Палач (СИ) - Дим Дженерал - Страница 9

Получено опыта: 2.

Глава 7. Казнь невинных.

С большой свиньёй пришлось помучиться подольше: из-за маленького параметра ловкости Айк через раз промахивался, хотя свинья была метр длиной и просто необъятной вширь. Хорошо, что резал животное парень сквозь прутья или доставал её сверху, иначе бы обозлённая свиноматка отправила бы его к праотцам несколькими ударами.

Куры и утки, гулявшие на воле, были той ещё проблемой для слабого парня без уровней. Вы когда-нибудь ловили птицу голыми руками? А если при этом двигаетесь как деревянная по пояс сомнамбула?! Айку пришлось долго бегать за каждой дичью отдельно, поймать не получалось, они были быстрее и ловчее, оставалось только загонять в угол. А там опять… слабый параметр ловкости, и птицы уворачивались прямо из-под его носа, вернее, сбегали из рук. Помучившись в таких манёврах полчаса, что аж рубаху от пота выжимай, раб закончил задание. Квест завершился, правда, награды не дал, видимо, опыт, который получал Айк за убийства, и был призом сам по себе.

Парень по приказу «божьей искры» уже собирался идти в лес, когда услышал жуткие вопли и крики в противоположной от чащи стороне. Наплевав на указание «божественный искры», Айк бросился назад, чтобы слегка выглянуть из окна, на ту сторону, где было разрушено почти до основания поместье, ведь там кричали его друзья и знакомые рабы. Стекло в раме таверны было разрушено Слаймом, крик стоял достаточно громкий, и Айк слышал всё, что творилось снаружи.

Видимо, кислота, покрывающая развалины, полностью растворилась в атмосфере, и везде лазили эльфы в боевой одежде. Шеренга из трёх дюжин жалких рабов, состоящая в основном из людей и нескольких гномов всех полов и возрастов, стояла в одну линию. Хотя нет, некоторые были покалечены или вообще без сознания, они валялись вперемешку неподалёку от остальных. Перед рабами вышагивал как-то важный эльф, при приближении которого даже сами его сородичи подобострастно тянулись во фрунт.

— Теперь ты! — указал эльф на одного из гномов. — Вы ещё более вороватый народишка, чем даже людишки. Ты видел чего-нибудь, кто брал кристалл или что-то другое, выпавшее из монстра! Может, сам брал?

— Господин, я от страха и вони чудовища потерял сознание, меня привели в себя пинками и оплеухами всеми нами любимые господа эльфы. Я был глубоко, где-то в подвале прятался, ничего не знал, ничего не видел и не слышал! Пощадите! А-а-а…

Взмах меча рассëк туловище от плеча до бедра, и располовиненное тело упало вниз двумя отдельными кусками, чтобы через некоторое время исчезнуть в небытие. Таковы были условности этого мира. Разумные исчезали почти сразу, но даже после этого их можно было воскресить в течение минуты-другой. А звери лежали от пары минут до получаса на месте убийства, и если их никто не собирался потрошить на мясо или снимать с них шкуру, то также в конце концов исчезали в небытие. Зато воскресить тупое животное было невозможно.

— Следующий! Ты, выйди из строя! — смахнув кровь с меча, безжалостный эльф указал им на другого человека.

Новая жертва на ватных ногах, дрожа, вышла на пару шагов вперёд, повалилась на колени и заскулила, ничего не отвечая и не реагируя в страхе. Эльф, чертыхнувшись, заколол и этого раба.

— Они, видимо, и правда ничего не знают, сжальтесь над моим имуществом, — склонив голову, пытался возмутиться серый эльф, хозяин разрушенного поместья, немалой части рабов и глава поселения.

— Их обыскали и твой домишко обыскали, кристалла нет. Никто туда не заходил и наружу не выходил, вроде бы… — устало ответил дознаватель. — Даже если есть хоть один шанс на миллион, что кто-то из рабов получил навык мифического уровня, то у нас не хватит уровня оценки, чтобы определить изменника. Не тащить же отребье в столицу пред очи императора и королей? Ведь только они смогут увидеть навыки такого ранга! Вам вернут из казны с этих дюжин рабов или денежный эквивалент. И это максимальный уровень возмещения. Эй, воины, — обратился он к своим солдатам, — у кого какой уровень убийцы людей и гномов? Повысьте на халяву. Всех вырезать, если обнаружите после них трофей магического ранга, вы знаете, что делать!

