История моего попаданства (СИ) - Недельская Оксана - Страница 44

— Так вот в чём дело! — воскликнула Дэвона, — А я-то не понимаю, что со мной происходит. Это началось сразу!

— Да, твоя неуравновешенность запредельна, смотри, даже моё недолгое вмешательство катастрофически отразилось на твоём эмоциональном фоне.

Если бы она сейчас могла обидеться, обязательно обиделась бы. Не получилось. Но обвинение, прозвучавшее из уст эльфа, Дэвона запомнила.

— Есть ты и ты, — между тем говорил Лэйс, нежно лаская её пальцы, отчего дроу немного потряхивало, — первая ты — спокойная. Это состояние, когда я контролирую твои эмоции, вот как сейчас. Запомни его. Вторая ты — в своих переживаниях. Сейчас я уберу сдерживающий заслон, и сама поставь между этими двумя «я» толстую прозрачную стену. Тогда больше ничто не помешает тебе жить.

И они тренировались. Лэйс раз за разом снимал контроль и вновь ставил его, но дроу никак не могла представить хвалёную стену.

К тому же мешала Сали. Девушка считала, что Дэвона будет «использовать» эльфа в качестве мужчины (как же ужасно это звучит!), а всё остальное внимание Лэйса по-прежнему останется ей. Поэтому занимались они мало. Объяснить Сали, что Дэвоне необходимы длительные тренировки, не получилось.

— У вас же всё хорошо, — удивлённо говорила она, показывая рукой в сторону леса, — вы с Лэйсом дважды в день уходите туда. Неужели тебе мало?

И лезла обниматься к эльфу, не желая слушать, что «туда» они ходят совсем для другого.

Дэвона отчаянно ревновала, причём даже тогда, когда эльф контролировал её эмоции. Правда, сейчас она злилась не на Сали, понимая, что с той всё равно взять нечего, а на Лэйса, который ни разу не отказал вынужденной любовнице. Но и Сали нисколько не помогала Дэвоне, уводя эльфа в лесок даже чаще, чем раньше, в том числе сразу после его возвращения оттуда с Дэвоной.

— Лэйс, а ты силён, — восхитилась однажды Сали вслух при дроу, — как же мне повезло!

Похоже, она просто проверяла его мужскую силу и не теряла уверенности, что эльф был и остаётся её и только её мужчиной.

Дэвона была уверена, что Лэйс отлично понимает её терзания, поэтому оказавшись в очередной раз в его объятиях, решительно заявила:

— Я больше так не могу!

— Что случилось? — спросил эльф, ласково целуя её макушку.

Это невероятно отвлекало, возбуждало и настраивало на романтический лад, тем более, остальные раздражающие факторы он отключил сразу. Но Дэвона приняла решение, поэтому старалась не отвлекаться.

— Ты ещё спрашиваешь?

Наверно, он издевается!

— Спрашиваю, потому что не понимаю. Я чувствую — ты постоянно злишься, но не знаю, почему. Это из-за Сали? Но я сразу предупредил, что мне пока придётся уделять ей много внимания.

Дэвона отпрянула и натянуто рассмеялась, заглядывая в зелёные глаза любимого. Всё старалась найти хоть крупинку раскаяния или на худой конец, сожаления.

— Внимания — да! Но не бегать с ней в лес каждый день и не по разу! — девушка не замечала, как слёзы обиды текут по щекам, хотя она совершенно не собиралась плакать.

— То есть тебе так важно тело? — недоумённо вскинул брови эльф.

Он задумчиво покачал головой, будто её слова стали для него настоящим откровением.

— Я-то говорил о том, что мне придётся в течение дня быть больше с ней, чем с тобой. Это же просто тело! Для эльфов важна только эмоциональная близость, остальное не имеет никакого значения.

Нет, Дэвона конечно знала, что эльфы чокнутые, но не настолько же!

— А для меня важно всё. И я хочу, чтобы ты был только со мной.

Лэйс улыбнулся и взял её руки в свои, вновь сократив расстояние.

— Тогда мы должны соединиться по-настоящему. Я согласен, но пока ты эмоционально нестабильна, сделать это невозможно.

— И тогда ты перестанешь быть с Сали?

— Тогда я уже не смогу быть ни с кем, только с тобой. А ты — со мной.

Дэвона никогда не слышала ни о чём подобном и решила, что это какая-то тонкая манипуляция.

