Синтез (СИ) - "Токацин" - Страница 192

Последующие пятнадцать минут Гедимин старался не шевелиться и только растерянно мигал. Вещество, которое нанесли на его ожоги, в первые секунды вызвало очень неприятные ощущения — но потом, когда его прикрыли аккуратной повязкой, боль ушла.

— Небольшая разработка… малоизвестная за пределами Лос-Аламоса, — усмехнулся Майкл, закрепляя кончик бинта. — Во время войны очень пригодилась. После войны… признаться, я с таким уже не сталкивался. Это что-то из древней истории… наверное, мой прапра — Брайан Вольт — иногда получал такие травмы. В их время о технике безопасности ещё не думали. Но их достижения… это был прорыв. А вот вам следует быть осторожнее.

— Это что? — Гедимин покосился на большую яркую капсулу, положенную на его ладонь.

— Антибиотик. Не повредит. Так, с руками всё. Другие ожоги у вас есть?

Сармат покосился на нагрудный карман и сильно смутился.

— Уже заживает.

— Покажите, — нахмурился Майкл. — Чёрт подери… Это уж вообще из древней истории! Что вы носили в кармане?

Повязку на груди закрепили по краям пластырем. Гедимин косился на неприметный тюбик с едва читаемыми маркировками. «Не знаю, насколько ускорится заживление, но боль это вещество снимает хорошо. Было бы полезно носить с собой такое.»

— Завтра вечером задержитесь, я сделаю перевязку, — сказал Майкл, убирая остатки бинтов. — Насколько я понял, следить за вами некому, а сами вы себя с трудом замечаете.

Гедимин смутился.

— Вы — учёный. Вы не должны… это делать, — буркнул он, глядя на повязки.

Вольт посмотрел ему в глаза и усмехнулся.

— Не стоит благодарности. Вполне возможно, лет через сто-двести обо мне только и вспомнят, что я оказал вам эту маленькую услугу. И это, при всех моих попытках, будет наибольшим достижением. Я бы не отказался узнать, какой прорыв вы готовите.

Гедимин мигнул. Обычно люди отводили взгляд, если сармат пристально смотрел на них, но Майкл не дрогнул.

— В полдевятого, на восточном краю свалки, — тихо сказал он. — Без охранников. Я не опасен.

…За десять минут до назначенного времени Гедимин выбрался из лаборатории и посмотрел на небо. Солнце уже ушло, но темнело слишком медленно. С одной из мусорных гор доносился шорох — незнакомый сармат копался в мусоре.

— У меня тут встреча, — тихо сказал ему Гедимин.

— Тьфу ты! — сармат сплюнул в кучу листьев и быстро, не оглядываясь, пошёл вверх по склону. Гедимин сузил глаза, но промолчал. Отойдя к другой горке, он разворошил обёртки и нащупал что-то металлическое. Из-под листьев и пустых упаковок от человеческой еды появилась сплющенная, слегка тронутая коррозией муфта. «В переработку,» — сармат согнул железку пополам и сунул за пазуху. «А тут интересное место.»

Он копнул ещё глубже. В куче размокшей листвы нашлось несколько расколотых плит облицовки и какой-то древний обломок строительного материала с торчащим из него железным прутом. Железо от коррозии наполовину рассыпалось и выглядело оплавленным. Гедимин постучал по обломку, высвобождая кусок металла. На краю оврага что-то зашуршало, луч фонаря скользнул по мусорным кучам, разминувшись с Гедимином на полметра. По восточному, пологому, склону неуверенно спускался человек в жёлтом комбинезоне. Ещё несколько секунд — и тени оврага накрыли его.

— Эй, — Гедимин направил фонарь на свою руку и тут же погасил. Человек остановился и неуверенно усмехнулся.

— Вы здесь? — приглушённым шёпотом спросил он и посветил себе под ноги. — Значит, это и есть городская свалка…

«Ещё не настолько стемнело… А, он же человек,» — запоздало вспомнил Гедимин и включил фонарь снова, осветив кусок металла. Свободной рукой он свернул заржавевший прут и положил к расплющенной муфте. «Не зря вылез…»

— Пройти легче, чем я думал, — вполголоса заметил Майкл. Он обошёл шаткую гору мусора и встал рядом с Гедимином, вопросительно глядя на него. Сармат окинул настороженным взглядом края оврага — никого из охранников поблизости не было. «Пришёл один. Хорошо.»

