Оковы огня. Часть 2 (СИ) - Морн Дмитрий - Страница 28

— Веди. — Наконец, хоть что-то. Чувство опасности внутри билось с огромной силой.

Гвардеец привёл его к боковой стене склада, за которой ничего не должно быть, по крайней мере так говорил чертежи и внешний осмотр здания. Алан нетерпеливо следил, как маги аккуратно осматривают сантиметр стены за сантиметром. Секунды складывались в минуты. Он насчитал уже две, пошла третья. В обычной ситуации он ничего бы не имел против: найти замаскированный демонами проход задача не из лёгких, — но сейчас он бы всё отдал, чтобы маги работали быстрее. Жаль, что сам он специализируется на боевом аспекте магии.

— Есть, Ваша Светлость, — с облегчением сказал один из магов в чёрно-золотой форме. Лицо его побледнело, а выступивший пот придавал коже болезненный блеск. Очевидно, у него ушло много сил, чтобы справиться с задачей. — Мы не встречали такого раньше. Много странного здесь намешано, — сказал он в ответ на пристальный взгляд Алана.

— Открывайте, — напряжённо сказал Алан, похоже, на этот раз их ждёт что-то серьёзное. И где? Прямо в центре Империи. — Всем приготовиться.

Маги синхронно приложили руки к стене, по поверхности пробежала мелкая рябь, выступила белые линии, и в стене чётко обозначились границы двери, будто вырезанной в самой стене из серого камня. Створка была массивная, такую быстро и не пробьёшь. Алан сосредоточенно смотрел на дверь. Если у магов всё получилось, то дверь должна открыться, если же нет, то их ждёт ещё несколько минут напряжённой работы. Слишком долго, возможно, об их присутствии уже стало известно.

Раздался тихий щелчок, и створка двери с тихим шелестом отворилась, точно она была не из камня, а из легчайшего дерева. Открывшийся проём зиял чернотой, в нос ударил запах сырости, гнили, с тягучим привкусом металла. Лицо мужчины потемнело. Это запах был ему знаком — он был везде, где демоны приносили в жертву людей.

— Проклятье. Прямо у нас под носом, — просипел Алан. — Вызывайте всех. Отрезать район в десять кварталов. И сообщите Императору. Жертвенник. Судя по вони — большой. — Он тяжёлым взглядом обвёл гвардейцев. — Два десятка и маги со мной. Остальным рассредоточиться, и чтобы никто не проскочил. — Последние приказания он отдавал уже ступая в проём хода.

Глава 15.2

Каменные ступени вели вниз. С каждым шагом отвратный запах усиливался. Всё больше проступала кровь, как свежая, так и уже свернувшаяся, начавшая гнить. Они спустились где-то на десять метров под землю перед тем, как ступили на пол.

Алан внимательно обвёл взглядом зал, открывшийся перед ним. Практически сплошная темнота, и только благодаря остаточному свету он мог распознать очертания нескольких колонн, поддерживающий потолок, но больше ничего. Здесь было пусто. За исключением невероятно усилившейся вони, казалось, запах забивается в нос, проникает под кожу.

Мужчина посмотрел на предплечье — камни тихо мерцали. И Алан осторожно шагнул вперёд. Нельзя дать себя обнаружить. Под ногой тихо хлюпнуло, и его сапог погрузился во что-то мягкое, словно он ступил не на каменный пол, а в глубокую грязь деревенской дороги по весне. Ощущение было такое же, мягкое и скользкое. Мужчина замер. В руке вспыхнул серебряный огонёк размером с горошину, его света как раз хватило, чтобы выхватить из темноты окружающее пространство и не привлечь излишнего внимания. Алан взглянул под ноги и содрогнулся. По полу расходилась багровая масса, похожая на пережёванное мясо. Он мог различить целые части мышц, видел прожилки сухожилий. Около его ноги на поверхности выступили капли сукровицы.

На мгновение Алан прикрыл глаза. Проклятые монстры.

— О, Светлейший. — Раздался приглушённый голос одного из магов, тот склонился к полу. Секунду он молчал. — Человеческое, — напряжённо сказал он.

— Проклятье. — Раздался тихий шёпот сзади. — Этот зал метров тридцать. И весь пол в этой… — гвардеец так и не закончил свою мысль, но все и так поняли.

— Сколько их здесь? — спросил Алан.

— Несколько десятков, как минимум. Может быть, около сотни, — тяжело ответил один из магов.