— А сейчас тебе больше всех надо? Откуда ты вообще взял, что без тебя она умрёт? — она никак не могла понять мотивы любимого.

— Вряд ли умрёт, но ей становится плохо, она начинает угасать, поэтому я предпочитаю перестраховаться.

Даже так?

— А если я скажу — выбирай. Тоже выберешь её?

На этот раз Лэйс долго молчал.

— Неужели ты хочешь поставить меня перед таким выбором? — наконец, тихо проговорил он, внимательно глядя ей в глаза.

И чем дольше он смотрел, тем отчётливее Дэвона понимала — если она скажет «да», он уйдёт навсегда. И не потому, что не любит её, а потому что не захочет настоящей близости с женщиной, для которой чужая жизнь ничего не значит. Для которой личные эгоистические желания стоят на первом месте.

Она не хотела терять того, кто стал ей настолько близок, но и не могла заставить себя выговорить ни слова. Лэйс понял её молчаливый ответ и тепло улыбнулся.

— Я предлагаю тебе эльфийский брак. Но для этого ты должна стать эмоционально стабильной. Если мы проведём ритуал, когда ты под моим контролем, мы навсегда останемся эмоционально зависимыми друг от друга, но не близкими. Ты хочешь этого?

Дэвона отрицательно мотнула головой, хотя не совсем понимала, о чём идёт речь.

— Я никогда не слышала об эльфийских браках.

— Ты и не могла. Они заключаются только между эльфами, и знают об этом только эльфы.

— Но я… — испуганно пролепетала Дэвона.

— Ты дроу, а дроу — это тёмные эльфы, так что никакой разницы нет. Просто вы нас терпеть не можете, ты единственное удивительное исключение.

Лэйс необыкновенно чувственно прильнул к её губам, и растворившись в поцелуе, Дэвона поняла — ещё немного, и она сдастся окончательно.

— Но почему же ты раньше молчал?

— Не был уверен.

— Во мне или в себе?

— В себе, конечно, — и Дэвона вздрогнула, — твою влюблённость я ощущаю, но насколько глубоко это чувство, знаешь только ты сама.

— А теперь ты уверен в себе? — чуть слышно спросила дроу.

— Да, — кивнул Лэйс, и снова поцеловал её.

Уже почти потеряв голову, Дэвона всё же заставила себя спросить:

— А пока всё останется, как есть?

— Да, — спокойно глядя ей в глаза ответил эльф, — прости, если для тебя это тяжело. Но я такой, какой есть. Так что подумай хорошенько, действительно ли ты хочешь навсегда связать со мной свою жизнь.

Эти слова, непривычная серьёзность, с которой они были сказаны и нежные ласки, успокоили Дэвону и она расцвела, наконец, почувствовав, что любима.

Конечно, где-то там, на подкорке, продолжали крутиться неприятные мысли. Например, что он скажет, если она начнёт спать с демоном? Или с оборотнем? Но Дэвона чувствовала — не стоит задавать такие вопросы. Это путь в никуда. Ведь если Лэйс раскрыл суть эльфийского обряда, он и правда готов связать их судьбы навсегда, а этого более, чем достаточно.

И поэтому она выдержит всё.

***

Несмотря на благородное происхождение, Мира спокойно относилась к суровым условиям жизни и путешествие по Наосу переживала легко. Слишком давно они с сестрой не питались изысканными разносолами, не спали в роскошных опочивальнях и делали всё сами, лишившись многочисленных слуг, которые прежде опекали все стороны их великосветской жизни.

К тому же сейчас, рядом с Велимом, долгая дорога приносила настоящее удовольствие, потому что с этим мужчиной она чувствовала себя в относительной безопасности. В относительной — потому что, пока на свете существуют демоны, настоящего покоя ей не видать, как не видать отца, матери и остальных близких…

Но в последние дни Велим казался Мире более суровым, чем обычно. Они мало разговаривали, но девушка тонко чувствовала настроение любимого мужчины и была уверена — ему не понравилась вынужденная задержка в пути. Чем дольше они оставались на месте, тем мрачнее становился Велим. Наконец, несколько дней назад сообщил, что должен отлучиться.

Сообщил ей одной, не уточнив, куда собирается добраться пешком в столь короткий срок (лошадь осталась в лагере), ведь вокруг дремучий лес да горы.