А волки здесь тихие (СИ) - Петрова Лин - Страница 35

— А вот возьму и принаряжусь. Сегодня особенный день для моей сестры, между прочим. Не портить же ей настроение, в самом деле.

Пропустила прядь отросших волос между пальцев, и включила плойку. Вы хотели красиво? Будем вам красиво!

Спускаясь по лестнице, осторожно переступала ногами, чтобы не наступить на подол платья, и услышала свист восхищения. Внизу уже собрались наши ребята, готовые выехать на концерт.

— Сестра — выдохнул Дан.

— Братец — подхватила я

— Я смотрю сегодня будет конкурс красоты. Ребят, да мне на таких каблуках ни в жизнь от ваших поклонниц не отмахаться. Между прочим, сегодня должны смотреть на Лариту — улыбаясь, я смотрела на ребят.

Сегодня я посмотрела на них по новому, не как на волков, настороженных, готовых в любую секунду броситься в драку, а как на великолепных молодых самцов. И ведь все как на подбор высокие, подтянутые, с великолепными фигурами, облаченными в черные костюмы, с идеальными прическами.

У меня создалось впечатление, что сегодня мы смотрели друг на друга как то по-новому.

— Мне вот тоже сделали замечание, пришлось вот.. — я развела руками.

— Кла-с-сно — пропел кто- то из ребят.

Я подошла к зеркалу, бросая последний оценивающий взгляд, и встряхнула головой. Рыжие кудряшки мягко легли на плечи, а длинные сережки еще продолжали колыхаться, тихо позванивая. Черное длинное платье облегало мою фигуру, а образ дополнили туфли на высоком каблуке, визуально придавая мне высокий рост.

— Хватит уже, а то ребята сейчас глаза сломают — проворчал Дан, подталкивая меня к выходу.

— Маркор?….

— Они с Максимилианом уже давно уехали, не волнуйся

Ну естественно, разве братик упустит возможность облазить все уголки и пощупать аппаратуру..

Мы уже выехали и я спросила

— Цветы в какой машине?

— Какие цветы?

— Живые желательно. Искусственные не принято певицам дарить — в ответ на тишину я широко открыла глаза.

— Не купили? А ну разворачивайте машины в цветочный магазин. Паразиты такие.

Короче говоря, мы чуть не опоздали и рассаживались уже при выключенном свете.

Я специально выбрала места на балконе, поэтому мы быстренько расселись, никому не мешая.

Небольшой концертный зал, который мы сняли на этот вечер, действительно был полным, кроме одного ложе левее нас. Я рыскала взглядом по зрителям, принюхивалась, отыскивая наших. Я бы сказала- большая часть была из людей. Плохо это или хорошо судить не решусь, да и нужно ли.

Свет полностью потух и загорелся через несколько мгновений. На сцене стояла моя сестренка в длинном платье и смотрела вдаль.

Я мысленно охнула. Ее волосы были собраны в замысловатую прическу, чего она раньше никогда не делала, и на секунду мне показалось, что там, на сцене, стоит мама.

Мое сердце на секунду замерло, горло сжалось от спазма. Я медленно вдохнула, успокаиваясь, пока не услышала сдавленный шепот Радима

— Ма-а-ар

Я кивнула

— На маму очень похожа

Тихий голос Лариты раздался в полной тишине без музыкального сопровождения. Голос был таким красивым и нежным, что я даже не запомнила слова. Через несколько минут луч света осветил заднюю часть сцены, где сидел наш Давид Соломонович за пианино. В определенный момент он опустил пальцы, подхватив последнюю ноту сестры, музыка и слова понеслись дальше вместе, переплетаясь друг с другом.

С широко открытыми глазами я смотрела на сестру. Она сделала, как я сказала, впустила песню в сердце и теперь эти вольные птицы неслись по залу, затрагивая потайные струны зрителей. А эти плавные движения её рук, словно показывая крылья этих птиц, взмывающих ввысь на высоких нотах.

Первую песню встретили громкими аплодисментами. Я, взяв себя в руки, тоже захлопала.

Ларита, словно приободренная, продолжила петь.

Рядом со мной, сел Максимилиан.

— Вверенный мне объект находится в безопасности — шутливо отвесил он поклон, улыбаясь.

