Ассана. Жизнь во льдах (СИ) - Лин Айлин - Страница 26

Мама качала головой, но всё же приняла мою сторону. В итоге, Лиона осталась со мной, а потом выяснилось, что я могу её понимать, читать эмоции и обмениваться мыслями.

Лиона оказалась Ло Ассаи - великий зверь, повелительница леса. Ли рассказала мне, что её родители ушли и больше не вернулись. Она осталась одна. И скорее всего погибла бы, если бы я её не нашёл.

Лиона росла очень быстро, своё общение со зверем я не скрывал. И Отец быстро догадался, что я - Ассаи Ведок, чтец и всадник Ло Ассаи. А это открывало для него возможность неплохо заработать. Которой глава семейства воспользовался в полной мере.

Я ещё не был совершеннолетним, и он мог поступить со мной так, как подсказывала ему совесть. Которой у него отродясь не было.

Продал меня клану Стальных черепах, в котором я должен был отслужить пять лет.

За что он так меня не любил - остаётся загадкой до сих пор.

Мама плакала и молила так не поступать. В тот злосчастный день, когда меня увозили страшные и огромные ворки-оркуны, я видел её в последний раз.

Как только срок моей службы истёк, я помчался искать маму. Но нашёл лишь скромную могилу на взгорке около бывшего дома лесничего.

По рассказам соседей, её задрал дикий зверь. Отец схоронил мать и исчез в неизвестном направлении. Мне оставалось лишь дать клятву, что когда я его найду, он ответит за то, что не уберёг матушку. За то, что отдал меня чужим людям. Ответит за всё.

Прошло уже более пяти лет, но найти своего родителя я так и не смог. Он словно испарился.

Отогнав воспоминания прочь, одним глотком допил чуть хмельной напиток, кинул монетку на стол, расплачиваясь, и вышел из таверны.

Моя Лиона лежала под навесом и делала вид, что крепко спит.

- Ли, - обратился я к ней, мягко погладив между ушами, - в эту харчевну тебе нельзя. Видишь висит знак: вход животным запрещён. Я же не виноват, что во всём этом городишке только в одном месте более-менее прилично кормят, а не пытаются отравить.

Лиона фыркнула на моё заявление, но всё же открыла глаза и посмотрела на меня более благосклонно.

- Это не столица, родная, где в любом заведении тебя примут, пригласят за отдельный стол и накормят досыта. Здесь все дикари и невоспитанные люди-и. Они тебя боятся. Пойдём лучше прокатимся, исследуем местность.

- Рра! - пришёл ответ и великолепное животное грациозно поднялось на могучие лапы.

День прошёл не зря. На территории вокруг шахты было много опасных мест, на которых бандиты могли делать "лёжки" или засады. Все эти места я отметил на карте, с целью посадить на них моих людей.

Около входа в шахту я заметил несколько человек в форме клана Могучего Вепря, которые не сильно старались нести безупречную службу: один откровенно спал, сладко похрапывая, другой лениво помешивал какое-то варево в котелке, третий стоял спиной к дороге и справлял нужду, рисуя на камне круги.

Их можно было брать тёпленькими. Нужно проучить.

Стражники даже не успели понять, что произошло.

Ли метнулась тенью, мягко, чтобы не покалечить, толкнула первого и второго лапой. Я скрутил спящего.

Выплеснув на впавших в беспамятство горе-охранников воду из их же фляги, усмехнулся и сказал:

- Будет вам наукой спать на посту, стражи, - последнее слово выделил с особой издёвкой.

Мужики, отплёвываясь, приняли сидячее положение и буркнули:

- Дык, ты-то Ведок, простых бандитов нам на один плевок и размазать.

- Ну-ну, как же, - продолжал насмехаться, - получается вы уже в курсе, что скоро будете под моим началом? - я всё же решил сменить тему, - не потерплю лодырничества в рядах. Это ясно?

- Да, Ассаи Ведок Ноа.

