Капкан (СИ) - Брикс Амелия - Страница 69

– Жив кто? – кричу я.

В ответ слышу женские стоны. Потом раздается писк ребенка. Сердце бешено стучит.

Набираю номер МЧС и сообщаю им об аварии. После звонка пытаюсь пробраться внутрь. Лезу в салон, раздаются громкие стоны.

– Помогите… Спасите сына…

Глазами ищу ребенка. Чувствую запах гари и понимаю, что машина вот-вот может взорваться. Нахожу примерно полуторагодовалого ребенка за водительским сидением. Осторожно беру на руки, малыш плачет, пальцы становятся липкими. Кровь, понимаю я. Судорожно сглатываю. Бегу с ним к своей машине и оставляю на заднем сидение.

Возвращаюсь назад. Машина загорается. Я понимаю, что у меня очень мало времени. Я пытаюсь вытащить женщину. Что есть силы дергаю водительскую дверь. Чувствую адскую боль, руки мои горят. Сцепляю зубы и, превозмогая боль, дергаю еще и еще… Спешу, в любой момент может рвануть. Металл накаляется… Я задыхаюсь гарью…

Кашляю. Наконец-то дверь поддается, и мне удается вытащить женщину из горящего автомобиля. Начинаю оттаскивать ее, и за моей спиной раздается взрыв… Меня поднимает в воздух… И темнота…

Глава 12

Маша

Иногда ты словно отрываешься от реальности. В такие моменты говорят “витаешь в облаках”. Сейчас со мной происходит именно это. Мой взгляд устремлен сквозь окно в заоблачную даль, но если меня спросят куда я смотрю, то я не смогу ответить. Мои мысли далеко отсюда, о человеке, которого я не захотела впустить в свою жизнь. Некоторые скажут, что я трусиха, другие – слишком осторожная. Может так и есть. Наверное, я просто испугалась, что снова окажусь в капкане своих иллюзий, и сработал защитный механизм. Я просто оттолкнула Марка от себя.

– Маш? – Ира трогает меня за плечо.

– А? Прости, я задумалась, – перевожу взгляд на нее.

– О чем или о ком? – хитро прищуривается и хихикает.

– Да так, – пожимаю плечами. – Думаю, ты и сама догадываешься, – вздыхаю и опускаю глаза на чашку с давно остывшим кофе в моих руках. Делаю глоток.

– Ох, – смотрит на меня с пониманием и сочувствием, – я так и знала, что Марк разобьет тебе сердце.

– Нет, – отворачиваюсь к окну и опять устремляю свой взгляд вдаль. На улице начинает накрапывать дождик. – Мы разобрались с ним как цивилизованные люди и пришли к обоюдному решению не развивать дальше наши отношения, – делаю глоток остывшего кофе, – и я была инициатором этого предложения, – почти шепотом добавляю.

– А сейчас жалеешь? – уточняет подруга.

– Не то чтобы… – замолкаю, подбирая слова, как объяснить подруге, что меня так волнует. – На душе как-то тревожно, – смотрю на нее, – сама не пойму. Вроде мы все решили, а он продолжал писать сообщения на телефон каждые утро и вечер, ну а потом резко исчез, – допиваю свой остывший кофе. – Как-то так, – жалобно выдавливаю улыбку и тоскливо вздыхаю.

– Вот глупенькая, – обнимает меня за плечи Ира, – спросила бы меня, и я бы тебе все рассказала. Мы же подруги, – прислоняет свою голову к моей. – Он сейчас в Омске. У их партнера умерла жена, – я вздрагиваю от ее слов, по телу прокатывается озноб. – Ему пришлось задержаться. Вероятно, поэтому и не пишет, – сообщает Ира.

– Ох, это ужасно, – отстраняюсь от Иры и обхватываю себя руками. Смерть – какое страшное это слово. Интересно, если я расскажу подруге о своем прошлом, она по-прежнему будет со мной общаться? Или поступит, как и все, и отвернется от меня. – А сколько лет жене партнера? – неожиданно вырывается у меня вопрос.

– Да я не знаю, вроде не старая. О! – радостно подмигивает мне подруга. – Думаю, сейчас твое настроение улучшиться, – кивает на дверь. Оборачиваюсь и вижу Вадима. Он, как всегда, с букетом цветов и лучезарной улыбкой. Подходит к нам и целует меня в щеку.

– Привет. Соскучилась? – спрашивает он, вручая цветы.

Да, но не по тебе, проносится в голове мысль.

– Когда ты вернулся? – ухожу от ответа.

Смотрит на часы, затем поднимает голову: – Сорок семь минут назад.

