Синтез (СИ) - "Токацин" - Страница 292

Гедимин покачал головой.

— Жаль, — вздохнул Линкен. — Очень полезная вещь. Ну, спасибо и за излучатели. Уран тоже пригодился.

Носовая часть корабля откинулась вверх, пропуская двоих сарматов. Аэций и Астиаг не полезли в люк — они обошли «Скат» с носа и вернулись в машинное отделение безопасным путём.

— Пора собираться, — сказал Астиаг, рассматривая свой комбинезон. — Как раз успеем на дневной глайдер.

— Верно, — не без сожаления согласился Линкен. — Идите мыться. Я вас отвезу, а мы ещё поработаем.

Аэций остановился напротив реактора и посветил на него наручным фонарём. Рилкаровая оболочка засверкала под ярким пучком света. Сквозь неё темнел слой свинцовой фольги, а ещё дальше — чёрный кокон графитовой выстилки.

— Хорош! — усмехнулся Аэций, хлопнув ладонью по стене биологической защиты. — Через год увидим в действии?

Гедимин недовольно сощурился.

— Возможно.

— А можешь сейчас засунуть туда все свои стержни? — Аэций поднял голову и присмотрелся к пустым захватам электромагнита. — Чтобы оценить масштаб. Они ведь не испортятся от этого?

— Могут, — отозвался Гедимин. — Это ненужное действие.

Линкен опустил ладонь ему на плечо.

— Не трогай реактор, теск. Насмотришься через год. А теперь — мыться! Дневной глайдер ждать не будет.

Линкен вернулся через час и привёз контейнеры с Би-плазмой — сарматы в очередной раз пропустили обед. Гедимин, устроившись на кожухе турбины, порылся в карманах, нашёл почти пустой тюбик горчицы и грустно посмотрел на него.

— Не купил, — развёл руками Линкен. — Думал, ты запасся.

— Эй, парни, — Кенен настороженно сощурился на сарматов. — Помните, какое сегодня число? К отбою мы все должны лежать на своих матрасах.

— Будем, — отозвался Линкен. — Куда спешишь, Маккензи? Не нравится корабль? Или экипаж?

— Ваши планы, парни, — слегка поморщился Кенен. — Относительно этой колымаги. Ты всерьёз собрался посадить её на Мефону?

— Трое суток пути, — сузил глаза взрывник. — Хорошо разгонимся — даже меньше. Я там был, Маккензи. Правда, макаки там не выживают.

— Кенен выживет, — хмыкнула Лилит. — От него не избавишься. Вот скажи, что ты посреди ночи делал под нашим одеялом?

Учётчик недовольно сощурился. Гедимин, отложив в сторону пустой контейнер из-под Би-плазмы, повернулся к реактору. «Трудно поверить,» — думал он, глядя то на массивный полупрозрачный корпус, то на свою ладонь. За год на ней прибавилось едва заметных рубцов и даже появилось несколько шрамов. «А через год будет запуск.»

— Ничего не выйдет, — прошептал Иджес, повернувшись к Гедимину; глайдер уже снижался над Шахтёрским аэродромом, ремонтники толпились у люка, и некому было подслушивать сарматов, остановившихся у дальнего борта. — Сёстры Хепри очень просили помочь. Не знаю, попаду я сегодня на корабль или нет.

— Это ничего, — отозвался Гедимин. — К десяти выйдешь на окраину — тебя заберут вместе с Линкеном. Не выйдет — выберешься завтра. За сутки там ничего не изменится.

— Как же, — хмыкнул Иджес, пропуская сармата вперёд к выходу из фургона. — У тебя — и не изменится? Иногда за минуту всё становится вверх дном.

— Не в этом случае, — качнул головой ремонтник. — В ближайшие полгода ничего вверх дном не станет. Процесс движется, но он очень и очень небыстрый.

— Уран и торий! — Иджес хлопнул Гедимина по плечу и, ускорив шаг, направился в сторону стадиона. Ремонтник вскинул руку в ответном жесте и, усмехнувшись, пошёл к бараку. Сегодня у него не было причин задерживаться в Ураниуме — оставалось только переодеться, взять инструменты и подняться на крышу барака.

Двери соседних комнат были плотно закрыты. Гедимин щёлкнул пальцем по лёгкой створке, и она громко затрещала, но никто не откликнулся — в комнате Лилит было темно и пусто. У Кенена горел свет, но самого сармата на месте не было. «Уже ждут,» — подумал ремонтник и слегка ускорил движения. Свежевыстиранный комбинезон лежал в ящике поверх одеяла, как обычно; между ними Гедимин всегда клал инструменты, слишком крупные, чтобы поместиться в карманах. Он уже натягивал второй сапог, когда в дверь осторожно постучали.

