Мужья на блюдечке (СИ) - Арматина Елена - Страница 50

— Выспалась? — рядом со мной беззвучно оказался Креззо.

И почему это я когда-то считала его холодным и невозмутимым? Да, он был встревожен, озабочен. Его явно мучали какие-то мысли. Но холодным он не был. Узорчатые раны на его груди горели огнем, дымясь и воспаляя кожу.

— Больно? — вместо ответа ответила я и невольно потянулась к ним ладонью.

Как странно — жар касался моей ладони, ощутимо щекотал ее и, закручиваясь и остывая, возвращался, остужая пылающие раны.

— Уже лучше, — он сдержал вырвавшийся вдох, — сегодня вечером нас пригласили на один прекрасный обряд.

— Что за обряд? — обрадованная неожиданно появившейся отсрочкой для тяжелого разговора, спросила я.

— Обряд соединения влюбленных, — ответил подскочивший к нам Найвен.

Ледяные шипы, торчащие из ран на его груди показались мне невероятно острыми. Одна моя ладонь находилась у груди Креззо, а вторая уже тянулась к Найвену. И с этой ладонью произошло чудо. Едва она приблизилась к одному из шипов, как из моих пальчиков хлынул поток, закручивавшийся огненными спиралями. Он обволакивал каждый шип, плавя его и заставляя уменьшаться.

— Я хочу облегчить вашу боль, — прошептала я.

— Обязательно облегчишь, — их улыбки казались такими легкомысленными, — это не особо больно, когда знаешь, что вскоре все пройдет. После нашего с тобой обряда.

Я почувствовала, как краска схлынула с моего лица, стоило им напомнить об этом. Я не могу. Не имею права так поступать с ними. Они повелители своих земель. Им нужны наследники. А что могу предложить им я?

Сердце рвалось на части при мысли о том, что придется с ними вскоре расстаться. А то, что именно так мне и стоит поступить, я не сомневалась.

— Мне кажется, что ты боишься, — между тем, продолжил Найвен, — поэтому мы и приняли приглашение отца невесты. Они живут здесь, совсем не далеко. Воооон за той горой, в небольшом городке.

Городок — это хорошо. И да, я боюсь. Даже не знаю, чего больше. То ли слов, которые должны сорваться с моего языка. То ли их реакции на эти слова.

Так что праздник, это хорошо. У меня есть немного времени собраться с мыслями, облечь их в слова и обрушить на головы ни о чем не подозревающих мужчин.

Они сами выбрали для меня наряд. Как всегда — тонкие шароварчики с манжетами, украшенными камнями и вышивкой. И легкая туника, едва прикрывающая колени. Фиолетовый шелк и органза мягко струились по моему телу, деликатно демонстрируя мои прелести. Яркая вышивка по подолу, на рукавах и горловине восхищала своей нежностью и искусностью.

Даже не глядя на себя в зеркало, а только видя восхищение в их глазах, я ощутила себя настоящей красавицей. Принцессой. Ну а что? Пусть мой триумф и будет кратковременным, но я тоже заслуживаю на толику счастья. Пусть и крошечную, призрачную.

С не меньшим восторгом я смотрела на них. Темные брюки, не скрывающие крепкое тело, подвязаны широкими кушаками в тон моему наряду, украшенные вышивкой и камнями. Белоснежные рубахи из струящегося шелка расстегнуты до середины груди и едва прикрывают узорчатые раны. Волосы, завязанные в высокие хвосты, бархатными змеями падают на их плечи, спины. Глаза сверкают, волевые подбородки гордо выпячены.

— Мои, — с гордостью подумала я. Пусть всего лишь до утра, но мои…

22-1

Праздник захватил меня сразу, стоило нам только ступить на улицы городка. Впечатления нахлынули на меня такой сокрушительно восторженной волной, что я не переставая крутила по сторонам головой, забывая моргать, дышать. Начну с того, что это в принципе первое поселение иридианцев, увиденное мной. Мои похождения во сне я в расчет не беру, ведь многое в них вполне могло быть результатом буйства моей фантазии.

