Проверка - Книга вторая - Ищенко Геннадий Владимирович "anarhoret" - Страница 17

Орали они так, что немногие находившиеся поблизости прохожие бросились бежать прочь от сквера. А вы не побежали бы, если бы рядом кричали так, словно с живых сдирают кожу? И вы не стали бы так орать, если в осветившемся непонятно чем сквере рядом с вами появился бы настоящий Чужой? Один из парней упал в обморок, а остальные стали с воплями разбегаться. Понятно, что никто из вцепившихся в Настю девочек Чужого не увидел.

Глава 6

– Заканчивай свои занятия, – сказала мама, зайдя в комнату к девочкам. – Звонил отец. Сказал, что разрешили повидать Таню и он скоро за нами заедет. Хватит тебе отжиматься, и так уже вся мокрая. Быстро иди под душ и одевайся.

– Я никуда не поеду, – пропыхтела отжимавшаяся рядом с Настей Оля. – Включишь нам комп? Фильм я сама найду. Или скажи пароль.

Научившись читать, малышка удивительно быстро разобралась в тех манипуляциях, которые совершала сестра, когда запускала очередной фильм. Пришлось ставить пароль.

– Включу, – пообещала Настя. – А ты, пока я моюсь, займись гантелями.

Девочка пошла в ванную и приняла душ. Помыла и голову, а потом быстро высушила волосы феном и надела костюм. Когда отец позвонил второй раз и они вышли из дома, машина стояла у подъезда.

– Быстрее, копуши, – поторопил он, – мне нужно вернуться на службу. Настя, я говорил с тренером. Завтра в шесть вечера у них секция, так что могу тебя подбросить.

– Куда ей ещё секция! – недовольно сказала мать. – Итак дома по два часа машет своим железом. Мало того, приохотила к этому младшую. Кто-то мне говорил о её лени? Ты не действовала на неё силой?

– Хотела, – призналась Настя, – но не понадобилось. После того как её взялся улучшать Раш, лень куда-то исчезла. Мне непонятно, что тебе не нравится? Она хочет стать сильной и красивой и берёт пример с меня.

– А эти ножи! – не унялась мать. – Разве это занятие для такой малышки? И арифметику ты зря купила. Ты подумала о том, чем она будет заниматься на уроках?

– Она захотела сама, – ответила дочь. – Ребёнку нужно чем-то заниматься, а не только смотреть фильмы. Книг тоже не так уж много, и не все она может понять. Я не могу уделять ей много внимания, отец приезжает вечером уставший, а с тобой ей скучно. Ты только и можешь, что расспрашивать Олю о моих похождениях, а ей уже надоело об этом рассказывать.

– Когда будешь готова к экзаменам? – спросил отец, которому надоел их спор.

– Дней через десять, – ответила Настя. – Думала, что просижу дольше, но такие предметы, как география, биология или ОБЖ, учатся меньше чем за день.

– Из администрации не звонили?

– Рано им звонить, папа. Они должны сегодня забрать документы из детского дома. А почему ты спросил?

– Потому что через три или четыре дня приезжает твой дед. Что ты на меня вытаращилась? Скажи спасибо матери. Она рассказала о твоём возвращении, вот старик и решил нас навестить и разобраться с непутёвой внучкой. О том, что есть ещё одна, и о ранении Тани он пока не знает.

– Он сам позвонил! – сказала мать. – Я должна была врать твоему отцу?

– А как же его университет? – спросила расстроенная Настя.

– Он уже полгода не преподаёт, – объяснил отец. – Ладно, дед тебя не съест. Его мнение наверняка будет отличаться от твоего, но у старика светлая голова и он тебя любит. Как-нибудь поладите без твоей магии. Всё, приехали.

Они вышли из машины и через несколько минут целовали обрадованную их появлением Таню. Она лежала одна в небольшой двухместной палате.

– Какая же ты худая и бледная! – всхлипнула мама. – Девочка моя!

– Не разводи сырость, Надя, – сказал отец. – Главное, что она живая, а когда попадёт домой, Настя сделает её розовой и толстой.

– Вы ко мне приходили? – спросила Таня сестру. – Это ты мне помогла? Я ведь уже готовилась умереть! А потом всё как-то резко изменилось. Я не найду для этого слов...

– Не нужно об этом здесь говорить, – попросила Настя. – Я тебя и сегодня подлечу, но не сильно. Привезут домой, тогда уберу последствия ранения.

