Посольская школа. Душа Сокола (СИ) - Мор Дэлия - Страница 11

— А, — несостоявшийся лекарь ничуть не смутился. Сохранял железное спокойствие. Шапка на воре ну никак не загоралась. — Так Олаф попросил тут за ней присмотреть. Крепко дружил с её братом, беспокоится о ней и Лирсе. Уж слишком резко она сорвалась из дома. Записку написала и под половик сунула. “Живу теперь в посольской школе. Когда вернусь, не знаю”. Он и запаниковал. Я ему полвечера объяснял, что у нас тут никого насильно не держат и не пытают. Плевать, что там сочиняют языкастые соседки. Тем лишь бы жути нагнать. “Детей на магические опыты забрали! Медведей из них будут делать, как иномирные захватчики. Не увидим больше своих кровиночек!” Чушь полная, как обычно.

— Понятно, — протянул Сокол. — Купола-то причём?

Вот теперь Нест напрягся по-настоящему. Командир задаёт глупые вопросы и дырку взглядом высверливает. Любому воину клана стало бы понятно, что он где-то крупно накосячил. И от ответов зависит суровость наказания. Глава охраны своим бойцам чуть ли не вдалбливал, что уж если их взяли за яйца, то врать уже поздно. С предателями, ворами, дезертирами и пьяницами никто не церемонился. Не понравится откровенность в разговоре с глазу на глаз — будет полноценный допрос.

— Так я ходил к Малии в первую ночь, как они с Лирсом переехали, — медленно и с расстановкой начал Нест. — На словах от Олафа передал, чтоб она писала если что. Записки от неё через общую почтовую шкатулку отправлял. Читал их, естественно, я наши порядки знаю. Обычный женский трёп, ничего подозрительного. В один из вечеров она меня пирогами угощать взялась. Из благодарности, что хлопочу за неё. Я отнекивался, но вы же знаете клановых хозяюшек. Проще сесть за стол, чем объяснить, что не голоден.

— И что было в ту ночь? — тщательно пряча надежду в голосе, спросил Сокол.

Если близость, то бездна с демонами Малии, а не свадьба. Но духи предков не баловали подарками.

— Да ничего, — осторожно ответил охранник, впившись в командира взглядом. — Хотя погоди, лин Сокол. Погоди, погоди, до меня, кажется, начинает доходить. Я так наелся, меня под бессалийское сливовое разморило, язык сам распустился. Спрашивала Малия, нет ли завидных женихов в школьном отряде. Как же нет, когда самый завидный командует нами. У неё аж глаза загорелись. А потом, как водится, “большой ли у него дом, есть ли жена, невеста”. Не было у тебя тогда никого. Мы все видели, что по дочке Витта сохнешь, но она же неприступнее ведьмы на допросе у инквизитора. Я подставил тебя, да? Малия прохода не даёт, в жёны набивается?

Складно получалось, объяснимо. И без нюхача очевидно, что эмоции соответствовали языку тела. Нест покаянно опустил взгляд и тут же поднял его с искренним раскаянием.

“Подставил, — мысленно ответил Сокол, — так подставил, что всё чуть катастрофой не закончилось”.

Да, теперь ясен выбор жениха. Жаль, что по-прежнему не понятно, почему Малия вообще кинулась со всей поспешностью устраивать себе помолвку по приговору Совета старейшин.

— А она не объясняла, зачем ей замуж?

— Нет, хихикала, что на будущее интересуется. Мало ли сколько здесь работать придётся. Вдруг до самого выпуска Лирса? Не вечно же ей в девках ходить, а порталы ставить не на что, дабы в клане кого-то себе искать. Командир, я ж не знал, что она такая привязчивая. Меня уже до белого каления довела постоянными просьбами. То ей тяжесть до кухни донеси, то записку передай, то у неё в спальне кто-то похозяйничал.

— В столицу она тебя не отправляла?

— Нет, — охранник энергично замотал головой. — Нет, я ж не дурак увольнительную на её просьбы тратить.

— Значит, она с Олафом там встречалась?

— Скорее всего.

Проверить было проще простого. Вызвать его через зеркало и Мисе показать. А потом крутить друга брата дальше. Похоже, только он знал, почему Малии приспичило срочно выйти замуж. Не будь это тайной, она бы и дальше с ним через Неста общалась. Не рисковала, отправляя воспитанницу ночью в столицу.