Дорогу до городка мы преодолели на игозаврах за считанные минуты. Стоило только перелететь за ближайшую гору, как у ее подножия я увидела россыпь светлых крошечных домиков и домов побольше с яркими крышами, украшенными изящными башенками. Несмотря на размеры, все они, и большие и поменьше — каждый был настоящим произведением искусства. Филигранные окошки и балконы были украшены гирляндами из живых цветов. Просвечивавшие сквозь них светлые стены казались в лучах заходящего светила перламутровыми. Мимо домов серебристой змеей извивался ручей, наполняя вечерний воздух свежестью и хрустальным звоном воды, журчащей по камням. Сотни ажурных мостиков были перекинуты от берега к берегу, сплетая паутину дорожек в одно широкое кружево дороги.

Оставив игозавров на околице, мы ступили на усыпанную цветными камнями дорогу.

Найвен и Креззо шли рядом со мной молча, не мешая мне впитывать впечатления, а лишь ненавязчиво придерживали под руки. Мимо шумными стайками пробегали детишки. Спешили, обгоняя нас иридианцы. Женщины были одеты так же, как и я, в шаровары, яркие расшитые туники. У многих девушек на руках позванивали хрустальными бусинами браслеты. Я невольно бросила взгляд на свои запястья, на которых сейчас лишь едва заметно змеились узоры. Я уже успела привыкнуть, что они то и дело посылали по венам то жар или приятное тепло, то холод или освежающую прохладу.

— У тебя тоже будут такие, — перехватив мой взгляд, сказал Креззо. — Их дарят своим ариям мужья во время обряда соединения.

И столько в его голосе было несбыточных обещаний, что яркий румянец опалил мои щеки. Пусть я и не знала всех тонкостей обряда, о котором они все чаще и чаще заговаривали, но по красноречивым взглядам мужчин вполне могла догадаться, о чем они говорят.

На нас лишь изредка бросали заинтересованные взгляды. Все остальное время мы были полностью предоставлены сами себе. Из чего я сделала вывод, что мы были здесь не как представители правящей семьи, а как простые гости. И это сделало праздник еще более захватывающим.

Очень скоро мы вышли к широкой площади, у края которой стоял широкий белоснежный шатер. Цветы были везде — стояли в вазах, путались в лианах, вившихся от самой земли и до верхушки шатра. Да и в воздухе витал их сладкий, пряный аромат. По периметру площади стояло огромное количество столов, щедро уставленных блюдами с едой и кувшинами с напитками. Каждый подходил и брал себе все, что было его душе угодно.

Не удержались и мы. Найвен и Креззо по очереди предлагали мне то один фрукт, то другой. То корзинку с нежнейшим кремом подносили, то угощали пряным мясом на крошечной шпажке.

Еще немного, и я бы лопнула от такого количества вкусностей. Но вот забили барабаны. Под их грохот и одобрительные выкрики из толпы ступили на площадь несколько пар молодых людей в белоснежных одеждах. Парни с трудом удерживали большие корзины в то время, как идущие рядом с ними девушки доставали из них лепестки цветов и разбрасывали вокруг. Лепестки, паря в воздухе, опускались на дорожки, лужайки, головы людей. Путались в волосах и вспыхивали яркими искорками-звездами.

В то время, как парни и мужчины сдержанно улыбались, девушки и детишки даже не пытались скрыть своего восторга. Они тянули навстречу цветочному ливню руки, непринужденно кружились в такт звучавшей вокруг музыки, и с восторгом в глазах бормотали, словно молитву, тихие слова.

Я и не заметила, как и сама в едином со всеми восторженном порыве подняла вверх руки. Нежные лепестки опускались мне на ладони, трепетали в них словно бабочки, снова взмывая вверх под действием странной силы, лившейся с кончиков моих пальцев.

Только когда чьи-то нежные пальчики переплелись с моими, я поняла, что Креззо и Найвен остались где-то позади. А я оказалась в компании девушек, которые, подхватив меня за руки, увлекли в ритуальный хоровод. Мгновенно вспыхнувший испуг тотчас испарился, когда, обернувшись, я встретилась с Креззо и Найвеном взглядами. Они здесь, совсем рядом.

В то время, как часть мужчин осталась у накрытых столов, мои спутники оказались среди других молодых парней взявшихся за руки так же, как и девушки. Ритмично отбивая такт ногами, они двигались вокруг девичьего хоровода.