Королевский шут (СИ) - Лахов Игорь - Страница 34

— Да! Это было нечто! — весело доложил Сум. — Секира намного больше её самой, а Цветочек ею так яростно орудовала, что несколько раз чуть Большому с Королём не прилетело! Со стороны смешно, наверное, было наблюдать, как эти два здоровых бугая от нашей малютки кузнечиками отскакивают, боясь лишится того, что было на уровне её удара. Чего именно? Представьте уровень сами! Я б на их месте тоже беспокоился за свои “принадлежности”!

— Я аккуратно рубилась! — возмутилась девушка.

— Аккуратно она… До сих пор ниже пояса всё съёживается, как вспомню, — прокомментировал заявление подруги Илий. — Опасная, похлеще хатшей!

Лёгкий смех разрядил обстановку.

— Ну, что же! Раз все вопросы заданы и ответы получены, то не мешаем ученикам приступить к своим обязанностям! — улыбаясь, закончил разговор Замруд. — Набирайтесь терпения, ребята. Осталось закончить обучение и ждать, когда Король шутов “выбьет” у Ипрохана разрешение иметь собственную “свиту”. Свободны!

Выйдя на улицу, Фанни остановилась и, повернувшись к другу, сказала:

— Прости. Была неправа. Мир?

— Точно, больше на меня не злишься?

— Злюсь? Да тебя расцеловать сейчас готова! Впервые в моей жизни смысл появился!

Неожиданно мужчина приподнял её, и их лица оказались на одном уровне.

— Готова? Целуй, малая.

— Сейчас нос откушу! — сквозь зубы тихо пообещала Цветочек. — Люди кругом!

— Люди? Не проблема!

Не опуская на землю, он опять закинул девушку себе на плечо.

— Теперь куда? — обречённо спросила она, даже не пытаясь вырваться.

— Как обычно, в наш закуток. Там люди не ходят.

— Ты нормальный?

— Неа!

— Тогда неси — тебе же хуже!

Опять знакомое бревно. Вопреки ожиданиям, Илий не полез к ней целоваться, а уселся рядом и начал разговор.

— Фаннория… Мы совсем недавно на этом месте договорились, что между нами не будет лжи и недомолвок. Поняла ты или нет, но ты мне безумно нравишься…

— Нравлюсь?

— Да. Можно сказать, что влюбился…

— Можно сказать или влюбился?

— Блин! Ну, не перебивай меня хоть раз! И так мысли путаются! Впервые признаюсь!

— Молчу-молчу…

— Влюбился. Сам не ожидал, но факт.

Внутри девушки всё загорелось счастливым огнём, но она сдержала порыв и, с трудом придав своему голосу легкомысленную весёлость, спросила:

— И что же тебе так любо во мне? Малый рост, мерзкое прошлое или скверный характер?

— То, что мне на всё это наплевать! Я люблю тебя не за эти мелкие недостатки, а за то, что ты есть! Знаешь, зачем я вступил в эту тайную организацию? Хочу вернуться домой в случае победы. Если получится, то пойдёшь со мной?

— А если нет — сам останешься здесь, рядом?

— Раньше, не раздумывая, ушёл бы, а теперь не знаю…

— Ты прав — мои “недостатки” мелкие. Разберись в себе вначале. Сиди…

Фанни встала и, подойдя вплотную, с чувством поцеловала растерянного мужчину.

— Это мой тебе ответ…

— Значит, да? — прижав её к себе, счастливо спросил он.

— Значит, что подумаю… — прошептала она ему на ухо. — Ты впервые признаёшья, а мне впервые признаются. Не думала, что подобное когда-нибудь случится. Силой брали, заставляли любить, но я никогда не была так счастлива.

Потом Фаннория отстранилась и добавила озорным голосом:

— А теперь беги, Король шутов! Быстро беги! Как ты сам заметил, здесь, кроме нас нет никого, а я впервые захотела мужчину, а если промедлишь, то впервые изнасилую сама всеми способами! Видишь, сколько у нас сегодня “впервые”?!

— Теперь, точно, останусь!

— Нет, — уже серьёзно сказала она. — Уходи. Не время. И не знаю, будет ли оно у нас. Пожалуйста…

— Хорошо. Понимаю тебя… Можно одну просьбу?

— Смотря какую.

— Ещё один поцелуй, если не против.

— Впервые спрашивают о таком…

— Опять “впервые”? — улыбнулся Илий.

— Что поделать? Другие слова на ум не приходят. Так что… Можно!

