Синтез (СИ) - "Токацин" - Страница 271

…За пятнадцать минут до отбоя Гедимин вернулся на корабль, загнал буровую установку в торпедный отсек, быстро проверил работу фторного реактора, вытер руки мокрой ветошью и вышел в машинное отделение. Четверо сарматов сидели на турбогенераторе, утоляли жажду и тихо переговаривались. Увидев Гедимина, Лилит отодвинулась на ступеньку выше.

— Помять тебе плечи?

— Хорошо, — кивнул сармат, присаживаясь уровнем ниже и стягивая верхнюю часть комбинезона. От долгого бурения мышцы едва заметно ныли — устали и руки, и спина, чувствовалась неприятная слабость в ногах.

— Хочешь табаско? — сармат достал из кармана один из ещё не открытых тюбиков. — Много капсаицина.

— Давай, — Лилит протянула руку.

Кенен, устроившийся на выступе кожуха, насупился и перебрался пониже.

— Лилит, ты не хочешь помассировать спину мне? Я тебе много помогал.

Самка фыркнула.

— Да, ты хорошо держал балки, — сказал Линкен, хлопнув учётчика по плечу. — Не те, не так и с постоянными перерывами, но всё-таки держал. У нас ещё год на то, чтобы сделать из тебя нормального трюмного. Завтра покажу, как осматривать трубопроводы и замечать протечки.

Кенен вздрогнул и растерянно замигал.

— Эй, парни! Это плохая идея. Я похож на сармата, который чинит трубы в трюме?

— Без удавки на шее — вполне, — ухмыльнулся Иджес. — За год енота можно научить. Пойдёшь в наш экипаж…

— Эй-эй! — вскинулся Кенен. — Вы слишком быстрые, парни. Когда я успел записаться в ваш экипаж?

— Линкен, — Гедимин пристально поглядел на взрывника. — Не надо.

— Надо, — Линкен поморщился и потянулся к затылку. — Его придётся брать с собой. Останется здесь — начнёт болтать.

— Хватит про Маккензи, — поднял руку Иджес. — Какой план на воскресенье?

— Пусть Гедимин скажет, — Линкен повернулся к ремонтнику. — Что нам сейчас нужно?

— Провода, — буркнул Иджес. — Сто километров гребучих проводов!

— Графит и свинец, — отозвался Гедимин. — Присадки для стали и рилкара. Я пойду за проводами.

— А я за присадками, — сказала Лилит, впиваясь пальцами в его спину. — Список прежний?

— Кенен, идёшь за свинцом, — сказал Линкен, найдя взглядом учётчика. — Тут ничего не перепутаешь.

«Закончу скважину — начну собирать корпус,» — Гедимин покосился на груду рилкаровых пластин, прикрытую брезентом. Ему ещё предстояло собрать каркас из особо прочных стальных прутьев и сварить вместе пласты рилкара до полного исчезновения швов. Он надеялся, что новый материал сможет заменить бетон и сталь. «Проложить шов свинцом. Секторами, чтобы не вытекал. У меня полметра на каждую стенку. Не хватит рилкара — придётся закрыть защитным полем,» — думал сармат, мысленно выстраивая объёмную схему реактора. Эта установка была гораздо меньше и примитивнее того, что он спроектировал для сатурнианской станции, но она уже почти существовала, в отличие от станций в атмосфере Сатурна. «Свой реактор,» — сармат едва заметно усмехнулся. «Повезёт — дострою.»

Глава 34

Грохот из северо-восточного котлована стал заметно тише, но шум техники, работающей на его дне, ещё был хорошо слышен — даже сквозь рокот двигателей эдмонтонского барка, прибывшего на Грузовой аэродром. Стройку окружала сплошная четырёхметровая ограда со знаками радиационной опасности, единственный проём в ней — широкие ворота со стороны шоссе — был закрыт массивными стальными воротами. Охранники в светло-серых «Рузвельтах» бродили по периметру, через каждые пять шагов останавливаясь и подозрительно оглядываясь по сторонам. Гедимин видел, как проворачиваются вокруг оси обзорные экраны, а вместе с ними — турели, прикреплённые к «головам» экзоскелетов. «Они смотрят спиной,» — сообразил он внезапно, когда один из охранников остановился в десятке метров от него и застыл на месте — только беззвучно сдвигались элементы обшивки и крепления бластеров.

