Королевский шут-2 (СИ) - Лахов Игорь - Страница 87

— Она не укусит меня? — неожиданно спросила Рамихххиль.

— Нет. Это моя гнездовая самка Фан. У нас скоро будет потомство. Знак доверия.

- Мне тоже потом надо будет залезть на кого-то из людей?

- Конечно. А потом совершить акт оплодотворения.

- Подобное невозможно — разные виды, не допускающие физиологического контакта половым путём.

- Понял. Я объясню остальным, что достаточно только одному человеку посидеть на твоём плече. Такое допускается единожды.

Блин! Убью Фаньку! Устроила представление! Да… Заодно надо узнать у дэаров, есть в их культуре такое понятие, как шутка. А то ляпну ненароком и получен приказ к действию! Объясняй потом Греяне, почему у какого-нибудь из её подданных задница вместо головы в прямом, а не переносном смысле. Да и перед человеком неудобно выйдет…

— Ух ты! Теперь я знаю, как все на меня свысока смотрят! — довольно взвизгнула Колокольчик, очутившись на хатше. — Девчонки! Седлайте страхолюдин и пойдём мужей гонять! Кстати! Шерсть у них мягонькая! Эт я не про мужиков наших, если не поняли! Вот, кто холодной ночью согреет по-настоящему!

Смех в толпе. Напряжение хоть и не ушло, но явно поубавилось.

— Иулшшши, когда можно заканчивать?

- Тяжело?

- Щекотно. Еле держусь.

- Снимай, но осторожно. Как поставишь Фан на землю, то проведи по её шерсти на голове лапой, выказывая добрые намерения.

Этот жест и мои громогласные пояснения к нему, что Колокольчик очень понравилась Рамихххиль, привели толпу в благодушное расположение духа. Во всяком случае, за ножи перестали хвататься.

— Правда понравилась? — тихонечко спросила у меня жена.

— Больше так не делай.

— И не собираюсь. Противные ощущения и запах в нос шибает.

— Время пройти гостям в моё жилище для разговора! — закончила этот зоопарк расслабившаяся принцесса. — Не знаю, что едят дэары, поэтому прошу простить, если что-то покажется неуместным.

— Спрашивает, что вы едите? — дал я вольную трактовку её словам. — Ещё одна традиция — накормить союзников, которым не желаешь зла.

- Песок и некоторые виды камней, — ответил Хасссаили. — Необходимая влага впитывается подмышечными железами из воздуха. Мы сыты сейчас.

- Тем лучше. Значит, сразу обговорим дела.

Совет с дэарами показался мне сущей пыткой. Мало того, что пришлось переводить мысли разных по восприятию жизни существ в нечто удобоваримое для двух сторон, так ещё к концу общения стал путаться, кто что сказал. И хотя толмач из меня получился аховый, но всё же за несколько часов общий план действий был выработан.

Завтра начинаем совместные тренировки… Точнее, я начинаю, а остальные пока смотрят, привыкая к новому и убирая оставшиеся страхи.

Утром, едва продрав глаза, сразу кинулся к дэарам. Живы, слава Творцам! Поздоровался и повёл их на большую поляну. Народу собралось, как на Параде Девятого Мая! Командир Бурт выставил оцепление из наиболее адекватных вояк, чтобы любопытные не лезли “на сцену”. Вышли на всеобщее обозрение с Рамихххиль, встали лицом к лицу…

— Сейчас нападу на тебя, — повторил действия я. — Не быстро, чтобы никого не пугать. Ты также аккуратно отшвыриваешь меня в сторону. Я комментирую для людей происходящее, а ты для дэаров.

- Помню. Повторять по несколько раз не надо.

- Начинаю…

Отойдя на пару шагов назад, мысленно перекрестился и сделал несколько плавных движений в сторону противницы, замахнувшись как в замедленной съёмке деревянной палкой, обозначающей меч.

Видимо, “аккуратно” имеет для дэаров своё понимание. Отлетел на несколько метров, как мячик от стенки! Хорошо, что умею правильно падать, а то бы без травм не обошлось. Лежу, пытаясь понять, насколько цел. Пяток секунд и снова на ногах.

— Ну что? — крикнул в толпу. — Убедительно получилось или чего-то не хватало?

Судя по многолосому тревожному гулу, “хватило” всем.

— Тогда повторю ещё пару разиков, а вы запоминайте! Скоро сами на моём месте окажетесь!

Потом обратился к Рамихххиль:

— Не так резко. Люди не все хорошо подготовлены — учитывай это. Нам нужны не сломанные конечности, а имитация травм и смертей.