Со стороны могло показаться нелепым, как два таких разных человека — большой мужчина и малюсенькая женщина, обнявшись, целуют друг друга, но им было всё равно — сейчас они были просто счастливы вдвоём. А остальные? Да какая разница, что подумают? Пусть завидуют молча!

— Тебе не было противно? — оторвавшись, спросила Фанни, внутренне напрягаясь. — Я же…

— Ещё не понял — слишком быстро закончили! Надо повторить!

— Дурак несносный! — рассмеялась девушка, а потом тихо добавила. — И за это люблю тоже… Нам пора — дел невпроворот.

— Не хочу отпускать, хоть и понимаю, что надо.

— Взрослый мужик, а ведёшь себя, как пацанчик.

— Молодая девушка, а ведёшь себя как…

— Только посмей продолжить! — прижавшись в очередной раз, почти грозно произнесла Цветочек, слегка укусив сидящего Илия за ухо. — Пойдём?

— Пойдём.

— И это… Чур, ночью не лапать!

— И ты не будешь?

— А это я себя уговариваю!

Влюблённые встали и ушли, оставив заветный закуток. Если бы кто-то присмотрелся к старому, трухлявому бревну, на котором сидели эти двое, то с удивлением увидел бы, как на его обрубленных ветках появляются молодые побеги с маленькими зелёными листочками…

20. Прощай, Школа!

Фанни была права. Самое сложное, оказалось, засыпать на рядом стоящих кроватях. Как два “пионЭра”, мы, когда никто не видит, просто вытягивали руки, касаясь кончиками пальцев друг друга. Я не видел её лица в темноте, но отчего-то знал, что она сейчас улыбается так же глупо и счастливо, как и я.

А потом до поздней ночи лежал и думал… Я влюбился? Точно? Может, это не то, и сам себе всё придумал? Почему она, а не несколько шикарных женщин в моём мире, которые метили на “сурьёзное развитие”? Видели бы мой выбор однополчане — точно на смех подняли! Им жопасто-сиськастых кобылиц подавай, а не эту пигалицу. А я? А что я?! Морду любому расквашу, если хоть слово плохое в адрес Фаннечки услышу! Фаннечки? Загнул, расслюнявившись! Она — Фаннория, Фанни, Цветочек или Малая, но с таким характером “Фаннечка” ей не подходит. И пусть невелика, но спину в бою мне прикрывала лучше любого “рембы”. Нет! Это — точно любовь! Не идеальная, восторженно-романтическая, как у классиков, а честная, от души идущая — индивидуальная. Чувствую, что ещё мы наплачемся в этих отношениях, только лучше плакать с ней, чем без неё! Блин-банан! Всё-таки влюбился! Как всё сложно и как кайфово…

Посреди следующего рабочего дня ко мне подбежал Штих.

— Илий! — взволнованно начал он. — Никому не говорил — тебе первому! Ты когда наше заветное местечко видел?

— Ну… Видел недавно, а что? — скрыл я вчерашнюю жаркую встречу с Фанни.

— Пойдём! Там, как ты говоришь, хрень какая-то…

Мы дошли до нашего закутка, и я присвистнул от удивления — брёвнышко, на котором “тусовались” вечерами, из сухого полена превратилось в шикарную стену, зелёной порослью разросшуюся в разные стороны.

— Вот… — выдохнул Носач.

— Зови Большого с Цветочком! Знаю я, откуда взялось…

Ребята пришли через несколько минут, также удивлённо разглядывая “чудо селекции”.

— Есть серьёзный разговор… Даже два! — привлёк внимание к себе. — Фанни… Извини, но это важно!

— Что ты хочешь рассказать? — напряглась девушка.

— Всё. Здесь лишних ушей нет, а информация… Мы договорились без лжи, и это не только нас тобой касается.

— Уверен? Хотя… Всё равно догадываются. Вываливай!

— Итак! — собравшись мыслями, сказал я. — Бой с хатшами, уверен, никто не забыл.

— Такое забудешь! — хмыкнул Парб. — Если бы не посмертное заклятие Мениуса…

— Маг умер раньше. Точнее, в самом начале…

— И кто тогда зверей завалил? — настороженно спросила Фаннория.

— Я, дорогая. Мениус просто принял на себя происходящее. Ему было всё равно, а отвести подозрения стоило.

— Ты?! — не сговариваясь, хором воскликнули друзья.

— Как-то, да… Выяснилось, что не совсем инертен к магии… Это тайна!

— Дерево при чём? — первым спросил Большой.