Синтез (СИ) - "Токацин" - Страница 287

Почти полная коробка с красными бумажными маками стояла на подоконнике, в стороне от дверей кинозала, — её заранее убрали с прохода вместе с подносом с маленькими стаканами, наполненными прозрачной жидкостью. Гедимин взял один цветок и прикрепил к нагрудному карману. Жидкость пахла спиртом и — едва заметно — жжёной Би-плазмой. Сармат молча выпил её и только потом повернулся к спутникам.

— Память, — кивнул Хольгер, забирая один цветок для себя. Немного в стороне остановилась Лилит, оглянулась на сарматов и подошла к подоконнику. Она стояла у коробки с маками и перебирала лепестки, в задумчивости склонив голову и не обращая внимания ни на кого. Линкен покосился на цветы и резко качнул головой.

— Там, где лежат мёртвые сарматы, нет никакой флоры. И кровь у нас не красная, — он сердито сощурился и отвернулся. — Своих мертвецов мы вспомним иначе.

Кенен, прислонившись к стене, сосредоточенно тыкал то в клавиши смарта, то в его экран. Гедимин тронул его за плечо.

— Эй, на Энцеладе!

Кенен едва заметно поморщился, но тут же расплылся в по-человечьи широкой улыбке.

— Любопытные новости, Джед. Интересно, почему Маркус не развил эту тему в своей традиционной речи. Было бы познавательно…

Он развернул ссылку на весь экран, и Гедимин удивлённо мигнул. «Шесть взрывов, прогремевших почти одновременно на двух континентах, нарушили покой Атлантиса. Шесть удивительно удачных покушений на граждан, не представлявших ни для кого ни интереса, ни угрозы. Разные люди, разные судьбы и обстоятельства смерти — от скотовладельца в штате Аргентина до уличного музыканта из Чикаго. Между ними только одно сходство — каждый из них когда-то входил в управляющий состав печально известных корпораций «Айрон Стар» и «Вайт Рок». Маркус Хойд, координатор сарматских территорий, отрицает любую причастность искусственнорождённых к покушениям. Подробнее читайте в нашем выпуске…»

— Распыли меня на атомы… — выдохнул Линкен, заглядывая через плечо Гедимина в смарт. — Кто-то наконец не пожалел времени. Это давно надо было сделать. Дай сюда! Кто из них сегодня сдох?

Гедимин мог прочитать имена убитых, но ни одно из них ничего ему не говорило. Зато он хорошо помнил, чем отличились корпорации «Айрон Стар» и «Вайт Рок» — и теперь довольно щурился. «Без Маркуса не обошлось,» — думал он. «Сначала отстрел «чистых», теперь это… И Линкен такой довольный!»

— Эй-эй, — Кенен недовольно фыркнул и протянул руку за смартом. — Нет причин для радости, Линкен. Эти тихие старики были совершенно безопасны. К тому же суд давно прошёл, и к расстрелу их не приговорили.

— Разумеется, — процедил взрывник, и Гедимину стало не по себе — голос Линкена дрожал от сдерживаемого гнева. — Hasulesh! Ещё бы они не оправдали себе подобных. Мне нет дела до решений суда. Эти ублюдки должны были умереть. А многие из них ещё живы. Я радовался, расстреливая их в каньонах Агарты. Я был бы рад повторить.

— Сегодня многие порадуются, — негромко заметил Гедимин. Ему хотелось зайти в информаторий. Эту новость не объявляли по громкой связи, но сармат не сомневался, что весь Ураниум-Сити в скором времени её узнает.

На искусственном покрытии дорог и стен иней не задерживался, но края крыш и обочины, вся жёлтая трава, прибитая дождями и сапогами к земле, с утра побелели; а поздним утром стало ещё холоднее, и ледяные кристаллы не торопились таять. По краю воды наросли тонкие льдинки с причудливыми острыми краями. Несколько сарматов спустились к озеру и разрушили лёд на одном участке. Гедимин видел их — они стояли в воде и разглядывали белую кромку. «Кристаллизация,» — едва заметно усмехнулся он. Ему всегда нравилось наблюдать за этим процессом. Но сегодня на созерцание не было времени.