Вадим остается в кафе до конца моего рабочего дня.

– Может в кино сходим? – предлагает он, когда мы не спеша идем по парку.

А мои мысли уносятся в воспоминания к нашему свиданию с Марком. Вздыхаю.

– Извини, сегодня я не лучшая компания, – мне не хочется его обидеть, но если я соглашусь и при этом весь вечер буду думать о другом человеке – это будет выглядеть еще хуже. Что-то я сегодня совсем расклеилась.

– Что-то случилось? – обеспокоенно спрашивает он.

– Семейные проблемы, – кратко объясняю свой отказ. Не хочу вдаваться в подробности о своих переживаниях, навалившихся на меня в последнее время. Прогулочным шагом мы доходим до моего дома. Я вижу разочарование на лице Вадима. У него были планы на сегодняшний вечер. Но у меня нет никакого желания куда-либо идти.

– Может, завтра сходим куда-нибудь? – с надеждой смотрит на меня.

– Вадим…

– Маш, я буду ждать, – проводит пальцем по щеке, – пока, – улыбнувшись, разворачивается и уходит прочь.

***

Видимо мое депрессивное состояние передалось Ире. Она выглядит грустной и расстроенной. Сегодня очень много клиентов, и я жду не дождусь конца рабочего дня, чтобы поговорить с подругой. Скоро начнутся наши занятия, и я надеюсь, что это хоть как-то отвлечет меня от мыслей о Марке.

Наконец, мой последний клиент покидает кафе, и я спешу к барной стойке.

– Рассказывай, почему такая хмурая, – сажусь напротив, – С Игорем поругались? Или это предсвадебная хандра?

– Нет, у нас все хорошо, – отводит глаза и замолкает. Тяжело вздыхает. – Марк пропал… – от ее слов мое сердце сжимается и медленно начинает пропускать удары. Мне не хватает воздуха…

– Как пропал? – почти пищу я охрипшим от волнения голосом.

– Его не могут найти. Игорь с ним разговаривал ночью и все, после этого он не выходил на связь. Он возвращался из командировки, но был сильный дождь, и Марк сказал, что остановится в придорожной гостинце. Но от него до сих пор нет никаких новостей. Телефон выключен. Партнер сказал, что он вчера уехал. Мы обзвонили все гостиницы, но нигде он не регистрировался. Как сквозь землю провалился. Игорь с Никитой поехали в Омск. Его семья не находит себе места.

Перед глазами всё плывет. Неужели с ним что-то случилось в дороге? В голове мелькают всевозможные варианты случившегося. Отгоняю их прочь. С ним все будет хорошо. Он жив и здоров. Надеюсь…

Вскакиваю с места и бегу переодеться.

– Маш, ты куда? – кричит Ира.

– Мне надо…

Она понимающе кивает.

На такси добираюсь до церкви. Всю дорогу я молюсь только об одном, чтобы Марк был жив.

Подхожу к алтарю и начинает бормотать невпопад: – Господи, пожалуйста… прошу тебя, только пусть он будет жив, – слезы катятся по моим щекам. – Он хороший человек, очень хороший. Не забирай его, – ставлю свечку, – я обещаю тебе, что все исправлю. Знаю, что надо прощать ближнего, – вытираю слезы, – и я прощу его. Только пусть он будет жив. Пожалуйста… Я не знаю… как я без него…

***

Четыре дня я не нахожу себе места. Четыре дня неизвестности. Где сейчас Марк? Что с ним произошло? Девяносто шесть часов тягостного ожидания известий о нем для меня проходят, как в тумане. Все плохие мысли стараюсь гнать и… молюсь. Только бы он был жив. Я не теряю надежды… Марк не может умереть, он не имеет права покинуть… меня.

Захожу в кафе и сразу ищу глазами Иру. Может быть сегодня у нее будут хоть какие-то новости о Марке. Ее нет за барной стойкой. Иду в комнату для персонала. Почти в дверях сталкиваюсь с подругой.

– Маша! – визжит она и кидается мне на шею, крепко обнимая, – а я как раз тебе собиралась звонить. Марк жив, – облегченно выдыхает. Мои ноги подкашиваются, облокачиваюсь на дверь, подбородок трясется, и глаза наполняются слезами. ” Господи… спасибо тебе…” мысленно благодарю Бога. – Игорь позвонил минуту назад. Марк в больнице.

– Что с ним? – зажмуриваюсь, пытаясь остановить непрошеные слезы. Сердце колотится как сумасшедшее. Дыхание замирает. Боюсь услышать самое страшное…