Я улыбнулась, но улыбка стерлась с моих губ, едва я кое- что не почувствовала. Глаза Макса прищурились, он посмотрел на меня и указал глазами в сторону. Я повернула голову и замерла. Ложе, которое до этого пустовало, теперь было занято зрителями, которые рассаживались по местам. Я сжала зубы. Жан галантно усаживал рядом с собой красивую девушку. За их спинами рассаживались молодые ребята, нескольких из них я опознала, как родных братьев Жана. Ну и ладно, мне то что? Они заплатили деньги, купили билеты, надеюсь на общих основаниях, и теперь будут наслаждаться голосом моей сестры, между прочим. Посмотрела на Макса, который делал вид, что ему совершенно не интересно, что происходит в ложе, а потом хитро посмотрел на меня и подмигнул.

— Твоя работа?

Максимилиан изумленно вытаращился на меня, выставил ладони и молча пожал плечами. Да ты что, мол, да я сама невинность, и знать не знаю, и ведать не ведаю. Ага, так я и поверила, паразит ты такой.

Я попыталась сосредоточиться на песне, да куда там… и скосила глаза в ложе, пытаясь рассмотреть спутницу Жана. Действительно очень красивая, зараза. Длинные распущенные черные, как смоль, волосы мягко ложились на белоснежные открытые плечи. Вот как сверкает большими глазищами, смотря на Жана, чуть приподнимая идеальную бровь. Пухлые губы, которые она изредка облизывала кончиком язычка, блестели от розовой блестящей помады, визуально делая губы еще пухлее и привлекательней. Даже мой, блин, взгляд несколько раз задерживался на них, что уж говорит про… Девушка улыбнулась на обращение к ней Жана, обнажая белоснежные зубки, кокетливо повела плечиком.

Гады. Я теперь расслабиться не смогу.

Чуть позже протиснулся Маркор, который, через некоторое время, снова убежал. И так несколько раз.

— Что происходит? — спросила я у Максимилиана

— Не знаю

— Ага, не знаешь ты! Чтобы ты и не знал??? Кругом заговор! — прошептала я, сосредотачиваясь на Ларите.

Я не могу себе позволить себе пропустить этот знаменательный для нас всех, вечер. А этот. Жан, если привел с собой эту, то вот пусть и воркует, гусь неощипанный.

Но после окончания песни, мы все-таки встретились с ним взглядами. Он чуть улыбнулся и кивнул головой. Пришлось с ласковой улыбкой приветствовать всех сидящих там. Красотка повернула ко мне голову, за секунду оценила меня, и с мягкой улыбкой, чуть кивнула. Затем их взгляды встретились, они склонились друг к другу, воркуя.

Сволочи! Я выдохнула и посмотрела на сестру. Она, уже в другом платье, пела веселую песню, отыскивая взглядом знакомых в зале, и с улыбкой приветствовала их то кивками, то взмахом руки. И делала это так естественно, словно всю жизнь провела на этой сцене, а не дрожала как осиновый лист на ветру буквально несколько дней назад. Молодец сестрёнка. Горжусь тобой и сильно люблю.

Но я почувствовала на себе взгляд Жана, и моё самообладание дало трещину. Я даже немного разозлилась, чего он пялится, а? Вот пусть и глазеет на свою красавицу и не беспокоит мой душевный покой.

— Слышь, Мар, а цветы когда давать? Может метнуть ей на сцену? Я по телевизору видел.

А медленно вдохнула и выдохнула

— Метнуть? А достанешь?

— А то!

— Ну метни, блин. Да только в сестру не попади. Или в Соломоныча, а то свалится и будет валяться весь концерт под инструментом.

— Метнет он — пробурчала я.

Макс тихо засмеялся

— Что злая? Или тебя кто-то или что-то разозлило?

Еще и издевается, гад.

Да идите вы все!

Сзади Соломоныча начала подниматься портьера, а там оказалась целая группа. К сестре вышли два гитариста. Лара подняла руку, одним движением вынула шпильки, встрянула волосами, давая им возможность рассыпаться по плечам и запела. Ну, естественно про любовь! У нас же нет других песен, по дружбу там, про судьбу- судьбинушку, про предательство, про родину, наконец!

Ларита устремилась взглядом в нашу сторону, мягко улыбаясь.

Хватит, Мара!! Успокойся! Иначе я с тобой окончательно поссорюсь!!!

Глядя на сестру я действительно начала успокаиваться, и даже покачивать головой в такт музыки.