- За промах, всегда следует наказание. Слушайте внимательно и запоминайте, - я кивнул на крупные валуны, разбросанные то тут, то там, - убрать. И меня не волнует, как вы это сделаете. Хочу, чтобы через несколько дней все подходы к шахте были расчищены, вон те кусты и деревья исчезли с глаз долой. Дополнительную силу можете привлечь, знаю, что вас около трёх десятков. Нечего прохлаждаться в казарме. Всё понятно?

— Дык, уважаемый Ведок Ноа, мы пока не под вашим... - договорить парень не успел, старший и намного более опытный товарищ, ткнул говорливого юнца в бок и шикнул, заставляя замолчать.

— Всё сделаем, - сказал третий, - в лучшем виде, не сомневайтесь, Ведок Ноа.

Я кивнул. Вскочил на Ли. Пора назад в поселение. Вечерело. Может, всё же, не откладывать и провести сегодняшнюю ночь с так приглянувшейся мне оркункой?

Погружённый в свои мысли, добрался до въезда в городок, где столкнулся с маленьким обозом, в котором сидели странно одетые люди.

Ли вдруг резко всполошилась: дёрнула носом, повела ушами, встопорщила шерсть.

— Ли, что с тобой? - удивился я, но она меня, кажется, не услышала и прямиком направилась к незнакомцам, которые, завидев нас, замедлили ход своих телег. Быки послушно остановились.

Дикие северные быки.

Я никогда не видел, чтобы их использовали в качестве тягловых.

Всё любопытнее и любопытнее: кто же эти незнакомцы?

А уж когда Ли замерла рядом с черноволосой девушкой и, обнюхав её лицо, лизнула в щёку - я вообще дар речи потерял.

Путь через проход в горах занял всего два дня, это при том, что мы никуда не спешили, наших быков не подгоняли. Спали прямо в телегах, сидя. Идею спать на земле отмели тут же: несмотря на летнее время, в горах было ощутимо прохладно - застудишься быстро, даже не заметишь. А вероятность того, что вместе с дарованной халявной силой, пропала и морозостойкость - слишком высока. Решили не рисковать.

После ущелья, попрощавшись с волками, мы продолжили путь, который занял ещё около пяти дней по едва заметной, практически не накатанной, дороге. Оно и понятно - мало кто рвётся жить в морозе, где обитают людоеды и куча диких животных. День по такому ухабистому пути не прошёл бесследно для одной из наших телег: колесо треснуло и отвалилось.

Но Сан Саныч, который был мужиком весьма предусмотрительным, сделал по два запасных колеса, которые как-то хитро закрепил под телегами.

Дело обошлось только матами при установке «запаски».

- Ехать в такой колымаге, без какой-либо амортизации - сущее наказание! Моя попа уже вся покрылась синяками, и эти синяки тоже уже в синяках, - причитала Светка, жалуясь Пётру и Роману, но достаточно громко, чтобы слышали все, - я устала, ноет каждая косточка. Может, похлестать быков палкой, чтобы ускорились?

- И не говори, поскорее бы уже добраться до города, - поддакнул Пётр, почёсывая пальцами-сардельками заросшую щёку. Надо сказать, что в самом начале нашего путешествия он был гораздо толще, сейчас пухлость осталась, но уже не такая отталкивающая, какой была изначально. Правда лицо, а точнее выражение не поменялось совершенно: и без того тонкие губы, мужчина сжимал плотно в одну линию и получался не рот, а змеиная щель, глаза мелкие светло-голубые, буравили окружающих с выражением превосходства человека королевских кровей над плебеями. Его дружок был у него на побегушках и постоянно суетился вокруг Петра.

В Долине их было не видно, не слышно, а как только мы благополучно перебрались по другую сторону гор, у них прорезался голос. Но сильно вредничать или хамить всё же опасались. Алексей Сергеевич просто выкинул бы их из обоза, и топали бы "два брата акробата" пешочком.

За время пути Светка спелась с этой парочкой, и я часто видела их вместе: шушуканье, переглядывания, вот сейчас обсуждение нашего транспорта. В общем, неприятная троица.

На заявление Лялькиной больше никто не отреагировал. Люди устали, даже при переходе по заснеженной пустыне не было такого чувства ломоты во всех конечностях. А ведь тогда было гораздо страшнее, сложнее и холоднее.