— А, вот и ты, Джед, — Кенен заглянул в комнату и растерянно мигнул. — Не видел Лилит?

— Я думал, вы все уже на крыше, — отозвался Гедимин. — Ты что, один здесь?

Кенен пожал плечами и покосился на смарт, торчащий из нагрудного кармана. Сегодня учётчик оделся по-сарматски — в пятнистый комбинезон, и никакие белые манжеты из-под рукавов не торчали.

— Я смотрел фильм, — сказал он. — Наверное, не услышал, когда они уходили.

— Бери миниглайд, — Гедимин вышел в коридор и плотно закрыл за собой дверь. — Снег кончился. Можешь повисеть на тросе, пока Линкен не видит.

— Хорошо, — слегка приободрился Кенен, вытаскивая из своей комнаты летающую платформу. — Ещё было бы хорошо, если бы кто-нибудь отгонял от миниглайда Лилит. Я даже согласен видеть её за штурвалом, только бы она отстала от моей платформы.

Гедимин хмыкнул.

— Попроси её сам, — сказал он.

С тех пор, как у Линкена появился глайдер, дверь, ведущая на крышу его барака, не закрывалась; Гедимин время от времени думал, не починить ли ему замок, но сам Линкен был против. В очередной раз наткнувшись взглядом на сломанный механизм и с трудом выкинув его из головы, сармат открыл дверь и запоздало удивился тишине. Сквозь тонкую створку обычно был хорошо слышен негромкий гул разогревающегося мотора и голоса беседующих сарматов; Иджеса сегодня не было, и Кенен подошёл поздно, но Лилит и Хольгер обычно находили, что им обсудить. Но в этот раз на крыше было тихо, а выбравшись наружу, Гедимин изумлённо мигнул — стоянка была пуста. Он даже заглянул за соседний зубец кровли — там лежал чей-то миниглайд, привязанный тонким стальным тросом, но глайдера не было, как и Хольгера вместе с Лилит. Гедимин озадаченно посмотрел на Кенена — тот выглядел очень удивлённым.

— Надо же, — он слегка сощурился. — Улетели без нас. Нет, я бы не расстроился. Но как они могли забыть главного атомщика?!

Гедимин уткнулся взглядом в крышу.

— Тебя мы никогда не забывали, — сдержанно напомнил он, выглядывая из-за зубцов крыши. Глайдера не было и снаружи. Над городом пролетали дроны, грузовой транспорт, шахтёрские фургоны, — что угодно, кроме полосатой машины Линкена.

— И где их носит? — Кенен достал из кармана смарт, посмотрел на экран, сердито фыркнул и сунул устройство обратно в карман. — Вот были бы у вас смарты…

— Странно, что они вот так улетели, — медленно проговорил Гедимин, щурясь на почти уже почерневшее небо. Над городом зажглись огни, и сигнальные фонари на крыше барака, ориентируясь на освещённость, разгорались всё ярче.

— Видимо, было невтерпёж, — хмыкнул Кенен, укладывая на крышу миниглайд и вставляя ноги в крепления на левой стороне платформы. — Иди сюда, Джед. У нас есть, на чём лететь, — полетим за ними!

Гедимин внимательно посмотрел на учётчика и едва заметно усмехнулся.

— Хорошая идея, — он шагнул на платформу. — Помнишь дорогу?

Он был доволен, что смог нарастить подъёмную силу миниглайда — теперь машина могла взлететь над самыми высокими деревьями, и не было необходимости в темноте лавировать среди стволов и веток или включать фонарь и привлекать внимание дронов-наблюдателей. Их огни несколько раз мелькнули в небе; сарматы уходили под прикрытие ближайшей сосны и висели на ветках, пока дрон не улетал. Внизу мелькнул светлый кружок Стометрового озера, и Гедимин жестом попросил Кенена о посадке. Снег запорошил низину, но маскировочные ветки и тряпки ещё можно было различить — они приподнимались горбом над крышкой скважины.

— А я вчера слышал, что Линкен сам соберёт кек, — вспомнил Кенен; сам он не стал спускаться в низину — стоял на возвышенности, придерживая миниглайд за страховочный ремень, и следил за действиями Гедимина.

— Мы говорили о другой скважине, — отозвался ремонтник, заворачивая мокрый кек в защитное поле. «Или об этой?» — он на долю секунды задумался, а потом пожал плечами. «Не сделал — значит, не сделал. Я сам сделаю.»