Сотня. В глазах Алана плескалась ярость. Сто человек превращены в проклятое месиво. И где? Этого не должно было случиться. Он обвёл взглядом темноту зала и содрогнулся внутри. Они ошиблись. Проклятье. Демоны оказались намного хитрее и сильнее, чем им казалось.

— Вперёд, — холодно сказал Алан и уверенно зашагал по растянувшейся по полу массе. Каждый шаг сопровождался чавканьем, и всё сильнее разгорающейся яростью внутри. Он знал, что такие же чувства испытывают и следующие за ним воины.

Он успел пройти вперёд метров десять, как чувство опасности завопило. Камни наруча моргнули тихим светом и успокоились. Алан остановился как вкопанный, и гвардейцы за ним замерли как один. Маги уже со всем вниманием осматривали, прощупывали пространство. Но, как бы они ни старались, ничего обнаружить не могли. Алан и сам не терял времени зря. Он тоже всё внимание сосредоточил на поиске враждебной магии, чувствовал, что они попали в ловушку, их здесь ждали. Вот только все остальные чувства, кроме интуиции, говорили, что ничего здесь нет.

Внезапно голос внутри завопил. Поздно. Слишком поздно. И Алан не сомневался больше ни секунды. Над ладонью соткался огненный шар, и по взмаху руки устремился вперёд.

— Ваша Светлость! — только и успели выкрикнуть маги, как шар ударился в невидимую преграду. Пламенная волна разлилась по прозрачной стене, и в десяти метрах перед гвардейцами забрезжил воздух, словно там была натянута прозрачная плёнка, по которой сейчас расходилась рябь.

— Быстро, у нас нет времени. — Алан без промедления послал второй шар огня в сторону стены. Нужно как можно быстрее попасть на другую сторону, и плевать, что будет. Чувство опасности вопило не переставая. Было ощущение, что если он не поторопиться, то всему миру придёт конец.

И вот в стену врезались уже четыре шара: два огненных, два из молний. Преграда так и продолжала стоять.

— Проклятье, — выругался Алан. — Ставьте барьер. — Он сорвал с предплечья один из кристаллов-накопителей, которые питали часть артефактов, сжал пальцами, посылая в него большую часть своего резерва. Нервы и каналы отозвались резкой, пронзительной болью, но он не обратил на это внимания и метнул кристалл в преграду, и тут же перед ним соткался синеватый защитный барьер — маги не стояли сложа руки.

Кристалл врезался в призрачную стену. Алан видел, как тот раскололся. Раздался гулкий хлопок, и пространство перед ними разверзлось чёрной дырой, и вокруг поднялся яростный ветер, он стегал по лицу, забирался под кожу. В центре чёрной прорехи замерцали молнии, и потоки воздуха устремились внутрь неё вполне видимыми волнами. Стоило ветру и молниям встретиться-схлестнуться, как с раскатистым громом пространство окончательно треснуло, стирая и разрывая любую магию, что была на пути у стихии. Стены и потолок задрожали, и Алан почувствовал, как заходил у него под ногами пол, точно как при землетрясении. В воздух подбросило ошмётки мясной жижи, и её куски градом застучали по защитному барьеру вокруг гвардейцев. Но вот один толчок оказался ощутимо сильнее, и тряхнуло так, что Алан еле удержался на ногах, но продолжил следить за происходящим перед ним. Сзади послышались тихие ругательства воинов — кто-то не устоял на ногах, и теперь отряхивался, и счищал с себя остатки плоти.

Прошло несколько тревожных мгновений, и всё успокоилось. Теперь в полу перед гвардейцами зияла воронка метра два в диаметре, по краям было обожжённое до черноты мясо, всё ещё дымившееся, наполняющее воздух отвратительным гнилым запахом. Алан не сводил глаз с того, что открылось за разрушенной магической стеной. Он зашагал вперёд, маги и воины двинулись следом, постоянно поддерживая защитный барьер, который синеватым куполом накрывал всю группу.

Стоило переступить ранее невидимую границу, как пол оказался покрыт ещё большим количеством перемолотой массы, но теперь она закручивалась в направлении центра зала, где возвышалось подобие трона из искорёженных, изломанных человеческих тел. Ноги и руки сплетались в основание трона, спины людей были сидением, а спинка казалась сотканной из натянутой кожи, подлокотниками же служили два ряда изуродованных голов. И на этом изваянии восседал мужчина, а рядом с ним застыл, согнувшись, ещё один тощий силуэт.