— У-а-а-а! — Кенен болтался на стальном тросе за глайдером и вопил; холодный ветер, бьющий в лицо, ничего не мешал ему. — Эй, тески! Что это на северо-востоке?

Глайдер заложил осторожную дугу над городскими постройками. К огороженной строительной площадке на северо-востоке приближаться было небезопасно — это все усвоили ещё в начале лета. Охрана дежурила там и сегодня, невзирая ни на какие праздники и памятные даты. Дроны-наблюдатели прочёсывали воздух, «Рузвельты» и боевые роботы встали по периметру стены. Но кое-что можно было заметить с безопасного расстояния, — длинные корпуса под массивной защитой, систему «сивертсенов» и стационарных турелей, крытые прицепы, ждущие разгрузки, и ещё одно здание очень знакомой архитектуры, достроенное уже до третьего этажа.

— Барак! — Линкен удивлённо мигнул и тут же вывернул штурвал, уводя глайдер от вспышек предупредительных выстрелов. — «Вестингауз» не хочет видеть сарматов рядом со своими центрифугами. На кой метеорит им там барак?!

Гедимин пожал плечами. Можно было бы предположить, что здание только похоже на жилое, — но никакого другого назначения для этой постройки сармат не мог предложить. Стандартный ураниумский барак в пять этажей, почти вплотную с обогатительными центрифугами…

Глайдер осторожно прополз по палубе и остановился впритык с электрогенератором.

— Чем дальше, тем меньше места, — заметил Линкен, выбираясь из-за штурвала и оглядываясь по сторонам. — Скоро буду садиться в овраге. Атомщик, ты занимаешь очень много места!

Гедимин только ухмыльнулся. Ему всегда было приятно смотреть на урановые стержни — особенно на те, которые он сделал сам; но конструкция, протянувшаяся вдоль левого борта, радовала и волновала его ещё больше. Корпус реактора, плотные витки охладительных контуров, поблескивающий парогенератор (пока что пустой), почти собранная стена биологической защиты… Сармат смотрел на сооружение и довольно щурился.

— Глаза горят, — хмыкнул Линкен, хлопая его по плечу. — Как два лазера! Практически готовый реактор, верно? Только загрузить топливо и залить воду?

Гедимин, выведенный из приятных размышлений, покачал головой.

— Ещё работать и работать. Твэлов мало. Графита не хватает. Тут нужна сплошная выстилка, внутренние каналы… — не договорив, он повернулся к открытому люку в лабораторию и направился к ней. Сарматы за его спиной дружно хмыкнули.

Графита действительно не хватало. За несколько часов работы выстилка, предназначенная для отражения нейтронных потоков, покрыла только треть необходимой площади, а до внутренних каналов дело вообще не дошло. «Мало. Где взять?» — Гедимин перебирал в памяти известные ему способы получения искусственного графита. «Органики тут много. С переработкой будут проблемы. Надо достать битум. Ещё один процесс, растянутый во времени. По крайней мере, нет проблем с сырьём…»

— Атомщик что-то замышляет, — ухмыльнулся Линкен. Он выглядел довольным, и Гедимин, покосившись на носовую часть корабля, увидел причину — там лежали болванки, по форме очень похожие на торпеды, а запах, практически незаметный сквозь респиратор, напоминал о процессе получения «торпа».

— Этим можно взорвать крейсер? — Гедимин кивнул на торпеды. Линкен фыркнул.

— Этого даже слишком много, атомщик. Но знаешь, чем хороши эти штуки? От них известно, чего ждать. Они взрываются. А вот твои штуковины… С ними никогда не знаешь, доживёшь ли до вечера.

…В почте было пусто — ничего нового, кроме сторого предупреждения от службы безопасности. Гедимин бегло прочёл его и, криво усмехнувшись, отправил в корзину. «Ладно, мне переписать несложно,» — он открыл пустую форму и на память ввёл адрес Герберта. «Пусть свяжется с самкой из Грейт-Фолс. Это ничему не поможет, но — я думаю, ей нужно знать, что с её самцом.»

Глава 36

Ремонтники, дежурящие на соседних шахтах, ещё доедали свой обед, когда рация бригадира ремонтной базы громко загудела. «Sata» — высветилось на экране, и Гедимин, одним глотком допив остатки Би-плазмы, бросил контейнер в общую кучу и развернулся к Торквату.