Айк спрятался, он не хотел смотреть, как убивают, выходит, из-за него, всех его товарищей. Обратно кристалл было не вернуть, а голос в голове утверждал, что такова жизнь рабов — рано или поздно они все так кончат, а эльфы суть есть зло. По щекам парня текли горючие слёзы, он был раб, им запрещали друг с другом общаться, у него не было среди этих рабов близких друзей. Но всё равно какая-то общность между ними была, плевать ему было сейчас на то, что гномы это или родные люди, но в груди у парня защемило сердце. А в голове нашёптывал сам Дьявол, назвавшийся «божьей искрой возмездия».

«Они погибли и ушли на следующий виток перерождения. Я же бог! Лично позабочусь о них, верь мне! Думай об этом в таком ключе. Они счастливцы! Это лучше, чем влачить жизнь жалкими невольниками!»

«А что я? — причитал парень, схватившись двумя руками за голову. — Чем я хуже или лучше, может, и мне выйти наружу, чтобы умереть? Буду жить заново после перерождения! По твоим словам, кругом огромная страна эльфов, а я окружён ими как загнанная крыса. Если даже выберусь к своим людям, разве они примут обратно к себе человека с тремя весёлыми буквами на челе „РАБ“?»

«Не говори глупостей, необразованный смерд! Ты теперь вольная птаха, тебе есть для чего жить и кому за всё это мстить. Знаешь, я скажу тебе древнюю мудрость: Лучше один день прожить свободным, чем всю жизнь жалким рабом! А теперь идём, тут скоро станет жарко, а мы сделаем наш уход ещё жарче, поджигай лучиной таверну — она заберёт на себя внимание эльфов в посёлке. Пусть тушат и отвлекаются. Где у вас тут кузница, магазин оружия и магических снадобий, — парень указал, где и на каких расстояниях отсюда лавки. — М-да, к алхимику за зельем, наверное, не успеем. А тебе нужно затариться под завязку».

Вновь они на улице, пригибаясь и удаляясь от начинающей полыхать таверны, Айк вместе с кислотой в графинчике подобрался к кузнице, она же маленький магазин оружия и амуниции. Здание совсем не пострадало и было заперто на амбарный замок. Парень чертыхался, уже думая отступить, когда мудрый голос в голове поведал, что кислота жрёт железо только так. Плеснув из горлышка немного чёрной жидкости, Айк снова плотно закрыл сосуд с кислотой пробкой, чтобы не испарилась. Парень подождал, шипение прекратилось через полминуты, дужка навесного замка прохудилась, частично рассыпавшись, проход был свободен. Последний живой раб посёлка проник внутрь кузни, тут почти везде было пусто. Кузнец успел унести все мало-мальски ценное, но на полу тут и там валялись заготовки, а также мусорного качества амуниция и оружие.

Чуждые жадные мысли нашёптывали взять всё, даже клещи, кузню, куски железа и заготовки. Только пришлось быстро закатать губу — сил у Айка не было никаких, поэтому не получилось взять почти ничего, кроме самого необходимого. Даже большую часть еды, собранной в таверне, пришлось выкинуть здесь же, наевшись до отвала впрок. Собрали только лучшее оружие и одежду-броню, что нашли, и даже с этим было тяжело уходить. Сгорбившись в три погибели, Айк удалился, неся огромную массу вещей на своём горбу, но предварительно поджёг кузню. Голос в голове утверждал, что не хотел оставлять свидетельств о присутствии беглеца, чтобы вдруг не подумали, что один из рабов спасся, ограбил магазинчик и скрылся в лесу.

Посёлок кончился, в лесу впереди сняли кольцо оцепления, «искра» снова включила «отвод глаз» на подозрительных участках пути, чтобы Айк смог выбраться достаточно далеко от злополучного места.

Глава 8. На свободу с чистой совестью