– Наверное, я теперь останусь на второй год! – грустно сказала Таня. – Мне сказали, что буду выздоравливать не меньше двух месяцев.

– Наплюй. Я так расшевелю тебе мозги, что догонишь свой класс за неделю. Мы ничего не привезли, потому что не знаем, что тебе можно есть из-за ранения в живот. Чем тебя кормят?

– В живот ударили один раз, – ответила Таня, – и три раза в грудь. Врач сказал, что ранение в живот очень удачное, так редко бывает. И раны заживают очень быстро, здесь все удивляются. Но нормально пока не кормят, так что не надо мне ничего везти.

– Я не вижу здесь камер, – осмотрев палату, сказала Настя. – Ладно, обниматься не будем, а то ты завтра сама прибежишь домой, а следом за тобой примчатся хирурги. Дай мне руки – этого будет достаточно. Вы говорите, а я немного так посижу.

Поговорили меньше десяти минут, потому что в палату зашёл врач и выгнал, сославшись на какие-то процедуры.

– Она прекрасно выглядит, – сказал отец о Тане, когда шли к машине. – Зря ты, Надя, так скривилась. Прошло только шесть дней, а она уже болтает и пытается сесть. Не видела ты других с такими ранами, а я видел. Некоторые так и лежали без сознания. Настя, когда её можно будет забрать?

– Когда нам её отдадут, – улыбнулась девочка. – Что я могу ответить, если не лечила таких ран? Сейчас ей станет лучше, но с неделю ещё полежит. Я боюсь действовать в полную силу. Представляешь, какой поднялся бы шум, если Таня через три дня после этих дырок ушла бы от них своим ходом?

– Для тебя шум важнее здоровья сестры? – удивилась мать.

–Удивительно, как материнские инстинкты отбивают соображение даже у умных женщин, – сказала Настя. – Вопрос не в том, будет ли у Тани здоровье, а в сроках выздоровления. А шум... Ты будешь счастлива, если у вас отнимут меня и Олю? Меня заберут ради высших интересов государства, а Олю... Я думаю, что это должно быть понятно и без разъяснений.

– Надя сказала глупость, – согласился отец. – Садитесь в салон, спорщицы. Улучшаешь ты нас, дочь, а я не заметил этого улучшения ни в себе, ни в твоей матери.

– Раш сказал, что уже должно чувствоваться, – ответила она, – хотя он действовал недолго, и улучшения будут продолжаться недели две. Давай проверим. Сколько будет, если к ста тридцати пяти прибавить семьдесят два и отнять пятьдесят три? Да, результат умножь на четыре.

– Шестьсот шестнадцать, – не задумываясь, ответил он. – Странно, я даже не считал. Неужели правильно?

– Пример простой, и его нетрудно посчитать в уме, – засмеялась довольная Настя, – но не человеку твоего возраста, который ведёт машину, и не так быстро. Мелочь, а приятно. Теперь можешь ходить на рынок без калькулятора. Когда улучшаешь мозги у дурака, это видно всем, а вот у умного сразу не разглядишь. Улучшение памяти почувствовать легко, но оно будет позже.

Отец не стал заезжать во двор и высадил их на улице.

– Только второе марта, а уже так тепло, – сказала мама, когда шли к подъезду. – Ещё несколько дней – и всё начнёт таять. Надо покупать вам одежду на весну, а то купили всё тёплое.

Когда поднялись в квартиру, услышали звуки стрельбы.

– Это какой же по счёту фильм они смотрят? – сказала Настя. – Пойду чинить суд и расправу!

Сестра с домовым смотрели «Золото Маккены» и на девочку не отреагировали. Индейцы были интересней.

– Я что говорила? – спросила она, загораживая собой экран. – Только один фильм! А этот вообще не для детей.

– Я сделала все упражнения! – возмутилась Оля. – Чем заниматься? А фильм интересный!

– А я не ребёнок, – добавил Марк, заработав сердитый взгляд малышки.

– Ладно, – смилостивилась Настя, – досмотрите завтра. А сейчас разбежитесь. Поиграй с новой куклой, зря, что ли, её покупали?

– Настя, к тебе девочки! – крикнула мать.

– Исчезни! – сказала она Марку и повернулась к сестре: – Иди пока в комнату к родителям. Мы долго не засидимся.