимаю голову, и внимательно осматриваю двухколесное транспортное средство. Запрыгиваю на багажник, обхватываю крепкий торс Юдина, и мы мчимся по пыльной дороге к реке.

Ветер, каштановой лентой развивает мои волосы, портфель вот-вот выпадет из моих рук. Мы подпрыгиваем на каждой кочке. Я оглядываюсь по сторонам и замечаю, как молнией проносимся мимо маленьких домиков. Я крепче прижимаюсь к Юдину, он еще больше разгоняет мопед. Мне становится одновременно страшно и интересно.

Жарко. Садимся вблизи реки Дон. Сразу чувствуется, как от зеркальной воды исходит прохлада.

Юдин присел на сочную зеленую траву, срывает травинку и начинает ее жевать.

- Что по матеше задали? - интересуется.

- Уравнения, - отвечаю и скромно сажусь рядом.

- Жарко, - он начинает снимать джинсовую куртку, а затем майку. – Сейчас бы искупаться. Давай охладимся? – обращается ко мне.

А я продолжаю стесняться. Действительно жара такая, с большим удовольствием нырну в это охладительное спасение. Говорю ему, что у меня нет купальника, но он быстро соглашается дать мне свою футболку.

Прошу его отвернуться, он неохотно выполняет мою просьбу.

Переодеваюсь и мы бежим реке.

Вода накрывает меня с головой. Плыву подальше от берега, активно перебирая руками, затем переворачиваюсь на спину. И когда прихожу в себя, обнаруживаю, что Юдина нет. Он стоит на берегу, в его руках мои вещи. Он весело машет мне. Прощальное пока».

- Вы грустите? – мои мысли прерывает Варя.

Она прикладывает свою маленькую ладошку к моему лбу.

А дальше мы с Варюшей идем смотреть мультики. Девочка засыпает у меня на руках. Юдин появляется в тот самый момент, когда я хочу отнести спящую девочку в комнату.

Перекладываю Варю в кровать, заботливо накрывая одеялом,  включаю ночник.

Выхожу из комнаты и вижу Глеба.