— Идите рядом со мной, — прошептал он, погасив фонарь, и шагнул к крышке люка. Вход в лабораторию, в несколько слоёв покрытый приваренными обломками фрила и спрессованными обёртками, ничем не отличался от окружающей свалки — если не знать, куда просунуть ладонь, и на что нажать. Приведя несложный механизм затвора в действие, Гедимин подождал несколько секунд и приподнял крышку, закрепляя её в неподвижном положении.

— Вперёд, до дальней стены, — он указал на люк. — Потолок два метра, пол ровный. Держите руку на правой стене.

— Чёрт подери… — отозвался человек, пригибаясь у входа в туннель. Гедимин услышал его шаги в тёмном коридоре, отсчитал три секунды и сам пролез следом, закрывая за собой люк. Когда затворы сработали, он привычным движением вложил фонарь в крепления на потолке и включил его.

— Чёрт! — донеслось из коридора. Человек, растерянно мигая, стоял у дальней стены. Прикрыв глаза ладонью, он пытался осмотреться.

— Это убежище, — запоздало пояснил Гедимин, вытирая перчатки от ржавчины и гниющей органики. В западном туннеле, как обычно, шипел охлаждаемый фторный реактор. Облучатель работал беззвучно, только треск счётчика Гейгера разносился по убежищу. Услышав его, Майкл вздрогнул и потянулся к нагрудному карману.

— Это… то, о чём я подумал?

— Два самодельных радиометра. Один — в области с повышенным фоном. Это он трещит, — Гедимин жестом позвал человека за собой и пополз по туннелю. Краем глаза он видел, как учёный останавливается и осматривается, заглядывая в открытые ниши.

— Это ваша… лаборатория? — он встал у массивной двери, за которой был спрятан РИТЭГ. — Электричество, вода, вентиляция… Это всё — под городской свалкой?

— Пришлось повозиться, — Гедимин отодвинулся к стене, освобождая проход к облучателю. — Здесь удобно. Никто не мешает. Вот эта установка…

— Стойте! — человек остановился, с изумлением глядя на купола защитного поля. Он искал что-то рядом с ними, и Гедимин не сразу понял, что именно. «Генератор!» — сообразил он и досадливо сощурился. «Генератор Арктуса. Даже в Лос-Аламосе не могли его видеть…»

— Это автономное защитное поле. Генератор Арктуса. Насколько знаю, засекреченный, — сказал сармат, настороженно глядя на учёного. Тот шумно выдохнул.

— Я слышал об этом устройстве. Оборонное ведомство… Однако — что оно делает здесь?

— Изобретение Хольгера. А я помогал, — Гедимин сузил глаза. — Это мой генератор. А это — нейтронный излучатель. Я хотел перегнать немного урана в плутоний для РИТЭГа. Он работает уже полмесяца. Но в нём что-то не так.

Майкл молчал, глядя расширенными глазами то на сармата, то на облучатель, то на второй купол защитного поля, под которым был спрятан фторный реактор.

— Насосы, охладительная система… А оборудование, которое вы охлаждаете…

— Пламенный реактор. Гексафторид урана. Очень сильно нагревается, — Гедимин проверил показания датчиков и увеличил напор воды. «Опять перегрелся. Надо лучше за ним следить.»

Человек молча смотрел на него — и заговорил, когда сармат уже хотел потрогать его и убедиться, что он живой.

— И всё вот это сделали вы один? Под городской свалкой?!

— Я же сказал — тут удобно, — буркнул Гедимин.

— Невероятно, — покачал головой Майкл. — Поверить невозможно… Я видел ваше личное дело… Вы никогда и нигде не учились?

— Не взяли, — отозвался сармат. — Неблагонадёжен. В деле это есть.

— Вопиющая нелепость, — пробормотал человек. — Вас должны были доставить в Лос-Аламос первым же барком. Подумать боюсь, что вы могли бы сделать, если бы получили достойное образование. Невероятно…

Встряхнувшись, он извлёк из нагрудного кармана плоскую коробочку и обвёл лабораторию изменившимся взглядом — острым и ясным.

— Источник нейтронного излучения? Вы соприкасались с ним напрямую, когда получили эти ожоги? Эти защитные поля всегда находятся здесь?

— Я перемешивал смесь. Отключал излучатель, убирал поля. Он не должен был фонить, — качнул головой Гедимин.