Гедимин досадливо сощурился — точку для обзора он выбрал неудачно, с этой стороны дороги площадка не просматривалась вовсе — стена была слишком высокой. Сармат покосился на ближайшие бараки, на ограду химзавода, на барк, спустивший грузовые трапы, — залезть было некуда, всё вокруг либо двигалось, либо охранялось.

На шоссе протяжно загудел грузовой глайдер. Он маневрировал на обочине, разворачиваясь фургоном к воротам. Охрана расступилась, створки заскрежетали, медленно расползаясь в стороны. Глайдер двинулся к открывшемуся проёму, и Гедимин быстро сместился на три метра влево — пусть под углом и с неудачной точки, но так было можно заглянуть в котлован.

Увидеть он ничего не успел — ему под ноги ударил разряд станнера, и сармат шарахнулся в сторону.

— Эй, слизь! — охранник в «Рузвельте» развернулся в его сторону всем корпусом; ещё двое, прервав обход, остановились. — Чего встал?!

— Я смотрю на стройку, — отозвался Гедимин. — Ты работаешь на «Вестингауз»?

У «Рузвельта» не было прозрачного лицевого щита — то место корпуса, где должно было находиться лицо пилота, было спрятано под толстой полосой зеркального фрила. Гедимин смотрел на него и недовольно щурился — не видеть глаз собеседника было непривычно и неприятно.

— Пять шагов назад! — рявкнул «броненосец», поднимая короткую толстую конечность. Гедимин увидел сопло ракетомёта.

— Я отойду, — кивнул он, медленно отступая к химзаводу. — Теперь ты не боишься говорить?

— Что здесь? — крикнул другой охранник — он только что вышел из-за угла и теперь разворачивался к сармату — сначала турелями и обзорным экраном, потом — корпусом. «Они медленно осваиваются с этой конструкцией,» — отметил про себя Гедимин и попытался улыбнуться так, как это делал Кенен, — неестественно широко, показывая зубы.

— «Вестингауз» прислал сюда инженеров? Я хочу поговорить с ними, — сказал он, стараясь не смотреть на ракетомёт. Чёрное сопло притягивало взгляд.

— Ты? — охранник качнул ракетомётом — остальные части экзоскелета не обладали такой подвижностью. — Пошёл вон!

— Это никому не навредит, — качнул головой сармат. «Я их не понимаю,» — думал он, глядя на охранников. «Это потому, что я не вижу их лиц? Не думаю…»

— Стреляй! — крикнул охранник на углу. Гедимин услышал громкий щелчок предохранителя и не стал рисковать — оттолкнувшись от земли, он перемахнул через ограду химзавода, едва не зацепившись за проволоку над ней, мягко приземлился на другой стороне и в несколько прыжков выбрался на маленький аэродром. Спрятавшись за грузовым глайдером, он пять минут слушал перебранку охранников за стеной и недоумённо пожимал плечами. Когда снаружи всё стихло, он взобрался на глайдер и длинным прыжком преодолел ограду. Охранник «Вирма» шарахнулся в сторону, но не успел выстрелить — сармат уже исчез за бараком.

Он вышел на главную улицу снова, когда услышал тяжёлые шаги «броненосцев». Это был ураниумский патруль.

— Эй! — крикнул им Гедимин и снова услышал щелчки предохранителей. «Сегодня макаки очень беспокойные,» — озадаченно думал он.

— Стоять! — крикнул ему в ответ один из «броненосцев» и направил на него луч считывателя. — Гедимин Кет? Чего тебе?

— Где держат людей «Вестингауза»? Я хочу поговорить с атомщиками, — сказал сармат, показывая пустые ладони. — Я не нападаю.

Охранники переглянулись, один из них испустил короткий смешок.

— Ха! Что, свести его? Посмотрел бы я на это!

— Иди к чертям, — буркнул другой. — Слушай сюда, теск. Где они — не твоё дело. У их людей свой приказ. Полезешь к ним — пристрелят на месте.

Гедимин мигнул.

— Они будут тут работать. Чего они боятся?

— Много говоришь, теск, — охранник махнул в его сторону станнером. — Иди давай!

С крыши барака Линкена Лиска просматривались только ближайшие окрестности; другие здания закрывали котлован. Гедимин на несколько секунд остановился на краю, убедился, что ничего интересного не увидит, и повернулся к глайдеру.