— Тогда всё пока, — ответил Сокол. — Дальше я сам разберусь.

Глав 9. Неприличное предложение

После того, как за Франко закрылась дверь, я впервые задумалась о том, что пора закупиться успокоительным зельем. Чай с ромашкой уже не помогал, а от мяты в сочетании с любыми травами меня мутило. Не с тем мужчиной он теперь ассоциировался.

“Вы не подходите друг другу”, — повисло в воздухе.

А кто мне подходит? Могущественный маг с атрофированной совестью? Сумасшедший, что готов использовать самые мерзкие способы для достижения цели. Да, амбициозность хорошая черта, но только не когда такой упорный и неуравновешенный человек решает добиться тебя любой ценой.

Самое страшное — старший Гвидичи и впрямь казался мне безумцем. Он читал мои мысли, слышал каждый их отголосок. Осознавал, что я люблю другого, но делал вид, будто мои чувства не имеют никакого значения. В чём удовольствие быть с женщиной, днём и ночью думающей о твоём брате?

— Проклятая мята, — я спрятала лицо в ладонях, словно Франко ещё стоял в кабинете и сверлил меня взглядом. — Она затуманила ему разум!

Влюблённость мешала магу думать здраво. Его не волновало, каково нам будет потом, если я соглашусь на столь лестное предложение.

“Никому не принёс бы такой союз счастья. Никому!”

Не верила я в то, что Франко безразлично, о ком я думала, когда он меня целовал. Все мужчины собственники. Что уж говорить о тех, кто влюблён настолько сильно?

— Сам же на стенку полезешь, — продолжила бормотать я, справляясь с эмоциями. — Соколу жизнь сломаешь, из меня всю душу вытрясешь.

“Вы не подходите друг другу”, — всё ещё звучало у меня в голове.

И нет, морок Франко на этот раз не наводил. Всего лишь подобрал нужные слова. Посеял зерно сомнений. Показал наглядно, что не собирается отступать. Если посчитает нужным, снова заколдует Сокола. Всё фитоллийское посольство и близлежащую деревню через его постель проведёт, чтобы боль убила мою любовь.

“Я не смогу простить его снова, — с ужасом осознала я. — Даже если разум Сокола опять поработят. Слишком тяжело переживать измену”.

И что делать? Сидеть ночами у двери спальни жениха, чтобы никто не смел потревожить его сон? Неплохая идея. Малии наверняка не понравится, что я подрабатываю охранником у нашего охранника. Скандал устроит. Если сильно повезёт, в драку бросится.

— Или побежит жаловаться Франко. А он придёт и “заморочит” голову мне.

Гениальный план развалился. Не было у нас сиюминутных решений. Малия заявит свои права на моего мужчину перед старейшинами, а бессалиец продолжит меня преследовать, несмотря ни на что.

“Интересно, если бы Сокол не сдержался в ту ночь? Если бы я стала женщиной ещё на нашем первом полноценном свидании… Это остановило бы Франко?”

Я убрала ладони от лица и замерла. Догадка была настолько сумасшедшей, что я не сомневалась в её справедливости.

— Мужчины ревнивы и тщеславны, — начала я рассуждать вслух. — Опороченные девушки не выходят замуж, потому что никто из поклонников не готов жениться на “испорченной”. Падшие женщины им не интересны.

Во времена правления Ксанира Делири многие мужчины пользовались этим. Похитят девушку, чьи родители выбрали ей жениха поприличнее, проведут с ней ночь, а утром возвращают домой.

“Вот, папенька, ваша дочка больше не невинна. Если возьмёт её выбранный кавалер после меня — совет да любовь. А если нет, то я с браслетом готов прийти”.

Конечно, рассерженный отец разобьёт лицо, братья рёбра пересчитают. Но редко кто из принципа отказывал такому бесчестному кандидату в мужья.

— А если и находились отчаянные, то жених шёл с повинной к старейшинам, — закончила мысль и поднялась на ноги. — Интересно, как повели бы себя старые пни, если бы воин опорочил сразу двух невест?

Я шла так быстро, что не замечала никого вокруг. Наплевать было, заметят ли директрису, спешащую к первому бабнику Фитоллии, вечером. Слухи теперь сыграли бы мне только на руку.