- Вы, Гладкие, такие нежные. Я постараюсь.

Целый день я летал, падал, “умирал”. Первый шок у всех прошёл и уже стали раздаваться дельные советы. Потом сам командир Бурт решился на подобный эксперимент. За ним подтянулись Волрад и Парб. К вечеру все свободные дэары отрабатывали на людях свои приёмчики, время от времени меняя мальчиков для битья.

Через неделю многие бойцы Повстанческой армии побывали “под хатшами”, отношение к которым хоть и не стало дружеским, но перешло в нормальное деловое русло. Большего, по хорошему счёту, и не надо. Чтобы мне не переводить каждый раз, была разработана примитивная система знаков, которую легко освоили обе стороны. Также каждому дэару на руку повесили по белой матерчатой повязке с индивидуальным изображением геометрической фигуры. Путаница с именами на этом закончилась.

— Мы упёрлись в тупик, — заявила Греяна на очередном совещании. — Слишком мало хатшей! Мы не можем нормально прогнать всех людей через них! Пара бросков — вот всё, чем ограничиваемся! К тому же, забываем про другую сторону. Семеро дэаров научились правильно распределять силы, но к нам придут их соотечественники, которые перекалечат половину войска, если сами будут не подготовлены. Надо менять всю систему обучения! Есть предложения?

— Верно, — согласился с ней Сыч. — Увеличить количество хатшей? В принципе, выход, но слабенький — только людей натаскаем нормально, но не союзников. Осталось недели три и надо начинать, так что дэары все не смогут пройти через наш лагерь.

— Думаю, что проблему одним не решить. Илий, связывайся со старейшиной.

Что ж! Мне не привыкать работать местным телефоном. Через минуту старик отозвался на мой призыв. Быстро объяснил ему сложившуюся ситуёвину.

— Не волнуйтесь, — успокоил он, — то, что знает один, находящийся в человеческом Гнезде дэар, знают все остальные. Также начнём тренировки между собой с учётом хрупкости человеческого тела. Люди держат обещание, и мои посланцы довольны ими. Мы увеличим количество наших собратьев. Сколько сможете принять?

— Сколько надо? — не разрывая контакта, спросил я у Греяны.

— Бурт? Волрад? — переадресовала она вопрос.

— Сотню легко примем, — первым отозвался озёрный принц. — Кормёжка у них своя, специфическая, а места для проживания много.

— Пусть будет так.

Передал пожелание старому дэару. Тот ответил коротко:

— Встречайте там же.

- Когда?

- Сейчас. Они будут первыми на месте.

— Вот те раз… — почесал затылок Сыч, когда я дословно передал весь разговор. — Если они уже здесь, то подобное означает лишь одно — наш лагерь находится в окружении хатшей. И если бы всё закончилось с их посланниками печально, то разнесли бы нас моментально. Неприятно осознавать подобное.

— “Если бы” сейчас не так важно, — вступил в разговор Саним Бельжский, который в основном отмалчивался, когда дело не касалось хозяйственных вещей. — Мы прошли их испытание — вот что главное. А окружение… Я буду воспринимать его, как дополнительную защиту извне от нападения Армии Живодёров.

— Что, Кошелёк, — хмыкнул бывший Глава Тайной Стражи, — смелым стал? Ещё недавно трясся при виде дэаров, а теперь доволен ими! Ох, смотри! У тебя ещё две дочки на выданье! Влюбятся ненароком в хатшей и уйдут с ними!

— Смелым? — не принял шутливого тона Саним. — Нет, друг мой… Я всегда был осторожным до трусости человеком. Всего боялся, да и сейчас боюсь. Каждое утро просыпаюсь, моля Творцов, чтобы всё быстрее закончилось. Вот только жизнь меня научила разделять свои страхи на нужные и ненужные. Лучше опасный, но держащий своё слово дэар, чем садисты в человеческом обличии. Странно звучит, но с хатшами, оказывается, легче договориться, чем с Живодёрами. И за дочек не переживай — обе вертихвостки уже умудрились найти себе кавалеров среди военных. Пусть! Жизнь должна продолжаться даже среди такого дерьма, которое нас окружает. Надо смеяться, влюбляться, а не только трястись от страха по углам. И это не я один так думаю. Уверен, что если выживем, появится на свет много детей, зачатых в нашем лагере. Они будут жить другой жизнью — более счастливой. И в их венах смешается не только кровь родителей, но и наши надежды, наше желание жить. Сильные люди вырастут!